Чтение онлайн

Хотя про узника Дисси сообразила сразу, едва рассмотрев странного охранника, ведь простых жителей так не стерегут. Но вот тех хитростей, какие обнаружила, едва войдя в комнату, заранее даже предположить не могла. Да разве можно загодя додуматься, что кому-то придёт в голову приковать толстой медвежьей цепью бледного, худощавого юношу, полулежащего на прикрытой дерюжкой постели? Если с первого взгляда видно, как серьёзно он болен?

Какие мелочи поведали ей про болезнь, лёгкие тени под большими карими глазами или прозрачная белизна тонких длинных пальцев, сразу ответить Дисси, пожалуй, не смогла бы. Но весь её опыт знахарки и врождённая интуиция говорили одно, этот парень и без цепи далеко не уйдёт. А о том, как давно и безотлучно он тут прикован, доложили вытертые до блеска звенья, соприкасающиеся с полом.

– Я Лертон, – приветливо улыбнулся узник, – садитесь.

– А я Дисси, – отбросив секундное замешательство, знахарка взялась за поставленную Бланом корзинку, – и сначала буду тебя кормить. – И, оглянувшись на спутника, привычно скомандовала: – А ты иди, глянь, где там Ули.

– Я здесь, – в окно ловко скользнула девичья фигурка, заставив парней на миг остолбенеть от изумления. – А чем это вы там так грохотали?

– Охранника случайно уронили, – невозмутимо слукавила Дисси, незачем волновать пациента ненужными ему проблемами. – А где тут вода?

– Вон кувшин на столе, – по смеющемуся взгляду Лертона было непохоже, чтобы происшествие со сторожем его расстроило, – то-то он так ругался.

– А откуда ты знаешь, что он ругался? – живо заинтересовалась Дисси, наливая в кружку воды и добавляя в неё несколько капель из непонятно откуда извлечённого плоского флакона.

– Что это? – насторожился Блан, неотступно следящий за её действиями. – Дисси, ты же сказала, что у тебя нет снадобий!

– Я сказала, что не взяла снадобий лечить раны, – укоризненно качнула она головой, – когда ты будешь слушать внимательно? А это эликсир, восстанавливающий силы, без него я из дома никуда не выхожу. Выпей!

Лертон без колебаний взял кружку и спокойно выпил предложенное зелье, несмотря на сверлящий его возмущённый взгляд друга. И только потом с улыбкой ответил:

– Я учу язык окари, они не все такие вредные, как этот Ха-ман. Бывает, ночами не хочется спать… А вы кто такие? Почему-то я чувствую… что вам можно верить.

– Это хранительница Дельри-о-тиль, – виновато признался Блан, – сегодня Гадина пригласила их в гости. – И предупреждая вопрос Лертона, пояснил: – Она всех нас перенесла в свой дом, за решётку. А они её усыпили… а нас освободили.

– Так вот почему вы не приходили целую декаду! – догадался Лертон. – Вас отправляли в засаду! И куда на этот раз?

– Сначала ты поешь, а потом мы поговорим. – Дисси подвинула к нему выложенную в миску еду. – Мне кажется, нам нужно очень многое обсудить.

Эниль сердито хлопнул ладонью по прозрачной поверхности камня, и она мгновенно потемнела, отрезая связь с далёкой башней. Досада жгла душу верховного магистра вновь убедившегося в сообразительности и пронырливости этой непредвиденной хранительницы старинного артефакта. Но рано радуется эта смеска своей удачливости, тот факт, что ей удалось снова его опередить, ещё ничего не значит. У магистра есть в запасе очень хитрый ход, и не успеет ещё новоиспечённая королева сообразить, что играет против самой себя, как окажется в проигравших. Впрочем… как раз этого она понять и не должна.

Поесть как следует Лертон не успел. Он даже первого куска не доел. Узник так деликатно и бережно откусывал положенный на хлеб ломтик мяса, что Дисси старательно отвела взгляд к окну, посчитав, что его смущает внимание незнакомых девушек.

