Чтение онлайн

После этого дьяволы столкнули Танского монаха с места, на которое с почетом усадили его вначале, и он при свете фонарей увидел своих спутников, связанных по рукам и ногам и валявшихся в пыли.

Глядя на них, Танский монах не сдержал слез и принялся причитать. Следом за ним стали плакать и Чжу Бацзе с Шасэном. Один только Сунь Укун оставался спокойным и, посмеиваясь, говорил:

– Не плачь, наставник, и вы, братья, не плачьте; как только дьяволы уснут, мы выберемся отсюда.

В это время паломники услышали, как старый дьявол распорядился:

– Эй, слуги, пусть пятеро носят воду, семеро чистят котел, десять разжигают огонь, а двадцать тащат железную клетку. Мы сварим монахов. Сами отведаем и слугам дадим по кусочку, чтобы обрели долголетие.

Вскоре прибежали бесенята и доложили:

– Вода закипела!

Дьявол распорядился втащить пленников, вначале Чжу Бацзе, потом Шасэна.

Сунь Укун с помощью волшебства быстро освободился от веревок, выдернул у себя шерстинку, превратил ее в точное свое подобие, а сам взлетел в воздух и стал смотреть, что будет дальше. Таким образом, в клетку засунули не Великого Мудреца, а его двойника.

Наконец дошла очередь до Танского монаха. Его повалили навзничь, скрутили веревками и тоже внесли в клетку. Дрова были сухие, и костер горел ярким пламенем.

Тут Великий Мудрец прищелкнул пальцами, произнес заклинание, и тотчас же перед ним в образе тучи предстал царь драконов Северного моря и низко поклонился.

– Мой наставник попал в беду, – сказал Сунь Укун. – Дьяволы посадили его в клетку и хотят сварить. Не дай ему погибнуть!

Выслушав Великого Мудреца, дракон сразу же превратился в ледяной ветер и начал дуть, мешая огню лизать днище котла.

В конце третьей стражи старый дьявол распорядился:

– Эй вы, подручные! Хорошенько стерегите пленников! А мы на время покинем дворец и отдохнем хоть немного. К пятой страже, как только начнет светать, монахи сварятся, тогда можно будет заправить их чесноком, посолить, полить уксусом и полакомиться.

Бесы обещали в точности выполнить приказание, и трое дьяволов удалились к себе.

Сунь Укун слышал все, что сказал старый дьявол, спустился чуть ниже, обернулся мухой и сел на решетку клетки. Тут до него донесся голос Чжу Бацзе.

– Видно, истопники сменились, – сказал он. – Когда нас втащили сюда, было жарко, а сейчас потянуло холодом. Эй, начальник истопников! Поддай-ка жару! А то у меня застарелая простуда!

Между тем Сунь Укун вдруг вспомнил, что у него есть при себе сонные мушки, и решил усыпить бесенят.

Каждому истопнику он бросал в лицо по мушке, мушки забирались в ноздри, и бесенята один за другим валились на землю и тотчас же засыпали.

Как только уснул последний, десятый бесенок, Сунь Укун принял свой обычный вид, подошел к клетке, освободил наставника, а потом Чжу Бацзе и Шасэна. Дракона Северного моря Сунь Укун отпустил, шерстинку вернул на место, а затем сказал:

– Вы обождите меня, а я пойду разыщу коня и поклажу, без них нам не обойтись.

Сунь Укун на четвереньках пробрался в залу Золотых колокольцев, где бесы и бесенята спали вповалку в самых различных позах, нашел коня, отвязал, разыскал поклажу и коромысло и так же тихонько вышел из залы. Поклажу и коромысло он отдал Шасэну, и все вместе они направились прямо к главным воротам, но тут послышался стук караульных колотушек и звон колокольцев. На воротах висел замок с печатью.

– Пойдемте через задние ворота, – сказал Чжу Бацзе.

Но на задних воротах тоже висел замок с печатью.

– Плохо дело! – сказал Сунь Укун. – Как же нам отсюда выбраться?

– Братец! – произнес Чжу Бацзе. – Незачем ломать голову. Надо перелезть через стену в таком месте, где нет ни колотушек, ни колокольцев.

Ничего лучшего Сунь Укун придумать не мог. Они прошли еще немного, нашли такое место, но только было стали думать, как перелезть через стену, как все три дьявола, почуяв неладное, проснулись и бросились в залу Золотых колокольцев. Там они увидели, что все бесенята спят мертвым сном. Даже палками их нельзя разбудить, железная клетка сброшена на пол, вода в котле остыла, а от огня и головешек не осталось. Тут дьяволы-оборотни завопили:

– Живее в погоню за Танским монахом!

От этого страшного крика бесенята проснулись, вскочили на ноги, похватали оружие и бросились к главным воротам. Но тут все было в порядке. Печать и замок оказались на месте, колотушки стучали, колокольцы звенели. Бесы стали спрашивать ночных дозорных, карауливших за воротами:

– Не видели, откуда выбежал Танский монах?

– Отсюда никто не выходил! – в один голос отвечали дозорные.

Тогда бесы кинулись к задним воротам. Но и здесь замок и печать, колотушки и колокольцы – все было на месте. Тогда зажгли сразу множество фонарей и при их свете увидели четырех беглецов, пытавшихся перелезть через стену.

Одному только Сунь Укуну удалось спастись, остальных дьяволы схватили и снова приволокли в тронную залу.

Чжу Бацзе и Шасэна привязали к столбам, поддерживавшим крышу дворца, а Танского монаха крепко держал в своих лапах старший дьявол.

– Ты что его держишь? – спросил младший брат. – Хочешь живьем его съесть? Вряд ли он придется тебе по вкусу. То ли дело простые мужики и парни – поймал и тут же ешь себе на здоровье. А это, брат, редчайшее яство, им можно лакомиться только в часы досуга, когда погода ненастная. Перед этим надо тщательно привести себя в порядок, причем вкушать его нужно под первосортное вино и нежную музыку!

Старый дьявол рассмеялся.

– Ты совершенно прав, брат мой, – молвил он, – боюсь только, что опять появится Сунь Укун и похитит его.

– У нас во дворце есть узорчатая беседка с разными благовониями, в ней стоит железный поставец. Давай упрячем в него Танского монаха, запрем беседку и пустим слух о том, что мы его съели живьем. Тогда Сунь Укуну некого будет спасать и он уберется восвояси. Мы же подождем несколько дней, а потом притащим сюда Танского монаха и будем понемногу лакомиться. Что ты на это скажешь?

Оба демона очень обрадовались и стали хвалить своего младшего брата:

– Молодец! Хорошо придумал!

После этого дьяволы схватили несчастного Сюаньцзана, поволокли его в беседку, втолкнули в железный поставец, а двери в беседку наглухо закрыли.

Тем временем Сунь Укун, который удрал на облаке, направился прямо к пещере Львиного верблюда и там перебил всех бесов и бесенят. Уже взошло солнце, когда он возвращался назад. Приблизившись к городу, Сунь Укун спустился с облака, качнулся из стороны в сторону и, превратившись в маленького бесенка, стал обходить все улицы и переулки, чтобы хоть что-нибудь разузнать. В городе только и было разговоров о том, что Танского монаха этой ночью заживо съел великий князь. Вот когда Сунь Укун действительно встревожился. Он устремился во дворец и заглянул в залу с золотыми колокольцами, где увидел множество оборотней, разодетых в одежды из желтой материи, в меховых шапках, отороченных золотом, с дубинками в руках и с табличками из слоновой кости у пояса. Все они сновали взад и вперед.