Чтение онлайн

— Советую не упустить ни единой возможности сегодняшнего дня, леди Луиза, — чрезвычайно серьезно сказал Рэй, тщательно подбирая каждое слово. Правда давалась ему нелегко. Он в отличие от герцога Нателя вообще привык действовать, а не говорить. Но предупредить ведь надо. — Наслаждайтесь пребыванием на ярмарке. Вполне вероятно, в ближайшие годы вам больше не представится такой возможности.

— Намекаете, что отец больше не отпустит меня? — холодно поинтересовалась Луиза, удивлено приподняв брови. Она прямо-таки чувствовала, как в ней вновь просыпается раздражение к этому мужчине. Ну почему Треванс не может ее не бесить? Все же начиналось почти мирно, они могли бы расстаться почти друзьями, но ведь нет. Надо ему задеть, ужалить!

— Нет, речь не о графе Сенферн и даже не о вашем возможном супруге — впрочем, я и так помню — замуж вы не собираетесь, — возразил Рэй, криво усмехнувшись, но тут же, став чрезвычайно серьезным, пояснил:

— Через год или два просто уже может не быть никакой ярмарки. Во время войны торговцы предпочитают не рисковать ни своей жизнью, ни товарами.

— Войны? Вы хотите сказать, сэр Рэй, будет война? — недоверчиво спросила Луиза. Сердце ухнуло куда-то вниз и, кажется, стало биться через раз.

Страшное слово, означающее смерть, разрушение, лишения и слезы, подействовало на Луизу так же, как и на многих представительниц слабого пола, разве что она не упала в обморок и не забилась в истерике. Лишь в зеленых глазах появилось нечто отдаленно напоминающее страх, да кровь отхлынула от ее лица, так что даже губы побелели.

В целом, Рэй ожидал подобной реакции на новость и не был разочарован. Разве что самую малость, но вряд ли даже самая сильная из женщин восприняла бы, не дрогнув, такую весть.

— Война всегда есть. Только не здесь. Допустим, уже более тридцати лет не прекращается война в Северных Землях. Правда это можно скорее назвать противостоянием — в последнее время, до активных боевых действий там доходит не чаще пары раз в год. Да и по вине каких-то идиотов.

— Но это же совершенно другое! — с жаром возразила Луиза. — Я слышала о Северной войне, но это там — далеко. Вести редко доходят до наших мест, да и, зачастую, не вызывают ничего кроме интереса. Там нет ни родных, ни друзей. Там чужие люди и чужие беды. Если война начнется у нас — это все изменит. Будут умирать свои! Семьи будут разрушены!

— И для магов найдется настоящее дело, — довольно цинично добавил Рэй, ничуть не впечатленный душевным порывом Луизы. — Когда идет война или открытое противостояние, нам легче добиться успеха. Кстати, многие зельевары сделали карьеру благодаря войне. В это время были изобретены самые действенные оборонительные и целебные зелья. А сколько атакующих артефактов было создано! Почитайте магическую историю, леди Луиза, и сами все поймете. Война не только весьма полезна для всех отраслей магической науки, она дает шанс вписать свое имя золотыми буквами в мировую историю.

— Как вы смеете такое говорить?! — Луиза была бледна, как смерть. Губы подрагивали, но глаза… Зеленые глаза горели от ярости.

Оживленная ярмарочная площадь будто исчезла и в целом мире остались только он и она. Глядя в циничные голубые глаза, Луиза сжимала и разжимала кулаки, с трудом удерживаясь, чтобы не отвесить хорошую звонкую пощечину по самодовольной физиономии длинноносого мага, которого в этот момент она ненавидела сильнее всех когда — либо живших на земле существ.

— Это правда, леди Луиза. Чистая правда, — видя ее ярость, граничащую с бешенством, совершенно спокойно подтвердил Рэй. — И в ближайшие годы вы сами в этом убедитесь. Хотя, сейчас, конечно, можете повозмущаться ради приличия. Но истина есть истина.

