Судьба Найтс-Ридж
Шрифт:
Эван.
Черт.
Эта девочка разрывает меня на куски и собирает по кусочкам по несколько раз за день.
Она... ну, она невероятная.
Настоящая мини-копия своей матери, слава Богу. Никому из нас не нужна маленькая версия меня, бегающая по дому. Если наш малыш окажется мальчиком, я могу только надеяться, что он унаследует гены Нико, а не мои.
Возможно, я не тот человек, которым был, когда мы с Калли только начали встречаться. Возможно, я принял и справился со всем, что пережил от рук нашего деда. Возможно, я принял свои шрамы. Но я все еще извращенный ублюдок. И это никогда не изменится. Я не хочу отравлять крошечного человечка даже малейшей частицей этого.
Оставив их, я направляюсь к лестнице, более чем готовый сменить пропитанные молоком шорты и боксеры.
Длинный коридор по-прежнему тихий, все в доме спят после, вероятно, очередной ночи выпивки и веселья.
Открывая дверь как можно тише, я быстро проскальзываю внутрь.
Бросив футболку на кучу грязного белья, которую мы собираем, я засунул большие пальцы за пояс и спустил с ног шорты и трусы.
Я замер в тот момент, когда они коснулись пола, почувствовав, как по спине пробежал холодок.
Мои губы дрогнули в ухмылке, когда я понял, что происходит.
Моя девушка не спит. Вместо этого она любуется шоу.
Взглянув через плечо, я вижу именно то, что и ожидал.
Кэлли лежит на боку, положив голову на мою подушку - трюк, который она выучила в самом начале наших отношений - и пристально смотрит на мое тело.
Даже сейчас, после всех этих лет, которые мы провели вместе, я чувствую легкое беспокойство, зная, что она смотрит на уродство моего тела.
Это длится недолго, но во мне все еще есть что-то укоренившееся, что заставляет меня хотеть спрятаться, несмотря на то, что Калли снова и снова показывает мне, как сильно она любит каждый миллиметр моего тела.
— Увидела что-то, что тебе нравится, ангел? — рычу я, отгоняя этот голосок, чтобы сосредоточиться на ней.
— Чем я заслужила то, что ты незаметно проскользнул сюда и устроил мне утреннее стриптиз-шоу?
— Эван вылила на меня свой завтрак, — признаюсь я, наконец поворачиваясь и позволяя ей полюбоваться моим телом.
Ее взгляд скользит по моей груди, по моим кубикам, прежде чем остановиться на моем члене.
— Какая жалость, — говорит она рассеянно, прежде чем прикусить нижнюю губу.
— Что она сейчас делает?
Я ухмыляюсь, подходя ближе, чтобы она могла лучше видеть.
— Она кормит Декстера вместе с Нико. Не волнуйся, ангел. Она полностью отвлечена.
— Хорошо. Это… — Она с трудом глотает, когда я обхватываю член пальцами и начинаю медленно дрочить. — Х-хорошо.
— Тебе что-то нужно от меня?
Оттолкнувшись от кровати, она перекинула ноги через край и уперлась ступнями в толстый ковер.
— Я хочу попробовать тебя, — шепчет она, щеки ее пылают от смущения.
Мой ангел - грязная, грязная девочка. На протяжении многих лет она была более чем готова проявить творческий подход в спальне - и за ее пределами - и часто идеи были даже ее собственными. Но, похоже, ничто не может остановить ее смущение, когда она говорит мне, чего она хочет.
Но мне это чертовски нравится. Несмотря на то, что я знаю, что в настоящее время она далеко не невинна, ее милый вид сводит меня с ума.
— Тогда чего же ты ждешь, ангел?
Я подхожу ближе, предлагая себя, и в тот момент, когда я оказываюсь на расстоянии вытянутой руки, она высовывает язык и лижет мой кончик.
— Черт, — рычу я, когда она начинает кружить языком, как будто я ее персональный леденец.
Я более чем счастлив быть таковым.
Как только я отпускаю себя, она заменяет мою руку своей и приступает к обработке каждого дюйма моего члена.
То, до чего она не может дотянуться, когда заглатывает меня, она дразнит своим нежным прикосновением.
Обхватив ее щеку, я позволяю ей вести, задавать темп. Но, как всегда, она точно знает, что мне нужно, и через несколько минут я мчусь к разрядке.
— Ангел, — вырывается у меня, предупреждая ее на случай, если она не собирается глотать - не то чтобы она когда-либо давала мне понять, что не хочет этого.
Она напевает, как будто предупреждает меня, чтобы я не указывал на очевидное, и эта дополнительная вибрация заставляет меня перейти грань. Мой член набухает между ее губами, прежде чем я наполняю ее идеальное горло горячими струями спермы.
— Черт, это было хорошо, детка, — выдыхаю я, когда сердце колотится в груди.
— Да? — спрашивает она, облизывая губы, как будто уже думает о том, чтобы повторить все заново.
— Да, но теперь твоя очередь.
Хватая ее за руки, я поднимаю ее на ноги.
Ее набухший живот упирается в мой, и мои руки немедленно опускаются, лаская ее упругую кожу.
Когда я дохожу до края ее майки, я тяну ее вверх, над ее животом, и снимаю с нее, оставляя ее в бюстгальтере.
— Ты такая красивая, — шепчу я, опускаясь на колени и покрывая ее живот поцелуями.
У нее не осталось растяжек от Эван, но на этот раз она больше и у нее появилось несколько следов от ребенка на нижней части живота.
Я целую каждый из них, показывая ей, что люблю каждую отметину на ее теле так же, как она любит мои.
— Николас, — стонет она, когда я хватаю ее шорты и трусики за бока и стягиваю их с ее ног.
— Встань на четвереньки, ангел. Покажи мне свою красивую киску.
Я поднимаю глаза как раз вовремя, чтобы увидеть, как она с трудом глотает, прежде чем поворачивается и делает точно то, что я ей сказал, ползет на кровать, соблазнительно покачивая бедрами.
Наклонившись, она дает мне то, что мне нужно, позволяя мне увидеть свою гладкую киску.
— Ты любишь сосать мой член, не так ли?
— Николас, — предупреждает она, соблазнительно покачивая задницей у меня перед лицом.
Я смеюсь, наслаждаясь тем, как она отчаянно хочет меня.
После рождения Эван у нас была очень здоровая сексуальная жизнь. Но секс во время беременности, когда ее гормоны бушуют. Блядь. Это лучшее, что может быть. Она, наверное, не согласилась бы, но я с удовольствием держал бы ее беременной в обозримом будущем, чтобы она оставалась такой ненасытной.