Суда-ловушки против подводных лодок - секретный проект Америки
Шрифт:
И снова Хардеген приводит подробный отчет, иллюстрирующий его искусство и находчивость в тактике подводной войны с грузовым движением на западно-атлантическом театре военных действий. Ниже приводимое описание этих двух почти одновременных атак взято из его вахтенного журнала. Время везде переведено в Восточное Военное.
7 апреля 1942 года.
В 22:30 я нахожусь у северного края брекватера у плавучего маяка реки Сент-Джоно в надводном положении. Здесь должны находиться якорные стоянки, но ни одного судна я не вижу. Огни повсюду, как в мирное время. От плавучего маяка идет сильно раздражающий очень яркий свет. К югу, похоже, располагается летное поле, потому что на высоких зданиях имеются красные предупредительные огни и на земле видны многочисленные красные огни, обозначающие систему посадки. Береговая линия просматривается очень четко, и курортная местность южнее брекватера ярко освещена.
22:50. Силуэт на фоне света плавучего маяка. Похоже, что это судно, идущее курсом на север. Я двигаюсь поперек его курсу. Вдруг замечаю огромную широкую тень по правому борту. Танкер, идущий курсом на юг. Выбираю его в качестве цели. Обхожу его вокруг кормы и замечаю, что первое судно тоже танкер. Поскольку идущий на север танкер груженый, решаю атаковать его. Вскоре я получаю удовлетворение — второй танкер тоже ложится на северный курс. Пара танкеров! Этот более быстроходный и, обходя первый, он ненадолго включает свои ходовые огни. Я должен первый атаковать его и затем подождать, чтобы увидеть, что будет делать второй. Танкер идет очень быстро, по крайней мере 11,5-13 узлов, вряд ли больше. Ставлю на калькуляторе 11,5 узла и прицеливаюсь в мостик судна — первую надстройку. Преимущество этого в том, что если танкер идет быстрее, чем кажется, то «угорь» попадет ему в корму. Стреляю и промахиваюсь. Расстояние в 2000 метров слишком велико. Скорость его хода я недооценил. Теперь предстоит преследовать его. Я всплываю и на полном ходу иду полтора часа. Благодаря этому я снова оказываюсь впереди танкера. Довольно ясная и светлая ночь даже в отсутствие луны. Море спокойно, даже несмотря на береговой ветер в 13 узлов. Сильное морское свечение заставляет меня действовать о большой осторожностью. Люминесценция нашей кильватерной струи очень заметна. Второй танкер остался южнее и теперь не виден. Я знаю его точное положение, потому что эти суда идут вдоль линии береговых буев.
01:52. Кв. DB6177. Я поворачиваю и выпускаю торпеду на сжатом воздухе из аппарата 1 с расстояния 500 метров. Я почти остановил свое движение, давая одним двигателем самый малый вперед. Через 22 секунды попадание в машинное отделение. Корма мгновенно уходит под воду. Радиосигналов не передает. Танкер этот типа «Эссо Бальбоа» около 9500 брт. Современный танкер со скоростью хода 13 узлов. Поскольку он не загорелся, то второй танкер может ничего и не заметить.
02:07. Я поворачиваю на юг в сторону второго танкера и вижу его тень на фоне буя Брансвик. Он идет близко к берегу, возможно с него что-то заметили. Значит, мне надо идти еще ближе к берегу. Поднимается луна, и я хочу атаковать с запада, прикрываясь темным фоном прибрежного леса. Из-за малой глубины танкер должен изменить курс, чтобы перейти на большую глубину, что он и делает. Я снова нахожусь на широте предыдущей атаки. Видны множественные отражения луны в воде. На танкере, вероятно, все смотрят с правого борта на затопленный корпус моей первой жертвы и радуются, что я не ударил по ним. С правого борта никто не видит, как мы проходим мимо.
02:44. Теперь этот танкер виден ясно при ярком лунном свете, четкий изящный силуэт. Я выпускаю «электрического угря» из аппарата 2 с расстояния 800 метров. Через 60 секунд прямое попадание в машинное отделение. Мы начинаем специализироваться на танкерах. Это уже десятый, потопленный мною на этой лодке. На этот раз сильнейший взрыв, пламя и дым. По радио он тоже ничего не передает. Он кажется крупнее первого, я оцениваю его в 10 000 брт. Теперь обратно к первому танкеру — до него четыре мили и хорошо видно. Корма на дне, труба, носовая часть, мостик — над водой.
03:00. Несколько выстрелов в мостик и нос, чтобы вышел воздух и судно тонуло бы дальше… Полная гибель!
03:33. Возвращалось к другому танкеру. Артиллерийский огонь бесполезен — глубина всего 13 метров и судно уже на дне целиком. Видны все еще труба, мостик, носовая часть, несколько вентиляторов, но верхняя палуба под водой.
04:00. Ложусь на курс 160 градусов.
