Чтение онлайн

— Все нормально Макс, — улыбнулась девушка. — Я еще месяц назад продала свою сибирскую халупу мадам Люлю, с тем, что она мне выплачивает не всю сумму сразу, а постепенно. Так что у меня еще лимит где-то на два миллиона.

— И, что, она вот просто так согласилась подписать долговое обязательство на два с половиной миллиона?

— Если бы мне это было надо, согласилась бы, — хмыкнула магичка. — Но мы сделали проще. У Анны лежит моя расписка на ту же сумму. Мадам выплачивает мне очередной гонорар как выплату по кредиту, а «гарант моей честности» уменьшается на соответствующую сумму. Так что у меня есть, что ответить на любые вопросы прокуратуры. Плачу налоги и сплю спокойно.

— Ловко.

— А то, — откровенно ухмыльнулась Агафья. — Так отгонишь?

— Отгоню, — улыбнулся Николай. — Куда я денусь?

— Серый Роно Логан. Держи бумаги и ключи, — девушка передвинула по столу прозрачный пластиковый конверт. — Доверенность я оформила бессрочную, так что можешь пользоваться спокойно.

— Ах, ты, лиса! — возмутился капитан, а Макс расхохотался, забыв о плохом настроении. — Так вот что за «другие методы» ты имела в виду!

— А что такое, — невинно захлопала глазами магичка. — Реношку я купила себе. А ты пользуйся, пока жигуленок не починишь. Или будешь действовать по принципу: «Назло кондуктору, куплю билет — пойду пешком»?

Николай не нашелся, что ответить, беспомощно переводя взгляд с веселящегося майора на хихикающую в кулачок девушку.

— Заговорщики, — проворчал он, наконец. — Ладно. Но только пока жигуль не починю.

— Ну, и славно, — закрыла тему Агафья. — Макс, ты отчет будешь диктовать? А то у меня всего сорок минут осталось.

— Буду, — буркнул майор, опять помрачнев.

Девушка пересела на место майора и вывела на экран вордовский файл. Последнюю точку она поставила одновременно с телефонным звонком.

— Миллиметраж, — удовлетворенно кивнула девушка, взглянув на мобильник, и поднялась.

Она накинула куртку, кивнула Николаю и, поцеловав на прощанье майора, ушла. Едва за магичкой закрылась дверь, Макс подошел к окну. Минут десять он молча смотрел на улицу, а потом отвернулся, присев на подоконник.

— Уехала. С ним.

Капитан промолчал. Он не знал, что сказать другу. Говорить надо было не с ним, а с Агафьей. Но фокус был в том, что Николай и ей не знал, что сказать. В такие моменты, как сейчас, оперативнику хотелось схватить девчонку за плечи и хорошенько потрясти. «Скорее бы эти двое поженились или расстались, наконец, окончательно», — неожиданно для себя подумал он.

Конец августа. Суббота

Лейтенант Полозкова поставила последнюю точку и, глянув на часы, отправила документ на печать. Без пятнадцати пять. Девушка покосилась на толстую пачку документов и расслабленно откинулась на спинку стула. Осталось только отволочь эту макулатуру следователю, и о «деле гнилого дедка» можно было забыть. Эксперты подтвердили то, что магичка и так уже знала — старичок пал жертвой собственной злости и жадности. Сына он прогнал. Скорую вызывать не стал. А больную после падения голову решил полечить аспирином — единственным обезболивающим, которое было у него в аптечке. Просто гениальное решение при внутренних повреждениях, учитывая, что аспирин разжижает кровь. Через полчасика в кресле перед телевизором уже сидел труп.

Старенький принтер, натужно поскрипывая, выплюнул, наконец, последний лист рапорта. Магичка аккуратно подписала еще теплые страницы и, собрав бумаги, пошла к следователю. Благо, идти было недалеко.

Мобильный запиликал, когда, завершив все формальности, Агафья уже собиралась уходить.

— Тебе машина нужна будет сегодня? — спросил Николай, не тратя времени на приветствия.

— Нет. А что случилось? — непривычно напряженный голос друга заставил ее насторожиться. — Какие-то проблемы с вашими информаторами?

— Да, нет, — отмахнулся оперативник. — Мне в больницу съездить надо. Когда освобожусь — не знаю, вот и спрашиваю.

— В больницу?

— Тетя Маша звонила. Оказывается, она в онкологии лежит.

— Это у нее в деревне ты продукты покупаешь? Ты не говорил, что она болеет.

— Да я и сам не знал. Она две недели назад сказала, что из-за какой-то ерунды в больницу ложится. Навещать не велела, мол, ничего страшного. А тут вдруг позвонила и попросила прийти в онкологию. Так я машину возьму?

— Бери, конечно, — кивнула магичка, забыв, что собеседник ее не видит. — И, вот что. За мной заскочи в управу. С тобой поеду. Ты не против?

— Не против, — с заметным облегчением отозвался Николай. — Я и сам думал тебя попросить. Только сначала хотел выяснить, в чем дело. Но можно и сразу. Минут через пятнадцать подъеду.

В больничном коридоре пахло хлоркой и какими-то едкими лекарствами. Магичка поморщилась, но ничего не сказала.

Тетку Николай узнал с трудом. Да и не удивительно. Сильно похудевшая, с темными кругами под глазами, женщина мало походила на ту пухленькую хохотушку, которую он видел всего лишь месяц назад.

— Невесту привел, племяш? — слабым голосом поинтересовалась она.

— Это не моя невеста, — отозвался капитан, потрясенный такими переменами.

— Жаль… Что я матери твоей на том свете скажу?

— Каком еще «том», тетя Маша? — возмутился Николай, медленно приходя в себя. — Рано тебе о нем думать!

— Рано, не рано, а пора.

— Еще чего! Кто у тебя лечащий врач?

— Прутов.

Николай поднялся и вышел из палаты. Женщина покачала головой и посмотрела на Агафью.

— Вот, всегда так… Фома неверующий. А ты, девочка, кем Коле приходишься?

— Вы Макса, друга его, знаете? — отозвалась Агафья, глядя на женщину истинным зрением. Агрессивная мутация на клеточном уровне ясно просматривалась в районе желудка.

— Неужто остепениться решил Максим? — слегка оживилась женщина.

— Ну, вроде, как, решил…

— Это хорошо. Даст Бог, и Коля за ним… Жаль, я уже не увижу…

— Увидите. Почему же нет? — машинально возразила магичка, лихорадочно размышляя, как помочь женщине и в тоже время не вызвать очередную сенсацию.

— Ты меня не утешай, деточка, — отмахнулась больная. — От меня уже и врачи не скрывают ничего.

— А, может, врачебная ошибка? — улыбнулась Агафья, наконец придумавшая, как избежать ненужной огласки.

— А на скелет страхолюдский я за три недели похожа стала, потому что ошибки этой испугалась? — невесело усмехнулась Мария.

— Ну… Операцию-то вам не делали. Могли и ошибиться. А похудели, потому что лекарства вам дают. Лекарства от рака, они же по сути своей — яд.

— Хорошо бы. Только лекарства эти мне уже не дают — бесполезно, одно обезболивающее. Зато анализы всякие по три раза на день делают. Сколько можно ошибаться-то?