Чтение онлайн

И размазал, пока Киринн не возмутился. Волосы стали чуточку белее, а объятия сошлись чуточку сильнее, так, что Мидир сразу безошибочно чувствовал: его не просто не отпустят, его прижмут и спасут, закроют и никому не отдадут.

— Вот ну чего ты, Кир-р-ринн, я тебе пр-р-росто доспехи испачкал! Тепер-р-рь тебе их чистить! Обычно это не очень здор-р-рово, меня Мэр-р-рвин заставир-р-р чистить свои доспехи, так тр-р-рудно, оказывается! Тр-р-решь их, тр-р-решь, а они не оттир-р-раются! Пр-р-ротивная гадость! И где ты тор-р-рько ее нашер-р-р? Замок у нас Чер-р-рный, но чистый!

Начальник стражи все еще не отвечал, только странно вздрагивал, но Мидир точно знал, разговор действует, и больше не боялся не найти под доспехами самого Киринна. А блестящие или нет, какая разница? Главное, не гулкие, не пустые!

— Не знаю, не знаю, где, мой уважаемый волчонок, — голос Киринна звучал громче, свободнее. — Хороший, черный, королевский, а еще мой!

— Вот! Вот это пр-р-равир-р-рьно! — Мидир напоследок перебаламутил все пряди, до которых дотянулся. — Тепер-р-рь я согр-р-расен! А пошр-р-ри, Кир-р-ринн, куда-нибудь, в др-р-ругое место? Папа нас не ср-р-рышит, не хочу, чтобы заметир-р-р гр-р-разами!

Начальник стражи встряхнулся, поднялся, не отпуская Мидира.

— Тебе не тяжер-р-ро, Кир-р-ринн? Я уже бор-р-рьшой! — и важно приосанился, ненавязчиво пропуская волосы волка сквозь пальцы.

Как Мидир заметил, они постепенно светлели, и белый волк окончательно становился на себя похожим.

— Совсем не тяжело, волчонок, нисколько, — улыбнулся Киринн почти радостно и развернулся. — Предлагаю пропутешествовать там, где мало света и еще меньше ши, внутри наших замковых стен есть целая система переходов, к тому же, туда редко заглядывает кто-то из королевской семьи. Вы, мой пркх-х-х-х, волчонок, будете первым за многие века!

Предстоящее приключение Мидира обрадовало невыразимо, он понесся бы впереди Киринна, если бы тот его отпустил, но отпускать второго принца, похоже, никто не собирался.

К вечеру, когда от захватывающего путешествия устал даже Мидир, они снова вернулись в обжитую часть замка. Переходы оказались невероятными, и Мидир бы обязательно не утерпел об этом рассказать хоть Мэрвину, но вовремя вспомнил о своем домашнем заключении. Вряд ли Мэрвин будет согласен с широким пониманием дома и, соответственно, ареста. Скорее всего, еще и папе сообщит, совершенно между делом, как это обычно и бывает.

Перед тем как вернуть принца домой, Киринн настоял на визите к Вогану, и там осознавший свой голод Мидир наелся до отвала. День удался, хотя еще не закончился, его сморило спать, и все тот же, привычный и почти родной начальник стражи донес его до личных покоев с личной кроватью.

Жизнь наладилась, Мидир чувствовал это во всем, осознавал, что ему повезло исправить что-то быстрее, чем оно бы окончательно сломалось. А что этого «чего-то» не разглядишь и глазом, совершенно неважно.

Тем страннее было проснуться второму принцу дома Волка за несколько часов до полуночи: уснул он недавно, наелся, успокоился… Однако, что-то внутри выло, гнало, звало, тащило из кровати. Опять навстречу приключениям и почему-то Киринну. Мидир не стал очень детально задумываться — если его беспокойство бесполезно, он просто убедится, что с Киринном порядок, и все на этом. Если же глупый начальник глупой стражи умудрился действительно куда-то зачем-то пропасть, то Мидир проследит за сохранностью своего белого волка лично.

Искомый волк обнаружился на выходе из замка, а Мидиру пригодились навыки пряток от стражи: по ночному времени волков в патруле было больше, чем днем, а может, тогда они просто терялись в толпе прочих ши. Одним словом — Киринн делал что-то не то и шел куда-то не туда.