06:40. Кв DB6446. Погружаюсь. Лодка на дне — глубина 28 метров.
19:58. Всплываю. Двигаюсь к плавучему маяку на реке Сент-Джонс.
В какое-то время, когда U-123 лежала на грунте, «Эвелин» прошла очень близко от нее к точке, где произошла встреча с Береговой Охраной напротив плавучего маяка Сент-Джонс Маневры U-123 в продолжение этих двух атак ясно показывают исключительное спокойствие и тактическую компетентность ее командира. Условия ее действий не были благоприятными: лодка действовала близко к берегу у брекватера реки Сент-Джонс, на довольно малых глубинах, вблизи аэродрома и при вероятности появления малых патрульных кораблей. Хардегену помогало яркое освещение береговой линии, безлунная, но светлая ночь, и преимущество подлодки в скорости хода. В упрощенном виде хронология и маневры U-123 показаны на карте.
Те два танкера, которые капитан-лейтенант Хардеген торпедировал 7–8 апреля 1942 года между Джексонвилл-Бич, Флорида, и Брансвиком, Джорджия, в последующем были спасены. По сообщению мичмана Пауэрса, они были гружены сотнями тысяч баррелей нефтяных продуктов. Ни один из них не загорелся, несмотря на то, что груз «Оклахомы» включал тридцать тысяч баррелей бензина. Позднее в ходе войны оба этих судна все же были потеряны: «Эссо Батон Руж» потопил капитан-лейтенант Гюнтер Позер (U-202) 23 февраля 1943 года в восточной Атлантике, южнее Азорских островов. «Оклахома» была потоплена уже в конце войны 28 марта 1945 года фрегаттен-капитаном Отто-Хайнрихом Юнкером (U-532), севернее Бразилии. Хотя на этом сага о двух танкерах и капитан-лейтенанте Хардегене заканчивается, это еще не означает завершения его приключений в американских водах. [128]
128
Rohwer. Axis Submarine Successes. P. 151.
Поздно вечером 8 апреля U-123 снова оказалась возле плавучего маяка Сент-Джонс. Когда сумерки перешли в темноту, Хардеген рассердился и удивился тому освещению, которое он наблюдал. Он был раздражен тем, что с воды он не мог отличать огни автомобилей на берегу от огней движущихся вдоль берега судов. Он удивлялся — на береговой линии Америки затемнение отсутствовало. Тогда, правда, он, как-то упустил из виду, что Европа находилась в состоянии войны уже несколько лет и люди уже освоились с военной дисциплиной, в равной степени обязательной и для военных и для гражданского населения. Позднее он поймет, что и американцы тоже способны подчиняться дисциплине.
За 20 минут до полуночи фон Шрётер заметил тень, идущую на север. Хардеген ее увидел тоже. Это было быстроходное грузовое судно, идущее 12-узловым ходом. Оно было слишком близко и под большим углом, чтобы можно было его успешно атаковать. Хардеген повернул на север, обогнал цель, затем провел маневр для выбора позиции атаки. На это ушло время. Не ранее 01:16 U-123 была готова к атаке. С расстояния 700 метров фон Шрётер выпустил торпеду из аппарата 1. Она попала в корабль в правый борт под передней мачтой. Жертва сразу же передала сигналы бедствия: «SSS SOS SSS. Пароход «Эспарта» компании «Юнайтед Фрут» торпедирована».
«Эспарта» (3365 брт) везла груз замороженных бананов. Она шла из Гондураса в Нью-Йорк. Обычно Хардеген не торпедировал такие небольшие суда, в особенности грузовые; оставшиеся торпеды он хотел истратить на танкеры. Но тут, как он сказал, «мы переоценили размеры судна. Но даже несмотря на малые размеры, это — ценное судно-рефрижератор». Резон в рассуждениях командира подлодки был. «Эспарта» затонула примерно в 15 милях от устья Сент-Мэри и в 23 милях к северо-востоку от плавучего маяка Сент-Джонс. Она была потеряна безвозвратно. Более предприимчивый командир мог бы обеспечить бананами пару суточных рационов для своей команды. [129]
129
Вахтенный журнал U-123. 9 апреля 1942 г.
NHC-OA. Дело «Морских Операций» (OPNAV), от 25 апреля 1942 г. Собрание сообщений, уцелевших на пароходе «Эспарта», Стандард Ойл Компани. Автор мичман А. Дж. Пауэрс.
В 04:00 9 апреля U-123 наткнулась на еще одно судно, идущее на север, это был сухогруз-балкер. Хардеген разглядел шесть трюмных люков и целый лес вертикальных опор грузоподъемных стрел перед мостиком.
