Чтение онлайн

К. обратилась в суд с иском к ООО «Ц.» о возмещении вреда здоровью в сумме 150 000 руб., материального ущерба в сумме 10 000 руб. (плата за услугу) и компенсации морального вреда в размере 200 000 руб. Свои требования мотивировала тем, что 14.06.2002 г. ей была проведена некачественная операция, а затем 24.06.2002 г. — повторная операция. На 3-й день после повторной операции ее состояние резко ухудшилось, произошла остановка кровообращения и дыхания. По окончании лечения истице установлена вторая группа инвалидности по общему заболеванию.

Из материалов дела следует, что К. заключила с ответчиком договор об оказании платной медицинской услуги (лапароскопия, гистероскопия), стоимость услуг — 10 000 руб. При поступлении в гинекологическое отделение ООО «Ц.» на плановое оперативное лечение К. был подписан формуляр письменного согласия, в соответствии с которым истица дала согласие на то, что при определенных обстоятельствах (возникновении осложнений) оперативное лечение может закончиться традиционным способом, то есть полостной операцией.

В ходе судебного разбирательства истицей не было доказано, что ответчик оказал некачественную услугу: заболевание, по поводу которого К. оперировалась, излечено. Доводы истицы о том, что ухудшение состояния здоровья связано с проведением полостной операции (вместо эндоскопической), не могут быть приняты во внимание, поскольку, согласно формуляру письменного согласия, К. понимала и не возражала, что в силу объективных причин и при обнаружении каких-либо осложнений при проведении эндоскопической операции ей может быть проведена полостная операция.

Согласно акту служебного расследования возникшее у истицы на 3-й день послеоперационного периода осложнение в виде остановки кровообращения и дыхания нельзя связать с основным заболеванием, равно как и связать ухудшение состояния здоровья и инвалидность с выполненными операциями. Суд разъяснил сторонам право провести судебно-медицинскую экспертизу для установления причинно-следственной связи между проведенной операцией и ухудшением состояния здоровья, однако ни одна из сторон не заявила соответствующего ходатайства. При таких обстоятельствах у суда не имелось достаточных доказательств наличия подобной связи. Решением Центрального районного суда г. Красноярска от 22.04.2004 г. в иске К. отказано [170] .

Еще в одном случае П., действующая в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего сына, обратилась с иском к МБУЗ «Городская больница № 4» и МБУЗ «Родильный дом № 2» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного некачественным оказанием медицинских услуг. Исковые требования мотивировала тем, что указанными медицинскими организациями были проведены некачественные операции в 2007 г. (лапароскопия) и 2008 г. (кесарево сечение при родовспоможении), в результате чего родившийся ребенок имеет множественные патологии, ему установлена инвалидность. Крометого, при родовспоможении объем операции не был согласован с истицей, в результате чего были повреждены внутренние органы.

Решением Советского районного суда г. Красноярска от 21.09.2012 г. в удовлетворении исковых требований отказано ввиду отсутствия необходимых условий для возложения на ответчиков обязанности по возмещению вреда.

Апелляционным определением Красноярского краевого суда от 12.12.2012 г. № 33-10829/2012 указанное решение оставлено без изменения. Отклоняя жалобу истицы П., судебная коллегия указала следующее.

В истории родов имеется информированное согласие П. на проведение операции кесарево сечение. Она информирована, что все исследования и операция будут проведены в соответствии с существующими в родильном доме № 2 стандартами, предусматривающими защиту от всевозможных осложнений, и, тем не менее, такие осложнения, как кровотечение во время операции и в послеоперационном периоде, кишечная непроходимость, заживление швов вторичным натяжением, ранение мочевого пузыря, мочеточников, кишечника, а также расширение объема операции не могут быть полностью исключены. Сучетом всего вышеуказанного она дает согласие на проведение ей операции и обязуется выполнять все требования и рекомендации врача.

Из истории развития новорожденного, заполненной в МБУЗ РД № 2 на имя матери П., следует, что мальчик родился 11.08.08 г., состояние после рождения очень тяжелое, обусловлено острой дыхательной недостаточностью, ОЦН, ГБН по резус-несовместимости на фоне недоношенности.

Изучив представленные доказательства, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии таких необходимых условий для возложения ответственности, как: противоправность действий (бездействия) ответчиков и причинная связь между поведением ответчиков и наступившим вредом для истицы П. и ее несовершеннолетнего сына.

Судом установлено, что у П. имелись все показания для проведения операций 17.09.2007 г. и 11.08.2008 г.; каких-либо дефектов и недостатков в оказании медицинской помощи П. не установлено; оперативное вмешательство 17.09.2007 г. и 11.08.2008 г. было произведено качественно, на патологию ребенка не повлияло (врожденные пороки и заболевания были вызваны в том числе хроническим гинекологическим заболеванием матери, а также перенесенной истицей в 8 недель беременности ОРВИ и приемом лекарственных препаратов). Инвалидность у ребенка П. установлена по заболеваниям, которые возникли по причине патологии внутриутробного развития и не связаны с оказанием (неоказанием) медицинской помощи и лечением П.

К. предъявила иск к муниципальному учреждению здравоохранения о возмещении вреда здоровью, материального ущерба и компенсации морального вреда в связи с некачественно проведенной операцией по удалению камней в желчном пузыре, повреждением общего желчного потока, что привело к тяжелым последствиям, включая инвалидность II группы и утрату профессиональной трудоспособности на 100 %.