— Я смотрю, вы прямо-таки жаждете войны! — Луиза и не пыталась скрыть своего отвращения.

Этому мерзкому самовлюбленному человеку не понять, что сотни детей могут остаться сиротами, а Джо… Джо ведь тоже могут забрать воевать. И что тогда станет с Мэг и Сэтом? Кто позаботится о них, если они лишатся не только матери, но и отца? А Рэй Треванс только может думать о славе и собственной выгоде! Негодяй! Мерзавец! Отродье Бездны! Раздери его дракон!

— Я просто здраво оцениваю перспективы и просчитываю варианты. Война с нашими дорогими южными соседями неизбежна.

— Вы ошибаетесь, милорд. Войны не будет! — раздался бархатный голос где-то за спиной Луизы. Но, казалось, он, подобно лучу солнца, пробившемуся сквозь грозовые облака, проник из другого мира, ведь в этом-то были лишь Рэй и люто ненавидящая его Луиза.

Магия уединения была разрушена в одно мгновение. Будто рухнула невидимая стена, отделяющая двоих от всего остального мира, и вновь появилась оживленная ярмарочная площадь, наполненная людским гомоном и веселым смехом. Вот только Луизе оказалось больше не до веселья. Все было разрушено до самого основания одним страшным словом, произнесенным циничным человеком, о котором она думала несколько лучше. Нет, зря Луиза так старательно избегала Рэя Треванса — такого мерзавца она не полюбила бы ни за какие сокровища мира. А в случае с Энни он притворялся, стараясь показаться добрым. Играл, словно актеришка захудалого театра, и забавлялся ее реакцией.

— Вам не говорили, что вмешиваться в чужие разговоры, а уж тем более подслушивать, вверх неучтивости? — пока Луиза мысленно обвиняла Рэя во всевозможных преступлениях, спросил маг, обдав вмешавшегося молодого человека ледяным взглядом.

— Ну, а вам, сэр, явно не говорили, что не хорошо распускать лживые сведенья и запугивать ими прекрасных дам! — парировал противник Рэя, и, подступив еще ближе, по-хозяйски обнял Луизу за плечи. — Ведь я, разумеется, прав, леди Луиза?

Луиза задохнулась от возмущения. Она собиралась высказать все, что думает и наградить пощечиной негодяя, позволившего себе не только влезть в ее личное пространство, но и распускать лапы. Однако это было до того, как она, наконец, взглянула на него. Гневные слова замерли, не посмев слететь с приоткрытых губ. В зеленых глазах ярость сменилась удивлением, а потом и искренней, ничем не прикрытой, радостью.

Живой, здоровый и все такой же красивый он стоял рядом, обнимая за плечи, словно защищая от всех зол несовершенного мира. Даже суровые морские испытания, не внесли сильных изменений в его внешность. Разве что кожа потемнела от загара, а некогда золотистые локоны стали совсем светлыми, почти белыми, выгорев под лучами безжалостного солнца. Но это все равно был ее Эдмунд — высокий, широкоплечий и все так же по-доброму улыбающийся. Ну, а парадный темно-синий мундир, расшитый серебром, шел ему просто невероятно. Он был тысячу раз прав, связав свою жизнь с морем.

— Эдмунд! — выдохнула Луиза, греясь в теплом сиянии карих глаз. Она неосознанно протянула руку и убрала со лба молодого человека вьющийся светлый локон. — С каких это пор ты стал называть меня леди, а? — Луиза попыталась придать себе грозный вид — не получилось. Но оно, наверное, и к лучшему.

— Ты хотела бы, чтобы я назвал тебя, например, обезьянкой в присутствие этого господина, красавица? — поинтересовался Эдмунд, кивком указав на Рэя, но глаз от Луизы не отвел. Он слишком давно ждал этой встречи, чтобы отвлекаться на пустяки.