Чтение онлайн

Из всей нацистской камарильи пожалуй один Геринг обладал хорошими организаторскими способностями, правда эти таланты он проявлял не часто и только если это было выгодно лично ему. За те восемь дней, начиная с 1 марта когда "Кондор" из KG.40 заметил конвой PQ-12 и было принято решение о проведении "Спортпалац" он провёл действительно грандиозную работу. Из Гроссето была переброшена сборная I группы 26-й эскадры в 25 Не-111Н-6 на аэродром Бардуфосс в 70 км от Нарвика. Туда-же перелетели две эскадрильи из KG.30, одна из которых была экспериментальной на истребителях Ju-88С и Ме-110. В Вест-Фьорде приводнились две эскадрильи поплавковых торпедоносцев Хейнкель-115С-1. 1-я эскадрилья 906-й группы (1./Ku.Fl.Gr. 906) и 1-я эскадрилья 406-й группы (1./Кu.Fl.Gr. 406), по состоянию на 9 марта 1942 г. в этих подразделениях насчитывалось соответственно девять и восемь боеготовых машин. Была создана опергруппа "Норд-Вест" которую возглавил коммодор 26-й эскадры подполковник Буш. Налажена связь и регулярные полёты "Летающих башмаков" BV-138, завезены горючее, бомбы и торпеды. С пяти часов утра 9 марта вся группировка была готова к боевым вылетам, команда поступила в 07.20. В 09.45 пользуясь целеуказаниями разведчиков над районом морского боя появились обе эскадрильи KG.30 и сцепились с "Фульмарами", операторы РЛС с "Викториеса" не зря ели свой хлеб. Бомбовый удар не удался и на линкоры спикировали разрозненные "Юнкерсы"-88 не добившись попаданий, а вот "Хейнкели" вышли в атаку практически без противодействия. Вел их командир третьей эскадрильи капитан Эйке. На расстоянии 10 км от кораблей самолеты 26-й эскадры развернулись строем фронта с интервалами между машинами 100–200 метров и далее продолжали полет на малой высоте, стремясь держать свой курс перпендикулярно курсу британских линкоров. Каждая машина несла по две торпеды, сбрасывание производилось с дистанции меньше тысячи метров. Из почти пятидесяти торпед попали…три, но это стало известно много позже, а сейчас тихоходные Не-115 посчитали, что линкорам конец и атаковали одиночного "Ринаун" и тоже добились трёх попаданий. Авианосец находившийся в 15 милях от места событий не был замечен и остался неатакованным, мечта Геринга не сбылась.

Экипаж "Тирпица" с надеждой обреченных на смерть и вдруг получивших помилование, следил за разворачивающейся битвой самолетов и кораблей. Промахи пикировщиков вызвали разочарованный стон, а успехи торпедоносцев бурю восторга. Английские корабли перед воздушной атакой прекратили преследование, начав маневрировать, а сразу после, просто остановились. Появилась возможность оторваться от погони, ведь не смотря на девять попаданий, линкор ещё мог поддерживать скорость в 27 узлов. Вот тут адмирал Цилиакс показал, что он совсем не Лютьенс, а уроки боя "Бисмарка" проанализированы и учтены. Второй раз за утро "Тирпиц" лёг на противоположенный курс, стремясь проскочить к Вест-Фьорду между вражеской эскадрой и норвежским берегом. "Фридрих Инн", весь бой державшийся впереди в трёх милях, чтобы не словить перелёт, тут же пристроился в кильватер. Немцы пошли на прорыв. Казалось, что помешать им в этом пытается один "Ринаун", начав описывать циркуляцию пересекающую курс рейдеров. Находящиеся далеко справа британские линкоры еле двигались, приходя в себя после торпедного нокдауна. Учитывая результат боя "Бисмарка" с "Худом", "Ринауну" категорически не рекомендовалось вступать в бой с новейшим немецким линкором и решение кэптена Чарльза Даниеля выглядело как минимум странным. Только вот несчастный линейный крейсер после торпедных попаданий, в этот момент имел заклиненные рули и убраться в сторону никак не мог. За те 40 минут, в течении которых "Тирпиц" огибал подранка, не меньше дюжины 380 мм снарядов достали крейсер, а когда дистанция сократилась до четырёх миль в дело вступил "Инн", выпустив восемь торпед по пылающему от носа до кормы кораблю. Мчавшийся на помощь "Дьюк оф Йорк" стал свидетелем его последних минут и только что и мог, так это поднять людей из воды. "Кинг" не мог и этого, после двух торпедных попаданий, его скорость упала сначала до 18 узлов и лишь к вечеру флагман адмирала Тови смог дать 22. Охота на "Тирпиц" так успешно начавшаяся, кончилась оглушительным поражением и страшно разочарованный командующий повел Флот Метрополии обратно в Британию, преследуемый летающей лодкой BV-138. "Фульмары" авианосца безуспешно пытались отогнать ее, а под вечер появились бомбардировщики Ju-88 и атаковали "Викториес", впрочем и в этот раз они результата не добились.