«Крупный!» — не удержался он от восклицания и спешно выпустил торпеду из аппарата 2. Промах. Записал он это так:
Я был вынужден атаковать, когда луна находилась точно сзади нас (?). Надо было попробовать. Мои данные были точны, а вахтенные на борту судна, вероятно, не обратили внимания. Я почти остановился, двигаясь самым малым ходом на одном двигателе. Я пропустил цель на линию огня. Стреляю из аппарата 2 с расстояния 400 метров. Стрелять пришлось под острым утлом потому, что расстояние уменьшалось. К сожалению, торпеда не попала. Почти у самого носа судна она выскочила ив воды и, резко наклонившись, ушла в воду, вероятно, затем уткнулась в дно океана. Вторая попытка из-за лунного света была невозможна. Очень плохо. Ухожу на юго-восток на большие глубины. [130]
130
Вахтенный журнал U-123. 9 апреля 1942 г.
В 07:24, когда солнце поднималось над горизонтом, Хардеген опустил лодку на грунт на глубину 28 метров. Здесь лодка и команда скрывались до заката. Пока Хардеген отдыхал телом, разум его не находил покоя. Он был недоволен собой. Он истратил свою четырнадцатую торпеду впустую, отправив ее на дно Атлантики. Теперь у него оставалось только три «угря». Он ругал себя за излишнюю пылкость. Отклоняясь от своей нормальной хорошо спланированной и четко выполняемой тактики, он поплатился тем, что ничего не достиг. Это был 38-й день этого его похода и 11-й день со дня его встречи с ловушкой подлодок «Кэролин»; всего он выполнил десять торпедных атак. Что теперь, его физическое и умственное напряжение берет свое? Но в этом капитан-лейтенант Рейнгард Хардеген не признается ни перед кем, даже перед самим собой.
В 17:47 при наступлении темноты Хардеген поднял U-123 на перископную глубину и пошел курсом 230° в сторону плавучего маяка Сент-Августин, южнее Джексонвилл-Бич. Через два часа он всплыл на поверхность и продолжил приближение к берегу. В 23:20, всего в трех милях от берега, U-123 изменила курс на 165° и пошла на юг, параллельно линии берега. В 00:58, то есть уже в следующие сутки, 10 апреля 1942 года, Хардеген встретил грузовое судно в 5000 брт, идущее навстречу. Скорость хода его была примерно 12,5 узлов. U-123 отвернула в сторону, затем пустилась в погоню за уже невидимой целью, потерявшейся во тьме и тумане. На полном ходу Хардеген шел по следу судна. Через два часа он настиг свой приз, обошел его и развернулся в позицию атаки. Запись его в журнале, сделанная 03:09 местного времени, выглядит так:
Судно приближается, расстояние очень мало. Мне приходится отвернуть, потому что на этой позиции оно протаранит нас. Затем я стреляю с угла в 32°. Вижу, что мы стали значительно ближе и теперь непросто увернуться от приближающегося судна. Оно идет ходом примерно в 10 узлов. Они нас видят и, похоже, поражены этим так же, как и мы, потому что вдруг включают свет на мостике и ходовые огни. Они, должно быть, по-настоящему ошеломлены и напуганы. При пуске торпеды расстояние до них было менее 100 метров. И если бы торпеда попала в цель и взорвалась, то досталось бы и нам. Мы слишком близко от них. И будь их наблюдатели повнимательнее, они смогли бы протаранить нас. На этот раз промах — целиком наша ошибка. Из-за плохой видимости мы приняли расстояние до цели слишком большим. Но торпеда в любом случае взорвется через 48,4 секунды. Если она выдерживала заданную глубину движения в 2,8 метра, дна она бы не задела. Глубина в этом месте была семнадцать метров. Должно быть, из-за волны, приподнявшей цель, она прошла под ней. Мы видели вспышку огня и черное облако дыма. Должно быть, она угодила в затопленный корабль или еще во что-то. Я меняю курс и снова иду на юг [131] .
131
То же. 10 апреля 1942 г.
В 06:03 U-123 наткнулась на стоящее грузовое судно. Его два белых, красный и зеленый ходовые огни ярко светили, и оно сильно дымило. Хардеген был подозрителен и рассматривал его с расстояния в 3000 метров. Еще раз попасть в ловушку он вовсе не собирался. Не хотелось ему испытывать судьбу, но уж очень соблазнителен был вызов. Он терпеливо ждал. Через тридцать минут он двинулся на север — не стал хватать наживку. Небо на востоке начало светлеть — наступала заря. Преимущества, которое ему давала темнота, теперь у него не было. А на встрече с ловушкой подлодок ему требовались все преимущества. Терпение победило. После бесплодных и изматывающих суток, в течение которых он прошел 105 морских миль, расходуя свои ограниченные запасы дизельного топлива с большей, чем обычно, интенсивностью, и бесцельно потерял одну из трех остававшихся торпед в результате попадания в потопленный корабль, командир U-123 опустил лодку на дно на оставшееся светлое время суток. Как бы тут могли пригодиться бананы с «Эспарты» для поднятия своего духа и духа команды! [132]
132
То же.