Чтение онлайн

— Я смотрю, вы подружились.

— А как же иначе? Ничего, что мы тут немного похозяйничали? — немного смутившись, расставляла тарелки под блины на стол.

— После сегодняшней ночи и такого запаха из кухни с самого утра, тебя вообще можно не выпускать из этой квартиры.

Я улыбнулась и поставила тарелку с блинами на середину стола.

— Тебе идет это платьишко! — хитро прищурился Громов, утаскивая один блин.

— Да? Спасибо, мне тоже нравится, — краска залила мои щеки, я одернула на себе его светло-серую футболку, которая была на мне чуть выше колена.

Мы вкусно позавтракали блинами и попили свежесваренный кофе. Я погладила Геру и снова сказала ей, какая она красивая девочка. Мы с Сережей накормили собаку и поехали на работу, на которую, как он и обещал, доставил меня вовремя. Как говорится «в целости и сохранности», что нельзя было сказать о моем сердце — его затапливало неизвестным мне ранее чувством. И оно из моей груди, чтобы спастись, словно тянулось к другому сердцу.

Его сердцу.

Глава 9. Бабушка Вера

Осень. Никогда ее не любила. Эту пору для меня не спасала даже красота пестрого одеяния всей природы вокруг. Да и в мегаполисе это буйство красок обычно не так заметно, как за городом или в лесу, где вокруг кружат разноцветные брызги, а под ногами разливаются золотые шуршащие реки, от яркости которых хочется зажмуриться и подставить лицо последним ласковым лучикам солнца. И все же… Когда осень вступала в свои права именно по погоде, а не по календарю, я чувствовала себя меланхоличной стрекозой, которая на автомате перелетала от работы до дома и обратно. Внешне, вроде бы, ничего так, стрекозочка довольно шустра, бодра и симпатична! Но в душе — апатия.

Однажды вечером, направляясь в гости к своей бабушке Вере, я, как обычно, забежала в чайную лавку. Меня она часто ругала, если я что-то привозила из продуктов, обосновывая это словами — «что у меня кушать нечего что-ли? Ничего не нужно, приезжай сама быстрее!» Но, я никогда не могла приехать к ней с пустыми руками. И чаще всего привозила разнообразные чаи — черный, зелёный и замысловатые, с кусочками цветков и фруктов. Она очень любила чай, эдакая чаеманка у меня! И часто я ещё брала ей фрукты. И комнатные цветы. Она у меня очень любит цветы! Дома у нее много самых разнообразных растений. Сегодня я ей выбрала бегонию. Ярко-алую! Выбрала самую красивую! Мне нравится радовать мою бабушку и видеть на ее лице улыбку.

Жила она, как и я, в многоквартирном доме спального района. Когда я поднялась на лифте до нужного мне этажа и по коридору подходила к ее квартире, то сразу учуяла опьяняющий запах сладкой выпечки. Бабушка Вера любила печь и баловать меня разнообразием блюд. А я ее ругала, что ей нужно отдыхать в ее семьдесят лет, а не встречать меня каждый раз, как на праздник. Но она лишь отмахивалась и крепче прижималась ко мне. Она меня очень любила! И я отвечала ей взаимностью. У нас больше никого не было. С бабушкой у нас были теплые отношения, мы понимали друг друга с полуслова.

Постучала в дверь, появилась задумчивая бабушка, но при виде меня она сразу расплылась в улыбке.

— Внученька!

— Бабушка!

Мы нежно обнялись.

— Проходи, проходи, обед уже готов!

— Ммм, пирожки и печеньки! Я их учуяла ещё в коридоре!

Щупленькая бабушка с седыми волосами и карими глазами тепло мне улыбнулась, отчего на ее светлом лице в уголках глаз расползлись морщинки.

— Мой руки, я накладываю.

— Опять с самого утра, наверное, готовила? Ты меня заставляешь нервничать, что доставляю тебе лишнюю работу!

— Ну-ка, цыц! — улыбаясь и показывая на ванную комнату, проговорила бабушка.

Когда вышла из ванной, увидела, что бабушка разбирает мою сумку с продуктами и по традиции продолжает причитать:

— Ну сколько говорить, не надо мне привозить столько продуктов, что я сама не куплю, что-ли?

— Купишь, купишь, не ворчи! Только я тебя знаю, обделяешь себя зачем-то полезными продуктами!

— Ох, — махнув рукой, она достала чай, виноград и йогурт.

Вытаскивая цветок в горшочке — ахнула.

— А это что такое?! — пыталась придать серьезности своим словам. — Опять тратишь деньги, Арина! Ой, ну какая красота…

Я улыбнулась, зная ее слабость к цветам и, погладив ее по спине, начала помогать накрывать на стол и убирать продукты в холодильник.

— Ой, бабушка, я еще мед тебе купила! Вот, смотри! Свежий, этого года. Цветочный! — показала литровую баночку светло-желтого цвета, на крышке которой изображен рисунок в виде сот.

— Цветочный для Цветковых! — обрадовалась бабушка. — Это хорошо! Мед в холодное время года всегда дома пригодится! И себе не забудь тоже прикупить!

— Хорошо. Пошли уже кушать, а то у меня от запаха слюнки текут!

Бабушка Вера довольно улыбнулась и убрала баночку с медом в кухонный шкафчик.

Мы сели за стол и начали поедать, как всегда, бесподобные блюда. Бабушка у меня — мастер на все руки!

— Ариночка, как дела у тебя?

— Все хорошо, бабуль. На работе почти везде сделали ремонт и поставили новую технику.

— И ты поэтому такая довольная?

— Угу! — доедая вкуснейший плов, начала разливать нам чай.

— Ты можешь лукавить кому угодно, но я то тебя знаю, как облупленную! Ну-ка говори, кто он?

— Ну бабу-у-уль, — улыбнулась и взяла пирожок. — М-м-м, вкуснота! — облизала начинку из вишневого варенья и запила душистым чаем.

— Ты мне зубы-то не заговаривай!

Бабуля всегда была бойкой женщиной. Наверное, сказались тяжелые годы, когда она одна меня растила и воспитывала.

— Ты уже давно светишься! И это явно не из-за ремонта, — заговорщически прищурившись, бабушка тоже приступила к пирожкам.

— Ладно, у меня появился друг. Друг, да! От тебя, бабуль, ничего не скрыть, — улыбнулась своей бабушке, на что она хмыкнула и качнула головой.

— На «просто друга» так не реагируют, Ариночка. Я тебя с рождения знаю. Ладно, как захочешь, познакомишь.

Я, смущаясь, кивнула и отпила чай. Через какое-то время решилась задать семейный вопрос.

— Бабуль, все забываю спросить, а имя мне ты сама придумала? Я еще никого не встречала с таким редким именем.

У бабушки Веры тут же опустился уголок губ. Она аккуратно поставила чашку на блюдечко.

— Нет, моя девочка. Светочка в последний месяц до родов ходила и, поглаживая живот, называла тебя Ариночкой. Не знаю, почему она так решила, но я исполнила ее волю. К тому же я уже тогда привыкла к этому имени.