Линкор "Тирпиц", чудом избегнувший гибели, бросил якоря в заливе Боген, недалеко от Нарвика, в состоянии называемом "краше в гроб кладут". Ни о каких операциях без серьёзного ремонта и речи не шло и корабль начали готовить к переходу в Фатерлянд. На долгий год Арктические моря принадлежали Союзникам.

Все эти события стали известны "Нейтральному конвою" лишь по приходу в Петсамо. Русские экипажи поставили "Крест во спасение" на Соловках, а Марк Суутари только ошеломлённо головой покрутил: — "Во какие кренделя начала выписывать История".

Выход Финляндии из войны привёл шведских политиков в ужас, им казалось что конфликт между финнами и Рейхом вспыхнет незамедлительно, втянув в свою орбиту и Швецию тоже, но время шло, а ничего не происходило. Суоми провозгласила политику нейтралитета и это всколыхнуло идею 40-го года о создании союза между финнами и шведами. Только сейчас инициатором выступила Шведская сторона, угроза германского вторжения ни куда не делась, пример Норвегии был слишком свеж. Уже в октябре 1941 г. в Хельсинки состоялись переговоры председателя социал-демократической фракции финского парламента Вяйнё Хаккила и представителя президента Финляндии, будущего министра иностранных дел, доктора Хенрика Рамзая с премьер-министром Швеции Пером Альбином Ханссоном и начальником шведского Генштаба генерал-майором Акселем Раппе. В начале ноября шведская и финская правительственные комиссии подготовили государственно-правовые заключения по поводу возможного союза. Проекты обоих стран исходили из того, что союз сведется к заключению межгосударственных соглашений, основными задачами которых были бы военное взаимодействия и координация внешней политики. Но уже 12 ноября президент Финляндии Ристо Хеикки Рюти и шведский премьер Ханссон объявили, что амбиции могут быть масштабнее: оформить оборонительный союз, который включал бы в себя формальное обязательство прийти на помощь друг другу в случае нападения на территорию одной из стран. А 19 ноября король Швеции, Густав V произнёс речь, начавшуюся словами: — "Скандинавия должна объединяться перед лицом грозного внешнего противника…".

27 ноября в торжественной обстановке, Высокими Договаривающимися Сторонами в присутствии дипломатов многих стран, Скандинавский оборонительный союз был парафирован. По понятным причинам представители "Оси" это мероприятие игнорировали.

Сказать что Маннергейм был разочарован, это не сказать ничего, на поверку "Шведский лев" оказался бумажным. Сразу же после того как парламенты обеих стран ратифицировали "Союз", Маршал возглавил комиссию по Вооружённым Силам и отправился по Швеции с ознакомительной поездкой. Королевская Шведская армия находилась в состоянии бесконечной реорганизации. Десять существующих дивизий были исключительно административными единицами, способными только учитывать солдатские подштанники. Полки были предоставлены сами себе и получали новое вооружение и снаряжение без какой либо системы, обучение шло без специального порядка, согласно разумения отдельных командиров. Было три типа организации полков, названных по году когда они должны были быть закончены. 1937, 1940 и 1943. Это значит, что организация 1937 года, была начата в 1925-м и должны была быть закончена в 37-м. Организация 40-го года была заложена в 37-м, чтобы быть законченной в 40-м. В реальности организация 37 не была закончена в 40-м, когда уже началась организация 40.

В 1940-м году была подготовлена организация 43, направленная на повышение огневой мощи. Предполагалось что все полки будут реорганизованы к 43-му, на самом деле этот процесс и не начинался. Подвижные войска тоже вызывали удивление, нет, на первый взгляд все было нормально, в течение 1941 года сформированы 3 моторизованные бригады, 3 бронебригады, 3 самокатные и 4 егерские бригады. Только почему рядом с вполне современными чешскими танками "Шкода" спокойно соседствовали тихоходные раритеты начала 30-х годов с пулемётным вооружением? Самоходная артиллерия отсутствовала как класс. Были многочисленные вопросы к буксируемой артиллерии и артиллерии ПВО. Дивизионных, а тем более корпусных учений не проводилось. Общий вывод был неутешительный, не армия, а какой-то полуфабрикат, так и высказался Маннергейм на представительном совещании в Стокгольме 14 декабря. А совещание было действительно представительным, председательствовал сам король, с ехидцей оглядывая своих военных и цивильных подданных.

