Чтение онлайн

– Это не я. – Усмехнулась Варя.

– А кто? – Хосе посмотрел на неё недоверчиво.

– Эх, молодежь! – Варя вздохнула. – Вот, придешь домой, спроси у мамы!

– Ладно… - Хосе пожал плечами. – Видимо, какая-то испанская поговорка.

– Вы как раз вовремя! Десять минут назад освободилась целая кабина: пожилая пара с гостями собирались отметить восьмидесятилетие свадьбы на Луне. Но в последний момент решили, что Курилы куда экзотичнее.

Серый встретил их у самой кабинки лифта.

– Вместе с билетами, кстати, твой друг просил передать и сумку, в которой ты сегодня уже сидела. Говорит, что путешествовать в сумке гораздо удобнее!

– Вот ещё! – Возмутилась Варя, вспомнив кота-бунтаря. – Я в окно смотреть люблю, а из сумки что увидишь?

– Ничего не знаю, погрузчик уже отнес её в кабину. Подарок от твоего друга, его и благодари!

Указатель в виде кошачьих лапок на полу превратился в круглую рожицу, которая улыбнулась и приветственно помахала нарисованной рукой.

– Спасибо! – На всякий случай сказала ей Варя.

Рожица подмигнула и снова превратилась в указатель.

– А ты разве с нами не полетишь? – Поинтересовалась у agri Варя. – Почему билета только два?

– А зачем ему билет? – Удивился Тимка.
– Места не занимает, воздух ему не нужен. Пойдет, как ручная кладь.

– Я чувствую нотки расизма. – Усмехнулась девочка.

– Что это такое? – Удивился Тимка.

– Она имеет ввиду ущемление прав человека по расовому признаку. Типичная модель поведения в средние века. – Важно заявил agri.

– А-а… - Протянул Тимка, - во-первых, не человека; во-вторых, что же это за ущемление, если он без билета может ехать, в отличие от нас? Но слово смешное, надо запомнить.

– Я бы на вашем месте поторопился. – Не стал продолжать дискуссию Серый. – Отправление через пять минут, а кабина ваша на том конце перрона.

И он просто оказался возле кабины, в семидесяти метрах от ребят.

– Ого! – Удивилась Варя. – Он ещё и так может?

– Он много чего может. – Ответил Тимка, прибавляя шаг.

Ребята как раз дошли до места, когда космопорт тряхнуло. Люди вокруг на мгновение замерли, а потом начали испуганно озираться.

– Ох, не нравится мне всё это! – Вздохнул Тимка.

Из громкоговорителей, расположенных где-то за панелями высокой крыши, раздался спокойный голос местного agri:

«Уважаемый пассажиры и гости столицы, просьба не беспокоиться, произошел небольшой сейсмический толчок. Вашей безопасности ничто не угрожает. Структурная целостность транспортной инфраструктуры и прилегающих сооружений полностью сохранена. Все отправления и прибытия ожидаются согласно расписанию»

Кабина уже плавно покачивалась возле перрона, приподнятая над поверхностью дорожного полотна мощным магнитным полем.

– Просьба пассажиров занять свои места. Отправление через три минуты. – Поприветствовала подошедших ребят кабина. В отличие от своих продолговатых земных собратьев, кабина космического лифта была шарообразной со сложным внешним подвесом изогнутой формы, плавно соединявшим соседние вагоны, как бусы в ожерелье. Внутри было двенадцать удобных кресел с автоматической индивидуальной регулировкой.

Пиликнул мягкий звуковой сигнал, двери почти бесшумно закрылись и состав незаметно тронулся вдоль перрона, постепенно набирая скорость. Мягкость хода была такой, что если бы не ускорение, плавно вдавливающее пассажиров в кресла, заметить, что кабина движется, не глядя в окно, было бы совершенно невозможно. Впрочем, окном тут являлась почти вся внешняя оболочка кабины, за исключением нескольких силовых элементов и отсека с оборудованием, расположенным позади кресел.

Состав разогнался до приличной скорости, когда прошёл стену космопорта, и по плавной дуге устремился вертикально в небо. Кабина провернулась на своем хитром подвесе, и пол остался именно там, где ему и полагалось – под ногами.

Поверхность планеты удалялась с пугающей скоростью. Белесой дымкой промелькнули кучевые облака, освещаемые огнями космического лифта. И тут же сквозь них стали побиваться освещенные участки огромного города, словно рассыпанный по черному бархату жемчуг.

Кабина неслась в черное ночное небо, и вскоре стало видно, как загибаются грая горизонта, превращая огромную планету в постепенно отдаляющийся шар.

Через несколько минут они поднялись уже так высоко, что из-за горизонта показалось ослепительное солнце, освещавшее сейчас другую половину планеты, и кабина затемнила участок своей поверхности, расположенной под прямыми солнечными лучами.

Рядом, сливаясь на огромной скорости в странную полупрозрачную полосу, проносился ствол космического лифта.

– А из чего этот лифт сделан? – Спросила мальчика Варя. – Он, прям, до Луны, да?

– Из специально разработанного оптиметалла– кванто-композитной структуры, обладающей металлическими свойствами. – Ответил Тимка.
– Ну, там, самозаживление усталостных трещин, маглев подвеска, высокотемпературная сверхпроводимость и прочие продвинутые штуки применены в конструкции. До геостационарной орбиты – земная магистраль, от точки Лагранжа – лунная, а между ними – свободный полёт. Ускорение на всех этапах не превышает двух G, но разгон и торможение осуществляются почти непрерывно, так что это и быстро, и комфортно одновременно. Это вкратце. А если хочешь подробностей, спроси проводника. Уж он-то тебе про каждую заклепку расскажет!

– Конечно, расскажу! – Тут же включился проводник. – Тут очень много интересного! Например, сверхточная синхронизация времени прохода затвора док-станции, чтобы не промахнуться мимо Луны, динамическая стабилизация магнитного потока удерживающих и толкающих электромагнитов, обращенный синтез апертуры в системах наведения…

– Ой, нет, спасибо! – Ответила Варя. – Не надо подробностей! Я и так мало что поняла. Лучше посмотрю.

Проводник замолчал. А Тимка пожал плечами и удобно расположился в своем кресле, слегка откинувшись назад. Попросил Серого вывести перед ним оболочку экспериментального ядра, и тут же начал заполнять её рассчитанными в гидрометцентре данными.

– Ты последи, пожалуйста, чтобы я нигде не ошибся. – Попросил он agri. – Есть пара мыслей, как, зная параметры сингулярности, попытаться её скомпенсировать. Но делать это придется, буквально, на коленке.

– Гиперкомпенсация нуждается в гиперперенормировке. – Выдал одному ему понятную шутку Серый и, включив режим эмуляции, принялся тщательно проверять всё, что вводил в программную оболочку экспериментального ядра Тимка.

– Зря я ему само ядро отдал. – Сказал мальчишка. – Сейчас бы сразу код в него и загрузили. Только в мезасферу попасть осталось бы и кнопку нажать.