И в тот же миг вскочила со скамьи, обнаружив чёрную лапу, крепко вцепившуюся в каменный подоконник. Вторая рука окари недолго пребывала в неизвестности, протянулась с улицы и закрепилась короткими жилистыми пальцами рядом с первой. И сразу же напряглись тренированные мышцы, сгибая руки в локтях и поднимая к взглядам насторожившейся компании копну рыжих нечёсаных кудряшек, а вслед за ней и разъярённую морду охранника. Улидат подобралась, как кошка перед прыжком, но знахарке внезапно пришла в голову замечательная мысль, и она схватила подругу за руку, останавливая.

Всего пары слов, шёпотом сказанных по-инлински, хватило той, чтобы понять смысл задуманного, и одобрительная ухмылка, змейкой скользнувшая по сжатым губам куэлянки, дала Дисси понять, что её задумка принята.

– Твоя думать, Ха-ман дурак? – коверкая слова больше обычного, злобно рыкнул на Блана сторож, забрасывая на подоконник мощное тело. – Не понять, кто его бросить?

– Не думал я про тебя ничего, – бурчал парнишка, незаметно оттеснённый куэлянкой к столбу, – сам упал, а на меня кричишь.

– Ты сможешь дойти до столба? – шепнула тем временем Дисси узнику, и он ответил утвердительным кивком.

– Тогда иди, очень нужно. – Знахарка помогла парню подняться и вновь повернулась к окари.

– А чего это ты тут командуешь? Пришёл, разорался! Вылезай обратно!

– Женчин? – только теперь страж заметил, что в полутемной комнатушке, кроме Лертона и Блана, находятся девушки. – Твоя влез окно? И моя влез окно! Твоя прыгать первый!

– Ошибаешься. – Дисси, спокойно и ловко составляющая еду назад, в корзинку, ухмыльнулась так высокомерно, что ей позавидовала бы любая королева, попавшая в такой же переплёт.

– Дай! – Страж спрыгнул с подоконника, но знахарка, предугадавшая его движенье, в тот же миг оказалась рядом с Бланом.

Стражник прыгнул следом, даже не сомневаясь, что сумеет выхватить вожделенную корзину. Его уже почти привыкшие к полутьме глаза успели рассмотреть очень аппетитные вещи, совсем не похожие на те, какие обычно приносили узнику. И теперь он жаждал их получить с утроенной страстью, потому и выбросил в сторону незнакомки мощную лапу, готовясь сцапать и нахалку и корзину.

Однако неведомая сила, недавно скинувшая его с лестницы, вновь встала на защиту сбежавшего парнишки. Окари с такой силой отбросило от победно усмехающейся женщины, что он больно ударился о край стола. Ярость, вспыхнувшая в душе воина, затопила его разум бурлящей алой пеной, заставившей позабыть все наставления злобной старухи, которую местные подростки называли командиром. Ха-ман нащупал рядом с собой тяжёлый кувшин и, мстительно осклабясь, умело метнул в строптивую гостью.

Дёрнулся вперед Лертон, пытаясь загородить собой Дисси, но неожиданно сильные для девушки руки тергилянки, как узник называл про себя вторую гостью, не дали ему сделать даже полшага. Блан же, по опыту зная, что избежать удара женщина не успеет, непроизвольно втянул голову в плечи и зажмурил глаза. Едва заметный сквозь веки всплеск света он вначале принял за игру собственного зрения, так бывает, когда резко закроешь глаза. Но потом, по наступившей тишине понял, что произошло нечто странное, и, поспешив распахнуть ресницы, увидел, как наливаются яростью жёлтые глаза окари. Безо всяких слов обещавшие пару часов самых страшных мук сгрудившимся у столба жертвам, пока Ха-ман не насладится их болью и кровью. И остановить его не сможет даже злобная ведьма.

«Ну вот зачем она его дразнила? – горестно сопел парнишка, пытаясь шагнуть вперёд, чтобы прикрыть собой друга. – Ведь можно было договориться миром?!» Ну, подумаешь, отдали бы они окари корзинку, Блан уже успел переложить часть продуктов в незаметный посторонним ящик стола. А вот теперь о сделке не приходится и мечтать. Нет, вовсе не такой он представлял себе несущую добро и уже отчаянно пожалел, что привел её сюда. Как будто Лерту и без того не хватало унижения и боли.

– Не шевелись, – предостерегла шпиона шепотом Улидатом, и, скосив на неё глаза, Блан с изумлением рассмотрел лукавую улыбку, осветившую личико девушки.