Чтение онлайн

— Она жива, — мягко произнес Эрик. — Но я не уверен, что нам удастся ее спасти. Здесь нужен ветеринар.

— Значит, мы обязаны отыскать его, — произнес Роланд, чьи руки сами собой крепче обхватили Рианнон. Ее слезы намочили его плащ на плече. — Ближайший город находится отсюда в пяти милях, — сообщил он. — Это совсем близко. — Наклонив голову, Роланд коснулся губами ее волос и прошептал: — Пандора выкарабкается, Рианнон, обещаю тебе.

Она согласно кивнула, щекоча его шею.

— Иначе… и быть не может. — Она приглушенно всхлипнула и посмотрела ему прямо в глаза. — Прости. — И, высвободившись из его объятий, снова склонилась над своей любимицей. Осторожно сложив вместе лапы пантеры, она взяла ее на руки и понесла к машине. Плечи ее все еще содрогались от неконтролируемых рыданий.

Роланд сглотнул. Неужели он так ей отвратителен, что она даже не хочет принимать его утешение?

Он прошел вперед и распахнул перед ней заднюю дверцу машины. Рианнон села внутрь, все еще прижимая к себе неподвижное тело пантеры, баюкая ее крупную голову. Поправив Пандоре хвост, Роланд осторожно закрыл дверцу. Тамара втиснулась на переднее сиденье между двумя мужчинами.

Эрик завел двигатель, и они тронулись. Рианнон нашептывала своей любимице, поглаживая ее шерстку и обращаясь к животному так, словно это был человек:

— Не покидай меня сейчас, Пандора! Ты же знаешь, у меня никого больше нет. Только ты. Если тебя не станет, я снова останусь одна. — Слова ее перемежались с всхлипами.

Тамара обернулась.

— Ты так сильно любишь ее, — сказала она со слезами на глазах.

Рианнон протестующе затрясла головой. Ее волосы почти скрыли ее склоненное к пантере лицо. По щекам текли ручейки слез.

— Не будь смешной. — Она снова всхлипнула. — Я бессмертная. Я не верю в любовь, — добавила она, гладя Пандору по голове. — Дело в том, что… это она меня любит. Она полюбила меня такой, какая я есть. Никто никогда не делал этого прежде.

— О, Рианнон…

— Мне никогда не нужно было ничего ей доказывать. В ее больших зеленых глазах я всегда была самой достойной. Я не была ее проклятием.

При этих словах Роланд вздрогнул.

— Безоговорочное принятие и преданность. За все время моего существования я познала это только с Пандорой. Она и помыслить не могла отвергнуть меня как не заслуживающую ее внимания.

Роланд почувствовал предательское пощипывание в глазах, а Эрик подозрительно всхлипнул.

— Рианнон, никто никогда не считал тебя недостойной, — начал было Роланд.

— Никто, кроме тебя, хочешь сказать? Спешу тебя огорчить, ты не был первым. Нет, эта честь принадлежала мужчине, являющемуся моим отцом. И не думай, что твое безразличие так уж важно, Роланд. Величайший фараон Египта назвал меня своим проклятием задолго до твоего появления, Роланд.

Эрик остановил машину у круглосуточной бензоколонки и, когда появился сотрудник, опустил стекло и по-французски спросил, есть ли в городе ветеринар. Услышав утвердительный ответ, Роланд вышел из машины и потребовал телефонный справочник и указания, куда ехать. Он был исполнен решимости поднять ветеринара с постели, если потребуется.

Ожидая, пока тот подойдет к телефону, Роланд мысленно ругал себя. Ему ничего не было известно о прошлом Рианнон и о том, что ее отец отверг ее. А он-то сказал ей те же самые слова на кладбище. Даже если бы он намеренно хотел причинить ей боль, он не смог бы подобрать более точных слов, ранящих ее в самое сердце. Выходит, он не может ни слова сказать без того, чтобы не ранить ее. Как же ему искупить свою вину?

Рианнон облокотилась о стол в крошечной клинике, которая помещалась в одной из комнат дома у ветеринара.

— Вам следует давать ей успокоительное, пока я не вернусь, — сказала она ему. — Ее реакция на незнакомцев может быть непредсказуемой.

— Хорошо, мадемуазель, я так и поступлю. — Он почесал свою лысеющую голову и нацепил на нос очки. — Многих животных довелось мне лечить, но ручных пантер — ни разу. — Он помедлил, словно ожидая ее объяснений, но их не последовало. Пожав плечами, он продолжил: — Вашу любимицу сбила машина, да?

— Я не знаю. Я нашла ее в лесу уже бездыханной. — Рианнон посмотрела в светло-голубые глаза стоящего перед ней человека. — Если вы спасете ее, я построю вам новую клинику. Огромную больницу, если пожелаете. Я дам вам больше денег, чем вы зарабатываете за год. За три года.

Неожиданно его лицо осветилось искренней улыбкой. Он взял руку Рианнон и погладил ее.

— Я обожаю животных, мадемуазель, и подозреваю, что вы разделяете мою любовь. Я бы стал спасать жизнь вашей пантере, даже если бы вы пообещали мне в награду луну или мешок яблок. — Отпустив ее руку, он принялся поглаживать мягкую шерсть Пандоры.

— Да, я верю вам. — Она снова всхлипнула и вытерла глаза. Она так много не плакала с тех пор, как стражники выдворили ее из дворца и заключили в храм Исиды. Тогда она была пятилетней девочкой. Сейчас у нее не было возраста. Глупо, конечно, что она так привязалась к кошке. — Не знаю, когда смогу вернуться за ней. Может быть, через несколько дней.

— Не волнуйтесь, я о ней позабочусь.

— Благодарю вас. — Рианнон действительно имела в виду то, что сказала. Если этот человек сможет поставить Пандору на ноги, она осыплет его благодарностями.

Оставляя пантеру у ветеринара, Рианнон чувствовала себя так, словно покидает ребенка. Она с трудом справлялась со слезами и буквально заставляла себя идти вперед. Джеймисон тоже нуждался в ней, причем немедленно. Не следовало забывать об этом.

Снова оказавшись в салоне автомобиля, она хранила гробовое молчание до тех пор, пока Тамара изо всех сил не сжала ее ладонь.

— С Пандорой все будет хорошо.

Рианнон кивнула.

— А вот с Люсьеном — нет.

— Ты думаешь, это его рук дело?

Рианнон снова кивнула.

— Пандора была с Джейми, а теперь Джейми с Люсьеном, а Пандора — на операционном столе. Да, полагаю, именно он в этом повинен. И он будет молить о смерти и ожидать, чтобы ее даровали ему как милость. — Рианнон закрыла глаза и мысленно послала сообщение: «Ты слышишь меня, Люсьен? Я иду за тобой, так и знай!»

Последовавший ответ заставил ее широко раскрыть глаза от удивления: «Я жду!»

— Скоро рассвет. Нам нужно найти укрытие.

Тамара расстроено кивнула, и Роланду были хорошо понятны ее чувства.

— Мы никак не поможем Джейми, если дружно поджаримся на солнце, Тамара, — заметил он.

— Это верно.

Эрик съехал на более узкую и грязную дорогу, ища место, где они все смогут провести день. Наконец, впереди показался заброшенный сарай. Роланд указал на него: