Сунь Укун – царь обезьян
Шрифт:
– Сунь Укун! – сказал тут Танский монах. – Вы здесь пока приготовьте еду, а я отправлюсь во дворец и обменяю дорожное свидетельство. Как только вернусь, мы поедим и отправимся в путь.
И вот Танский монах облачился в рясу и отправился на прием к правителю.
Довольно скоро он достиг дворца, называемого Башня пяти фениксов. Великолепие его и красоту трудно описать словами. Сюаньцзан подошел к главным воротам и попросил начальника дворцовой стражи доложить правителю о том, что Танский монах, который идет на Запад за священными книгами, просит принять его.
Услышав, что пришел Танский монах, правитель очень обрадовался и промолвил:
– Мы давно страдаем недугом и не появлялись во дворце. И надо же было случиться, что как раз сегодня, когда мы явились в тронную залу, чтобы составить воззвание к народу с призывом найти лекаря, пожаловал сей высокопочтенный монах в нашу столицу!
Он тотчас повелел пригласить монаха во дворец. Танский монах вошел в тронную залу, низко поклонился и пал ниц перед троном. Правитель выразил желание принять почетного гостя в золотой зале и велел приготовить угощение. Танский монах поблагодарил за милость и предъявил свое дорожное свидетельство.
Правитель прочел его и очень обрадовался.
– Благочестивый наставник! – молвил он. – Не скажешь ли, сколько было справедливых правителей ныне царствующей династии Тан? Сколько мудрых сановников? Хотелось бы также узнать о ныне правящем Танском владыке, болел ли он, и если болел, то как удалось ему избавиться от недуга? Как отправил он тебя в дальний путь через горы и реки за священными книгами?
Танский монах поднялся, сложил ладони и стал рассказывать:
– Там, на родине моей, – начал он, —
Три первопредка-владыки очертили страны пределы, Следом – пять императоров высокий закон утвердили. Великие Шунь и Яо власть получили от Неба, Мудростью Юя и Тана покой был дарован народу. Шесть княжеств, соединившись, империю Цинь создали, Владычество дома Ханей длилось долгие годы, И вновь разразилась смута, династии быстро сменялись, Пока не воссел на троне нынешний наш владыка. Народ он сумел успокоить, правит достойно и мудро, Но однажды у врат Чанъани ужасный дракон объявился. Чудовище было коварно — тучи заколдовало, И дождь благодатный больше землю не орошает. Воцарились засуха, голод силою чар драконьих, И тут император мудрый во сне увидел дракона. Раскаялся в злодеяньях дракон пред ликом владыки. Утром призвал император в покои свои министра, Долго с ним совещался, как вдруг задремал советник. И сразу ему приснился тот же дракон вероломный, И министр, обуянный гневом, мечом зарубил дракона, Не ведая, что Сын Неба дракона уже простил.При этих словах правитель Пурпурного царства вдруг застонал и спросил:
– Благочестивый наставник! Из какой же страны был тот мудрый советник?
– Он еще при покойном государе состоял главным советником, – отвечал Танский монах. – Фамилия его Вэй, имя Чжэн. Он умеет гадать по звездам, знает геомантию и считается главной опорой государя в установлении порядка и спокойствия во всей империи. За то, что он во сне совершил казнь над драконом из реки Цзинхэ, тот подал посмертную жалобу в подземное царство, в которой обвинил нашего государя в том, что он не сдержал своего обещания и вместо того, чтобы помиловать дракона, казнил его. После этого наш государь занемог и почувствовал свою близкую кончину. Тогда Вэй Чжэн написал послание, вручил его государю и попросил передать судье загробного мира Цую. Вскоре Танский владыка скончался, но через три дня ожил. Это чудо произошло благодаря Вэй Чжэну, который в своем послании побудил загробного судью подделать цифру, и таким образом нашему императору продлили жизнь еще на двадцать лет. В благодарность государь и отправил меня, бедного монаха, в далекий путь, чтобы я посетил многие страны, поклонился основателю учения Будде Сакьямуни и получил у него священные книги Трех сокровищниц, излагающие основы Великого учения, дабы избавиться от страданий и вознестись на Небо…
Правитель Пурпурного царства вновь застонал, печально вздохнул и сказал:
– Вот уж поистине Небом ниспосланная династия великого государства, в котором правит настоящий владыка, и ему служат мудрые слуги-советники! А я вот давно болею, но нет среди моих советников ни одного, кто помог бы мне!
Танский монах украдкой взглянул на правителя и заметил, что лицо у него желтое, изможденное, что с виду он немощен и телом и духом.
В это время появился слуга и доложил, что трапеза готова.
– Приготовьте в зале Ароматов два места рядом, – распорядился правитель, – я хочу поесть вместе с благочестивым наставником.
Танский монах поблагодарил и последовал за правителем к столу.
Тем временем Сунь Укун велел Шасэну вскипятить чай, сварить рис и приготовить постные блюда.
– Чай и рис – дело нехитрое, – отвечал Шасэн, – а вот с овощами потруднее. Чтобы хорошо приготовить их, нужны масло, соль, соя, уксус.
– У меня есть немного денег, – сказал Сунь Укун, – сейчас мы с Чжу Бацзе сбегаем на базар и купим что нужно.
Привратники у ворот сказали им, куда надо идти, и они, взявшись за руки, пошли в указанном направлении. Они прошли уже несколько чайных и кабачков, но так ничего и не купили. Наконец Чжу Бацзе не вытерпел и сказал:
– Брат! Давай чего-нибудь поедим!
Но Сунь Укун решил подшутить над Чжу Бацзе, а потому ответил:
– Погоди! Походим еще, выберем, где побольше да получше.
Между тем за ними увязались зеваки. Вскоре они дошли до сторожевой башни и увидели огромную толпу.
– Брат! – сказал Чжу Бацзе. – Я дальше не пойду. Пока мы будем пробираться через толпу, у меня могут захлопать мои огромные уши. С перепугу люди начнут падать на землю, давить друг друга, и тогда мне несдобровать.
– Ладно, – произнес Сунь Укун. – Постой тогда здесь, а я пойду куплю что надо и угощу тебя постной лапшой и жареными лепешками.
Чжу Бацзе спрятал свое рыло и стал как вкопанный, а Сунь Укун прошел мимо сторожевой башни и попал в самую толкучку. Тут он прислушался, о чем говорят. Оказывается, на башне висело воззвание правителя к народу, и каждый хотел прочесть его. Сунь Укун протиснулся поближе и своими зоркими, горящими глазами с золотистыми зрачками быстро прочел все от начала до конца.
Воззвание гласило:
«Мы, правитель Пурпурного царства, расположенного на большом материке Синюхэчжоу, со дня нашего правления привели в покорность и подчинение все соседние государства четырех стран света, и народ наш отныне пребывает в безмятежном покое и благоденствии. Однако с недавних пор дела государства стали неблагополучны, поскольку тяжкий недуг приковал нас к постели, и чем больше проходит дней, тем трудней ожидать исцеления. Наша верховная палата врачевания неоднократно изыскивала лучшие способы, но оказалась не в состоянии вылечить нас.
Ныне обращаемся мы с этим воззванием ко всем просвещенным мужам из всех стран Поднебесной: с севера, с востока, из цветущего Срединного государства и прочих стран. Если у кого из вас найдется верный способ лечения или снадобье для исцеления, приглашаем пожаловать к нам во дворец, излечить наше бренное тело. Тому, кто избавит нас от тяжкого недуга, обещаем отдать во владение полцарства. В доказательство того, что обещание наше не пустое, издали мы сие воззвание, которое надлежит повсюду развесить на видных местах».