Супермаркет
Шрифт:
Лео: Не знаю, что со мной, коллега Мюллер.
Коллега Мюллер: Я виновата, господин директор. Расслабьтесь. Я попробую.
Коллега Мюллер что-то пытается делать, но безуспешно. Брита снова показывается в окне, теперь с диктофоном, ловит звуки. Диктофон жует пленку, останавливается, Брита исчезает, коллега Мюллер встает.
Коллега Мюллер: Я вам не нравлюсь, да?
Лео: Нет… Я действительно сейчас не могу.
Коллега Мюллер: А когда вы сможете?
Лео: Завтра… Завтра смогу.
Сцена тонет во тьме. Короткая вспышка рентгеновского света. Затем опять:
Затемнение.
ДЕНЬ ЧЕТВЕРТЫЙ
XVII
Кабинет Лео, везде идеальный порядок. Здесь Брита, он сидит. Не двигается. На улице Диана и Малый, коллеги Мюллер нет. Дети неслышно ругаются. Через мгновение в кабинет торопливо входит Лео. Одновременно коллега Мюллер выходит на спортивную площадку. Лео идет и говорит необычно быстро, как-будто пытается победить время.
Лео: Вы пришли. Извините. В начале недели движение поражает.
Коллега Мюллер на улице командует.
Коллега Мюллер: Начали, распевка.
Лео: Я должен был ждать зеленого света.
Брита: Для пешеходов?
Лео: Для пешеходов, естественно. Вы же не хотите, чтобы меня оштрафовали?
Коллега Мюллер поет во весь голос только слоги, чтобы разбудить связки.
Коллега Мюллер: Ма-ма-ма-ма-ма-ма-ма! Начали!
Коллега Мюллер поднимается на октаву, Диана подпевает. Поют «ма-ма-ма». Звонит телефон, Лео очень быстро ставит его в ящик стола.
Лео: Чтобы он нам не мешал. У меня откровенный вопрос, Брита, когда вы намереваетесь написать текст?
Брита: Не знаю точно. На днях.
Лео: Можете сделать это быстрее? Не спрашивайте ничего, тяжело объяснить, но очень важно, чтобы текст вы написали сегодня, вы меня понимаете?
Коллега Мюллер: Малый, петь — не дрова колоть! Ой!
Дети и коллега Мюллер поют «ма-ма-ма» на октаву выше.
Брита: Шварц, я смущен.
Лео: Не беспокойтесь. Поверьте мне.
На улице орет хор и поет все выше, Лео открывает окно и кричит.
Лео: Немного тише, коллега. Легче и светлее. От души.
Мюллер кивает головой, внимая замечанию. Свистит в свисток со всей силы. Кричит.
Коллега Мюллер: ХВАТИТ!!! ПОЕМ ТИШЕ!
Лео вздрагивает, Коллега Мюллер, как будто эта идея ее, прибавляет.
Коллега Мюллер: От души. Давайте, гимн.
Дети начинают тихо, от души петь гимн. Лео довольный закрывает окно. Затем ловко, как Арчибальд Лич, проходит между столом и стулом, доставая из кучи бумаг свое досье.
Лео: Вот, вот это вам. Не теряйте время, сразу его прочитайте. Здесь много материала, знаю, но читается быстро, не оторваться.
Лео дает Брите досье. Тот пытается что-то спросить. Дети задорно поют.
Брита: Но…
Лео: Здесь все есть. Леонид Црноевич — это я. Смешное имя, правда? Но как дисидент, я должен был его скрывать. Вы удивлены, это понятно, но подождите немного, Брита, как говорится, держите штаны, вы еще не так удивитесь!
Коллега Мюллер: Хорошо, поем. Еще тише и еще светлее.
Дети поют, почти шепчут мелодию и слова австрийского гимна, осмысленно, с чувством. На спортивной площадке появляется Майер, удивленно слушает. Лео продолжает.
Лео: А теперь, Брита, смотрите. Здесь, перед вами мое досье. До эмиграции, конечно. Смотрите, может быть, вы и не знали, но перед вами настоящий дисидент. Моя борьба — это моя жизнь. И вещи, которые тут написаны, свидетельствуют об этом. Не будем терять времени, я вам его прочитаю. Леонид Црнойевич — это я. (читает) «Црнойевич является выходцем из гражданской семьи, с первых дней выступающей против социалистического строя…» Садитесь, Брита, что стоите?
Брита: У меня голова кружится.
Лео: Пройдет.(читает) «Его отец был преподавателем музыки, склонен к декадентским авторам — Стравинский, Бритн, Чарли Чаплин…»
Коллега Мюллер: А сейчас еще раз, для моей души…
Малый и Диана поют прекрасно, как детский австрийский хор, но в данном случае точнее сказать — хор девочек. Коллега Майер, потрясенный чарующими звуками гимна, обнимает за талию Коллегу Мюллер. Она вздыхает, звуки ласкают их, Лео читает далее.
Лео: «… маленький Леонид рос в атмосфере буржуазной семьи, но и сам не был разборчив. Еще в младших классах он начал противиться системе: отказывается петь марши и по собственной инициативе начинает изучать французский язык».
На улице гордые Майер и Мюллер дирижируют в объятиях друг друга. Брита смотрит на необычную картину, только Лео настойчиво читает дальше.
Лео: «… Товарищи по клубу любителей ручного мяча, в котором он тренировался, будучи учеником средней школы, заявляют, что у него на трусах синтетической нитью была вышита монограмма зарубежного производства…»
Вдруг раздается выстрел. Лео вскакивает, Брита падает на пол, дети испуганно смотрят, Майер и Мюллер падают рядом друг с другом. Наступает тишина.
Лео: Что это?
Диана убегает, крича во весь голос. Лео подбегает к двери кабинета. Кричит.
Лео: Что это? Диана, что это было?!?
Выходя, кричит Брите.