Решением Сосновоборского городского суда Красноярского края от 26.04.2005 г. исковые требования истицы удовлетворены, с ответчика в пользу К. взыскано в возмещение утраченного заработка единовременно 16 800 руб., ежемесячно по 800 руб., расходы на приобретение лекарств 4965 руб. и компенсация морального вреда 100 000 руб. Суд, руководствуясь от. 1064, 1068, 1085, 1086, 151 ГК РФ, с учетом заключения судебно-медицинской экспертизы, пришел к выводу о том, что по вине врача, проводившего операцию истице, был поврежден общий желчный поток, что привело к тяжким последствиям: создало угрозу для жизни истицы, повлекло утрату профессиональной трудоспособности на 100 %. Нуждаемость в лекарствах и расходы на их приобретение подтверждены соответствующими заключениями врачей и товарными чеками [171] .

С. предъявила иск к лечебному учреждению (больнице скорой медицинской помощи) о взыскании 6000 руб. для оплаты расходов по проведению косметической операции и 200 000 руб. компенсации морального вреда. Судом установлено, что из-за неправильного введения врачами скорой помощи инъекции хлористого кальция у истицы развился некроз мягких тканей левой руки. В течение длительного времени истице пришлось терпеть сильные боли, была ограничена подвижность левой руки, после проведения лечения на руке остались рубцы, поэтому истица не может носить одежду с коротким рукавом. Для устранения указанных дефектов истице необходима косметическая операция.

С учетом фактических обстоятельств дела, принципа разумности и справедливости суд удовлетворил требование истицы о компенсации морального вреда в сумме 20 000 руб. Требование о возмещении затрат на проведение косметической операции отклонено, поскольку истицей не представлена смета (расчет) расходов на ее проведение. (Решение Октябрьского районного суда г. Красноярска от 29.12.2003 г.). [172]

3. обратилась в суд с иском к ООО «ЭРА-2» о защите прав потребителей. Свои требования мотивировалатем, что обратилась к ответчику за экстренной медицинской помощью, жаловалась на боли в районе 36–37 зубов*. Ответчик начал лечение. Однако после проведенного лечения 37 зуба, зубная боль усилилась.

В дальнейшем ответчик начал лечение 36 зуба, но прервал лечение с рекомендацией удаления данного зуба.

03 сентября 2011 г. истица выехала для отдыха в другой город. Обратилась по поводу зубной боли в медицинское учреждение, где ей был сделан рентгенографический снимок, который указал о необходимости лечения, но неудаления, только 36 зуба. В дальнейшем 36 зуб был все-таки удален в связи с несвоевременным началом лечения.

С учетом данных обстоятельств истица просила взыскать с ответчика уплаченные денежные средства на лечение 36 и 37 зубов, расходы по удалению 36 зуба в другой медицинской организации, дополнительные расходы на протезирование 36 зуба и компенсацию морального вреда.

Решением Советского районного суда г. Липецка от 06.09.2012 г. исковые требования 3. удовлетворены.

По апелляционной жалобе ответчика, судебной коллегией по гражданским делам Липецкого областного суда указанное решение отменено в части взыскания в пользу 3. расходов на лечение, удаление и последующее протезирование 36-го зуба, в удовлетворении данных требований 3. отказано.

Выводы судебной коллегии мотивированы тем, что совокупностью доказательств по делу (в том числе заключением судебно-медицинской экспертизы, медицинской документацией)установлено, что 36 зуб требовал медицинского вмешательства уже при первоначальном обращении истицы к ответчику, проведенные ответчиком действия по лечению данного зуба не являются причиной его удаления.

Вместе с тем судебная коллегия признала обоснованным взыскание с ответчика в пользу истицы 3. компенсации морального вреда, поскольку из-за неправильно выставленного ответчиком диагноза истицей было начато лечение 37 зуба, который на момент обращения к ответчику в экстренном лечении не нуждался, вследствие чего истица продолжала испытывать острую боль от 36 зуба в течение значительного периода времени (апелляционное определение Липецкого областного суда от 29.11.2012 г. № 33-2682/2012//СПС).

Супруги Л. предъявили иск к ООО «Ц.» о возврате уплаченной по договору цены 78 991 руб. и компенсации морального вреда в сумме 100 000 руб. Свои требования мотивировали тем, что ответчик оказал некачественные платные услуги по лечению бесплодия (методом экстракорпорального оплодотворения) — не провел предварительное обследование Л., не информировал ее о противопоказаниях к проведению вышеуказанного лечения (наличии у истицы воспалительных состояний детородных органов), что делало лечение заведомо безрезультатным.

Судом установлено, что истцами Л. подано в ООО «Ц.» заявление на проведение лечения, которое является неотъемлемой частью договора об оказании платных медицинских услуг. Из этого заявления следует, что Л. был разъяснен порядок проведения лечения методом ЭКО и известно, что лечение может оказаться безрезультатным. Согласно одному из пунктов договора, супруги Л. были ознакомлены с памяткой «Лечение бесплодия методом экстракорпорального оплодотворения (ЭКО)». Факт предоставления Л. информации о процедуре ЭКО подтверждается записями в ее амбулаторной карте. Утверждения Л. о том, что она не была обследована в объеме, позволяющем выявить противопоказания к проведению ЭКО, опровергаются заключением судебно-медицинской экспертизы. Согласно объяснениям эксперта, предварительное обследование пациентки было проведено в полном объеме и противопоказаний к лечению бесплодия методом ЭКО выявлено не было, отрицательный результат лечения мог быть вызван рядом факторов, о которых пациентка была заранее информирована. Решением Советского районного суда г. Красноярска от 16.12.2003 г. в иске отказано [173] .