Волчий принц проскользнул за начальником стражи — и никто из воинов не приметил его, не разглядел внутри обычной, хотя особенно черной тени. Мидир возликовал, но очень тихо, про себя: стоит Киринну заметить компанию, точно домой вернет.

По счастью, Киринн не оглядывался, размеренно минуя то одни, то другие ворота, раскланиваясь со всеми стражниками чуть не поименно и обрывая все расспросы о цели прогулки еще в зародыше. Мидиру очень интересно было узнать, куда Киринн собрался в такое сонное время, не на разведку же? И не в гости! Мидир знал, видел, как положено выезжать в гости, и одиноко идущий куда-то Киринн явно направлялся по делу. Ворота за воротами, и Киринн, а с ним — Мидир, оказались за четвертой стеной, там, где столица раздавалась уже во всю ширь. По мере того, как они проходили по улицам, миновали мастерские и дома, Мидир все лучше вспоминал местность, но все равно догадался о цели Киринна, лишь когда увидел белую ровную кладку маленького замка, скорее напоминавшего огромный особняк.

Мидир поежился — внезапно похолодало, но не так, бодряще, как среди молодого ельника ранним утром, нет. Потянуло иным холодом, странным, словно бы тусклым и ломким, а еще — болотным. Болот в стране волков почти не было, но Мидир решил, что они пахли бы именно так, сладковато и неприятно. Как давно убитый зверь, убитый ради потехи, а потому не съеденный и брошенный прямо на месте. Или потянуло маками? Однажды Мидир из любопытства забрел на маковое поле и вскоре потерял всякое понятие о верхе и низе, о времени и пространстве. Он брел и брел, а потом, отчаявшись разобраться, укусил себя до крови за руку и лишь тогда пришел в себя, понял, что наматывает круги по черно-алым вонючим цветам, и он рванул обратно по собственному следу, а потом еще долго приходил в себя. Именно после этого Джаретт запретил младшему сыну покидать пределы замка. И еще после того, как Мидир, улучив момент, прыгнул на спину лошади, которая оказалась еще не обученной, а потому долетела галопом до самого водопада, куда рухнула вместе с Мидиром.

Думать о собственных ошибках было не слишком приятно, волчий принц вернулся в сегодня и скользнул за Киринном. Мимо двух очень грозных стражников в ослепительно белых одеждах, очень важных, насупленных и совсем на Киринна не похожих, хотя тоже белых. Мидир показал им язык, радуясь, что родная темнота продолжает его закрывать, и они ничего не заметили. Сливаться с тенями и ходить по чужим снам он научился сам, не так давно, но получалось ловко. Отец увидел один раз и запретил, пришлось, честно глядя в глаза Джаретту Великолепному, пообещать, что второй принц не будет делать подобного. Совсем лишаться такого здоровского умения Мидир не хотел, поэтому не стал говорить вслух, где именно и сколько конкретно «не будет делать ничего подобного». Отец если и заметил, ничего не сказал, а прочитать что-то в его чернющих глазах всегда было невозможно.

Волчий принц покрутил головой, поняв, что за мыслями потерял Киринна из виду. Коридоры тут были белые-белые, как в кошмарном сне, тени жались и прятались по углам, скользить вдоль стен позволял неровный свет факелов и редко развешенные гобелены. Пришлось выгадывать колыхания, движения, поворот головы стражников, чтобы пробраться дальше. Вел Мидира только стук удаляющихся шагов — Киринн шел тяжело, но бесстрашно, не опасаясь нападения и явно давая знать, где именно находится. То есть намеренно вызывал огонь на себя! В этом был весь Киринн.

Вновь поймав себя на том, что слишком увлекается, Мидир проскользнул вдоль стен, которые тут были еще и холодные, из белейшего мрамора, и увидел начальника замковой стражи посреди сводчатой залы, где теснилось множество белых волков. В овальном центре, похожем на дуэльную площадку, возвышался постамент, чем-то занятый. Вокруг, позволяя видеть лица сидящих, огибали центр столы, ступенями поднимающиеся вверх, второй выше первого, третий выше второго. По счастью, здесь было, куда спрятаться, Мидир метнулся в один из проходов и замер, прислонившись к не обитой железом ножке. Зубы сразу же зачесались, но второй принц сдержался, вспомнив суровый голос отца — происходящее было неправильным и сильно волновало Мидира.