— Рюсся бы вас прошли не сбавляя скорости. — Напирал с солдафонским сарказмом Маршал. — Не говоря о немцах, те пожалуй о норвежцах бы остались лучшего мнения, чем о вас. Такое ощущение, что офицеры воевавшие в "Зимнюю" и во время "Продолжения" по возвращению домой были специально изолированы, а их отчёты о боевых действиях сдавались в архив даже не читая. Военная мысль Королевской армии застыла на уровне 18-го года. Почему ваши оборонительные линии строятся исключительно как противопехотные препятствия? Вы что, не слышали о существовании танков? — Маннергейм уставился в переносицу "Начальника армии" Ивара Хольмквиста. — Господа, от вас смердит, смердит пораженчеством и саботажем, если не сказать больше — предательством. — Он вполне мог себе позволить самые резкие выражения, за спиной угрюмо сверкали глазами "Финское лобби" во главе с командиром шведского добровольческого корпуса генерал-лейтенантом Линдером, урожденным финном, и старым знакомцем ещё по Гражданской войне, генералом графом Арчибальдом Дугласом.

— Что вы себе позволяете! — Вскинулся Хольмквист. Объективности ради надо признать, что в происходящих безобразиях его вины было совсем немного, он принял свой пост только в прошлом году и что либо принципиально изменить просто не успевал. Только Маршалу было на это наплевать, он твёрдо решил протолкнуть на самый высокий пост Дугласа с которым имел дружеские отношения. Не обращая внимания на возмутившегося "начальника", Маннергейм обратился к королю:

— Ваше Величество, настоятельно рекомендую внести коррективы в армейское командование.

— Мы обдумаем ваши рекомендации. — Милостиво кивнул монарх. — А что вы предлагаете по совместному управлению вооруженными силами двух стран?

— Подготовлен целый пакет предложений.

Авторитет Маршала сыграл свою роль и к концу года под его управлением был организован "Комитет национальных штабов", где заместителем был "Начальник Королевской Шведской армии" Арчибальд Дуглас и "Сил быстрого реагирования" — армия из четырёх финских, четырёх шведских дивизий и нескольких бригад. Это соединение возглавил Леннарт Эш, а заместителем к нему пошёл генерал Линдер. Заняв "командные высоты" в армии, финны были вынуждены уступить авиацию, во главе интернациональной Авиафлотилии встал подполковник Бакгаммар, а в случае войны Финский флот уходил в полное подчинение шведских адмиралов. Выстроив довольно громоздкую структуру управления, Маннергейм начал лихорадочно вырабатывать стратегию, где для отражения агрессии, на помощь национальным армиям приходят "Силы быстрого реагирования", правда пока непонятно было как поступать если этих сил окажется недостаточно.

— Господин Маршал, посмотрите на эту ситуацию шире, поставьте себя на место Адольфиуса. — "Референт по геополитическим вопросам" был сегодня необычайно настойчив. — Германия действительно не может продолжать войну без шведской руды, это для них вопрос выживания. Ради сохранения поставок сырья они захватили Норвегию и не остановятся перед вторжением в Швецию.

— Марк, вы сгущаете краски, немцы воюют в России, на Средиземноморье и в Африке, вынуждены держать оккупационные войска в Европе. Ещё один фронт в Скандинавии их просто убьёт, им элементарно не хватит ресурсов, нельзя быть сильным одновременно во всех пунктах.

— Нельзя, согласен. И ОКХ это прекрасно понимает, но изменение военно-политического расклада связанного с нашим выходом из войны, заставит их сократить фронт, думаю, что за счёт Роммеля. Услышьте меня, заключение Скандинавского оборонительного союза только увеличивает для них ситуацию неопределённости, при которой поставка руды перестаёт быть делом только двух стран. Англичане это поняли сразу и уговорили Сталина на расширение британского присутствия в районе Мурманска, теперь они бомбят Нарвик и Киркенес с советских аэродромов, высадили польскую 2-ю Гренадерскую дивизию. Нам поставляется англосакское оружие. Все это делается с одной целью — убедить немцев в том, что атака Норвегии Англо-Советскими войсками, вопрос времени. То, что они могут сотрудничать, все убедились, наблюдая за оккупацией Персии. С точки зрения Гитлера в будущей битве за Нарвик, а значит за руду, мы либо займём благожелательный нейтралитет, либо выступим на стороне Союзников, а эта неопределённость для немцев нестерпима. Значит её необходимо разрешить военным путём и чем быстрее, тем лучше, пока мы не довели шведскую армию до стандартов современной войны. Именно поэтому они и начали формировать группу Армий "Скандинавия" и именно этого добиваются Сталин и Черчилль. Интерес русских прост, чем больше немецких дивизий воюет где-то, тем меньше их на Советско-Германском фронте, а англичане опасаются за Египет и просто счастливы перенацелить тевтонов в другое место. Ваше Превосходительство, моё мнение, нас атакуют сразу же, как только ослабнут морозы, атакуют и в Швеции и в Лапландии.