Чтение онлайн

Вот и я наложила на себя отводящие взгляд заклинание, которым обычно лешаки пользуются, когда путника с дороги сбивают. Смотреть в упор будет, а не увидит. Самое главное, чтобы не коснулся случайно, тогда теряет оно силу. Потому, когда в лесу плутать начинаешь, не глазам - рукам доверять стоит.

Теперь оставалось лишь Азаира дождаться. А он и не задержался, видно торопился любовью моей насладиться.

Заходит в спальню, даже полотенцем не прикрывшись, к кровати подходит, одеяло откидывает…

Выражение его лица перестает быть предвкушающим. А тут еще это страшилище так эмоционально издает: 'Ква'.

Я едва себя сдерживаю, чтобы не расхохотаться в голос. За его спиной стою, чуть дернется, как раз на меня наткнуться может.

–  Туся?
– Он кидает взгляд на дверь, на окно, но… там все, как и должно было быть.

Догадываясь, что я вполне могу его разыгрывать, он опускается на пол и заглядывает под кровать. Как и следовало ожидать, там меня нет.

Он откидывает штору - пусто. Заглядывает в массивный шкаф - и там никого. Выходит в гостиную - мог этого и не делать. Возвращается в спальню, одевается и выходит из номера.

Как я понимаю, за подмогой. Не знаю, обучена ли Лирайна этим фокусам, но даже если и да, то вряд ли она меня выдаст.

Спустя несколько минут появляются уже втроем. И, насколько я вижу, демоница в таком же недоумении, как и эти двое.

–  Ты заклинания проверил?
– похоже, уже не в первый раз спрашивает она у отца.

Тот, вместо ответа, смотрит на нее таким взглядом, что сомневаться в том, что он хотел ей сказать, не приходится.

–  Ты что-нибудь слышал о том, чтобы ведьмы принимали другую форму?
– Теперь уже Эндрик проявляет свою эрудицию. Наверное, представляет свою возлюбленную в подобном виде.

–  Только метаморфы. Но она - человек.
– Качает головой повелитель.

–  А может, проклятие, - выдает гениальную идею Лирайна.

–  Тогда что послужило активатором?
– На полном серьезе смотрит на нее Азаир.

Вот он, мой звездный час!!!

–  Ты… - словно сквозь туман доносится до них мой голос. Еще один фокус из разряда самых простых.

–  Туся?
– вскидывается он и пытается определить, откуда идет звук.

–  Если любишь - поцелуй, и я вернусь, - дуновеньем ветерка у самого его уха.

Демоница, похоже, начинает о чем-то догадываться, уж больно нервно ломает пальцы, словно из последних сил сдерживается.

Да только папенька словно и не замечает.

–  Ты знаешь о подобном?
– обращается к ней, и в его взгляде - надежда.

–  Знаю, - кивает она. Я же… сползаю по стене, к которой прижалась. Из нас с ней получится неплохая парочка.
– Проверка у них такая. Если ты ее суженным являешься, то она снова станет женщиной, а нет… придется искать того, кто сможет ей человеческий вид вернуть. Потому как только предназначенный ей мужчина, поцеловав лягушку, получит невесту.

–  Вообще-то, это - жаба, - с некоторой подозрительностью в голосе произносит повелитель и внимательно смотрит на дочь.

Но у той во взгляде только сочувствие и ничего более.

–  Почему я об этом никогда не слышал?
– вот ведь… врагу не сдается наш гордый Варяг.

–  Ты же фольклором не увлекался, - парирует она.
– А нам про ведьм в Академии рассказывали. Просто они этого не афишируют, кому захочется, чтобы все знали, что они лягушками становятся.

–  Тогда уходите, - выбрасывает он белый флаг.

А я… зажимаю себе рот двумя руками, чтобы не хрюкнуть.

–  Я лучше останусь, - спокойно отвечает ему Лирайна.
– После возвращения она может буйной немного быть. Такие изменения даром не проходят.

Я покажу ей… буйной! Хотя, будь я на ее месте, все бы сделала, чтобы остаться.

Главный же демон лишь тяжело вздыхает и подходит к кровати. Наклоняется к жабе… надо же, именно в этот момент той надоедает сидеть смирно, и она прыгает, нацеливаясь почему-то на Эндрика. Тот от неожиданности хватает ее и пытается удержать в руках.

То ли жаба оказалась очень склизкой, то ли у нее были планы на этого молодого демона, но все последующее со стороны напоминало ее явное желание прикоснуться к его губам.

Дышать я уже не могла.

Несколько минут схватки, передвижений по комнате, каждое из которых грозит мне разоблачением, если я вовремя не уберу руки-ноги, и жаба оказывается в руках Азаира и все замирают, в ожидании нежного поцелуя.

Сынуля не сводит глаз с папаши, наблюдая за этим действом, дочурка усиленно борется со смехом, а я…

Ну не хочу же я целоваться с тем, кто до этого проделывал нечто подобное с жабой!

–  Дорогой, а что здесь происходит?
– Удивленно произношу я, сбрасывая заклинание, когда он уже едва ли не касается губами ее мордочки.

Судя по тому, что я вижу, убивать меня будут долго и самозабвенно. Если он вовремя не вспомнит, что бабки-йожки не сдаются!

Туся. И опять день шестой. Долгий.

Прошла уже целая минута, как я должна была отвоевывать свою честь и свободу, а он все продолжал стоять и многообещающе улыбаться. Мне это уже даже надоедать начало.

Но только я ему об этом собралась сказать, как он так мило произносит:

–  Дорогая, тебе так идет та ленточка.

Я в недоумении смотрю на него:

–  Какая ленточка?

–  Та красненькая ленточка, которую я вплел тебе в волосы, пока ты пыталась не попасться мне под руку.

Мое недоумение сменяется пониманием того, как меня обдурили. Ну а детки, заметив изменение выражения моего лица, решили сделать самое правильное в этой ситуации - сбежать. И скрылись, пока мы буровили друг друга взглядами.

–  Так ты… - начала я хрипло.

–  Радость моя, - он улыбался одновременно нежно и… грустно, - в моем возрасте все эти розыгрыши уже давно известны. Правда, в твоем исполнении они выглядят весьма привлекательно.

–  Ты… - взревела я и двинулась ему навстречу.

Я, значит, тут ему месть готовлю, варианты перебираю, голову ломаю, как бы сделать так, чтобы потом вспоминать можно было со смехом, а он…

–  Это было очень трогательно, - продолжает этот гад хвостатый и отступает в сторону кровати. С намеком. Мол, лично он не против перенести примирение на тот плацдарм.