Чтение онлайн

В современном обществе происходит изменение типа семьи. При этом новая структура нередко приводит к дестабилизации семейных отношений. В процессе общения все члены семьи занимают определенные позиции. Отношение субъекта к занимаемой позиции может быть различным. Степень удовлетворенности или неудовлетворенности позицией зависит от того, что именно в общении привлекает индивида, на что он ориентирован, от чего отталкивается и в какой мере ему удается этого достичь. Принудительная смена позиции вызывает конфликт, а неприятие новой позиции – еще хуже – глубинный конфликт. Таким образом, смена позиции в семейной структуре может быть суицидоопасной. А. Г. Амбрумовой и Л. И. Постоваловой [1983] выделяется несколько типов семей:

1. Интегрированные и дезинтегрированные. Критерий такой классификации – степень сплоченности. Могут быть частично дезинтегрированные семьи (предполагающие наличие микрогрупп). Особенно суицидоопасно, с точки зрения исследователей, противопоставление одного члена семьи коалиции членов. В этой ситуации чаще всего характерно демонстративное суицидальное поведение с целью изменить положение в семье.

2. Гармоничные и дисгармоничные. Критерий – степень психологического, ценностно-ориентационного соответствия между членами семьи. При этом суицидологи различают естественную и искусственную гармонию; последняя формируется на основе усилий и компромиссов. Суицидоопасная ситуация возникает тогда, когда один из членов семьи стремится навязать другому свои привычки, манеры, поведение, жизненные ориентации.

3. Корпоративные и альтруистичные. Основной критерий этого деления – степень коммуникативности семьи как системы. Для корпоративных семей характерно большее сплочение и поддержка, оказываемая друг другу членами семьи. В альтруистичных семьях психологический и коммуникативный вектор смещается в сторону социального окружения семьи.

4. Гибкие и консервативные. Консервативные семьи не могут защитить своих членов вне семьи.

5. Открытые и закрытые. Степень проницаемости границ семейной системы, лежащая в основе такого деления, также накладывает свой отпечаток на специфику суицидального поведения. Так, в закрытых семьях в случае возникновения суицидального конфликта внутри семьи невозможно каким-либо образом «дренировать» психологическое напряжение, ища поддержку вне семейной системы.

6. Авторитарные и демократичные. В основе этой типологии лежит способ организации внутрисемейной структуры: распределение семейных функций, прав и обязанностей, стиль воспитания детей и т. д. Демократичные семьи обладают, как правило, большими психологическими ресурсами профилактики суицидального поведения.

Диагностика суицидального риска, по всеобщему мнению, должна складываться не только из определения типа семьи, но и позиции индивида в ней. Кроме того, необходимо учитывать также и антисуицидальные факторы семьи: ответственность за судьбу детей, нежелание травмировать родственников, эмоциональная привязанность к близким.

Помимо этого существует еще множество факторов, релевантных суициду. По мнению исследователей, наиболее частыми причинами суицидоопасных реакций являются: конфликт с брачным партнером, детско-родительский конфликт и конфликт с родственниками. Особенно суицидоопасна ситуация развода.

А. Г. Амбрумова и Л. И. Постовалова [1983] выделяют следующие основные семейные факторы, предрасполагающие к самоубийству:

1. Отсутствие отца в раннем детстве.

2. Недостаточность материнской любви.

3. «Синдром отсутствия родительского авторитета».

4. Матриархальный стиль отношений в семье.

5. Гиперавторитарность слабого взрослого, который стремится утвердить себя в семье с помощью эмоциональных взрывов и телесных наказаний ребенка.

6. Распад семейного очага (разводы, измены, сожительство).

7. Хронические конфликты между супругами, враждебность между членами семьи.

8. Длительные болезни или смерть родных.

9. Наличие в семье алкоголиков, психически больных и лиц с асоциальными формами поведения.

При этом суицидологический семейный диагноз является составной частью социально-психологической диагностики, так как он позволяет определить, опираться ли в процессе терапии на семью либо, наоборот, оградить суицидента от ее травмирующего влияния.

Слабая психологическая защита со стороны семьи наблюдается в случае, если:

• дезадаптирован кто-либо из членов семьи (т. е. дезадаптант внутри семьи);

• вся семья дезадаптирована относительно общества, т. е. ее ценности не совпадают с общественными (хотя внутри семьи может быть согласие). Это, как правило, делинквентные, асоциальные семьи [А. Г. Амбрумова, Л. И. Постовалова, 1983].

Суицидент не обязательно является жертвой конфликта, он может занимать и достаточно активную, агрессивную позицию. Иногда суицид может носить форму ультиматума. Исследователи отмечают, что антисуицидальной панацеей в семейной сфере является психологическая совместимость и естественность в отношениях, желание понять друг друга, любовь. Для того чтобы оба супруга были довольны браком, важно не то, насколько совпадает по типу внутрисемейной коммуникации данная семья с моделью эталонной семьи, а то, насколько самих супругов устраивает сложившиеся между ними отношения.

Рассматривая сексуальные отношения как релевантный суициду фактор, современные суицидологи отмечают здесь некоторую возрастную специфику. Так, в возрасте до 35 лет первичными психотравмирующими факторами являются психологические, нравственные и социальные, а собственно сексуальная дисгармония – их следствие. В результате семейного конфликта часто происходит дезадаптация с растерянностью и тревогой, которые часто детерминируют возникновение неуверенности в сексуальной полноценности и, как следствие, ведут к пессимистической оценке жизненной перспективы. Для таких суицидентов чаще всего характерны недостаточная зрелость половой идентификации и полоролевого поведения. В возрасте от 35 до 60 лет суицидальное поведение чаще всего возникает в результате конфликтов, связанных со снижением потенции у мужчины либо климаксом у женщины и бестактным поведением партнера. Иногда в основе таких конфликтов лежит расхождение духовных интересов, взглядов на воспитание повзрослевших детей. Ведь иногда дети – единственная нить, которая связывает супругов, а в этом возрасте эта нить ввиду взросления детей рвется. Возрастное своеобразие феноменологии сексуального фактора в генезе суицидального поведения откладывает отпечаток и на особенности психологической помощи суицидентам. Так, если психотерапия для молодых суицидентов связана с изменением неадаптивных установок, то для старших часто необходима терапия сексуальных нарушений и аксиопсихотерапия.

Одним из наиболее распространенных факторов суицидального поведения является одиночество. По данным М. Г. Балашовой и Е. Ю. Собчик [1983], контингент пациентов, переживающих одиночество, составил 80 % группы пациентов с выраженным суицидальным риском. При этом авторами наблюдались следующие причины, порождающие чувство одиночества:

• внезапная утрата значимого близкого в результате смерти;

• утрата близкого вследствие разрыва отношений;

• отсутствие взаимопонимания между супругами;

• отсутствие взаимопонимания между родителями и детьми подросткового и юношеского возраста;

• трудности социальной адаптации и общения у акцентуированных дисгармоничных личностей.

Болезненные расстройства проявлялись, как правило, симптомами ситуационно-преходящих субдепрессивных состояний и астеноневротических реакций на фоне тех или иных характерологических и возрастных особенностей личности. Большинство суицидентов независимо от характера конфликта предъявляли жалобы на состояние, характеризующееся ощущением острой душевной боли, безысходности, беспомощности, стойкое нарушение сна, эмоциональную неустойчивость, фиксированность на психотравме, снижение трудоспособности. Кроме того, они активно высказывали суицидальные намерения.