Чтение онлайн

– Для тебя? Ты думаешь, я позволю?!

– Вы любите меня? – Она посмотрела ему прямо в глаза. – Значит, примете мой выбор.

– А Вильгельм?

– Он не примет, – безучастно ответила девушка, протягивая руку. – Отдайте.

– Я так противен?

– Что? – В ее глазах мелькнуло удивление. – Нет…

– Тогда почему?

– Я так решила. И если вы любите меня…

– Ради любви поступают иначе.

– Как?

Кристофер рассмеялся, бутылек отлетел куда-то в угол и, судя по звуку, разбился. А герцог все смеялся.

– Хорошая попытка, – оценил он, отсмеявшись, хлопнул в ладоши пару раз и присел на подлокотник кресла. – Но играть со мной бессмысленно. Ты можешь просто попросить.

– Попросить? И вы сделаете это?

– Ведь я люблю, – вернул ей ее слова Кристофер. – Скажи, чего ты хочешь. Ведь ты пришла не умирать. Нет, твоя цель иная. И передумать я тебе не позволю. Так что я должен сделать?

– Умереть, – очень тихо сказала девочка. – Потому что…

Он не дал ей договорить, поднялся, коснулся пальцами ее губ.

– Без оправданий. Последствия своего решения нужно принимать стойко. И, вынося приговор, нельзя оправдываться. Это неуважение. И оскорбление.

– Прост…

– И извиняться поздно. Если хочешь убить – глупо просить прощение. Тебя не простят.

– Вы говорите, словно вас это совсем не беспокоит! – не выдержала Сайлейн, отступила на пару шагов, отвела взгляд.

– Нет, не беспокоит. Вердикт уже вынесен. Я лишь выберу исполнение.

– Исполнение?

– Из твоих рук. Ведь я же… – он усмехнулся, – люблю.

– Не…

– Из твоих рук.

Он порывисто развернулся, прошел куда-то к стене и вернулся с бокалом, вложил в ее негнущиеся пальцы. Повторил маневр и протянул совсем иной флакон.

– Ты знаешь, что делать.

Он отошел к окну, провел пальцами по подоконнику, коснулся лбом холодного стекла. А по ту сторону текли ручейки дождя, заменяя его слова и его чувства. А он ждал, ждал ее решения, какое бы оно ни было. Ведь… он любил. Любил ее, жил памятью о ней, ждал ее и был готов умереть, если потребуется. Потребовалось.

Со звоном разбилась крышечка флакона. Тихо журча, жидкость стекала по стенке бокала, медленно наполняя его.

Когда она протянула его Кристоферу, руки дрожали.

– За здоровье моей принцессы.

Он неторопливо пригубил напиток, не отрывая взгляда от девушки, глядя ей прямо в глаза. И она не могла не смотреть: видела, как судорога сжимает все тело, как медленно разжимается рука, державшая бокал, как стекленеют его глаза, все еще обращенные к ней, как падает безвольное тело и как соленые капли стекают по его лицу.

Вильгельм был один. Отослав Манкольма заняться делами, он лежал, глядя в потолок и слушая песню ночного дождя. Он начался уже давно, но с четверть часа назад обрел невероятную силу. По стеклу тек поток, смывая всю пыль, грязь, что налипли за многие дни перед этим. Столица очищалась: верхний, средний, нижний город и наконец река. Таков был маршрут водной массы, что обрушилась на Лейос с неба.

Император уже сейчас понимал, сколько разрушений принесет вырвавшаяся стихия, но точно так же он был уверен и в том, что они выстоят и отстроят все вновь. Ведь на руинах всегда проще возводить новый храм, нежели перестраивать его.

Со стороны выхода на балкон раздался стук, заставивший мужчину подняться. Он медленно, касаясь стены, подошел к двери и, едва увидел ночного гостья, распахнул ее настежь.

– Сайлейн? – удивленный возглас вырвался сам собой.

Мокрое сгорбленное нечто, мало напоминавшее его невесту, протиснулось в комнату.

Стиснув от негодования кулаки – сила пусть и возвращалась, но медленнее, чем он хотел, – император повел девушку в ванную. Она не сопротивлялась, вообще никак не реагировала, просто смотрела перед собой широко раскрытыми невидящими глазами. Казалось, она вовсе была не здесь, а где-то далеко, снова и снова просматривала какой-то эпизод и все никак не могла выбраться из чертогов собственной памяти.

Он тронул ее за плечо, прижал к себе, коснулся губами ее щеки, ощущая солоноватый вкус слез и холод, который распространялся от нее. Выругавшись, он поднял ее на руки и уже быстро отнес в ванную. Раздевать не стал – просто опустил в теплую воду и, держа за руку, принялся звать, надеясь, что она услышит.

Вернулся Манкольм, видимо вызванный внимательным слугой, дежурившим в коридоре. Рыжий лорд постучал и приоткрыл дверь. Заглядывая в проем, нахмурился, оценив состояние девушки, и чуть приподнял брови, намекая на пояснение. Вильгельм поморщился, но развел руками.

– Не думаю, что она нас услышит.

– Она слышит, – уверенно сказал император. – Побудь с ней, я должен кое-что взять.

– Недолго, – нарушая всякие понятия о субординации, попросил Манкольм. – И захвати вытяжку нашарского корня.

По тому, каким взглядом его наградили, рыжий лорд понял, что сказал абсолютную банальщину. Император тем временем вышел.

– И куда опять влез наш Котенок? – беззлобно поинтересовался у выпавшей из реальности девушки лорд. Разумеется, она ему не ответила.

Вернувшийся Вильгельм еще раз пристально оглядел невесту и, держа смоченный настойкой из корня платок на вытянутой руке, приблизился к девушке. Чувствительному оборотничьему нюху даже такой близости хватило, чтобы заставить организм отпрянуть, чудом по имени Манкольм не стукнуться о бортик и прийти в себя.

– Нет!!! – полный отчаяния крик разнесся по дворцу.

Сайлейн резко поднялась, отчего ее повело в сторону, но Вильгельм вовремя успел подхватить ее на руки. Платок был отброшен подальше и быстро подобран Манкольмом, который незамедлительно заставил его сгореть.

– Вил? – Сайлейн подняла на него красные от слез глаза и прижалась, ища защиты. – Я… я… – Слова словно ускользали от нее, она не могла найти нужные, а найдя, не в силах была произнести. Наружу вырывались только слезы.

Рыжий лорд незаметно вышел, оставляя их наедине. Если будет что-то по его ведомству – ему сообщат, а подождать он может и за дверью. Ведь девушка наверняка придет в себя, а одно дело – помнить о собственной слабости самой, другое – знать, что есть свидетели.

– Тихо, все хорошо. Все будет хорошо, – ласково уговаривал Вильгельм, гладя ее мокрые спутанные волосы. – Ничего не говори. Все хорошо. Оно может подождать. Главное – ты в порядке. Ну тише… тише… – Легкое поглаживание волос, мягкое касание губами лобика. – Я с тобой. И никогда не брошу.