Суровые ведьмины будни
Шрифт:
– Тусенька...
– рискнула я окликнуть подружку, не рискуя, впрочем, покидать свое убежище.
– Гр-р-ш-ш, - подруга все же бросила взгляд в мою сторону, оборвала шипо-рычание и уже внятно произнесла: - Ты представляешь, он отказывается распускать гарем!
– Дорогая, - интонации многострадального демона напоминали тон, которым опытные лошадники успокаивают задурившую лошадь, - это традиция, древняя традиция. Я просто не могу этого сделать.
– Ах так? А мне казалось, ты - Повелитель, - Туся ехидно прищурилась, не выпуская из поля зрения продолжавшего обходной маневр мужа.
– И поэтому первым обязан заботиться об их соблюдении....
– Еще бы, особенно о таких....
– Ведьма просто излучала сарказм.
– Любимая, я обещаю не посещать его в одиночку, но иногда, выполняя долг гостеприимства, я обязан это делать....
– К чертям хвостатым!!!
– взвыла новобрачная пароходной сиреной.
Демоны переглянулись и дружно попытались спрятать хвосты за широкими штанинами. Получилось виновато. И смешно.
– Дорогая, пожалуйста, тебе нельзя волноваться...
– Все! Хватит! Я возвращаюсь домой!!!
"К маме" тихонечко произнесла я, в глубине души искренне сочувствуя Азаиру. Как бедняга собирается разруливать конфликт между традицией, да еще и древней, и собственной, хоть и молодой, но не менее стойкой супругой, я не представляла. Но в том, что ни одна, ни другая не склонны к уступкам, сомневаться не приходилось.
Туся рыжим метеором подлетела к дверям и уже на пороге обернулась:
– Мара, ты со мной?
Подруга, наставница, повелительница плюс новоявленная тетка... такой букет не ослушаешься. Да и как ее, беременную, без присмотра отпустишь. Вон как гормоны-то буйствуют....
И я, с тоской взглянув на мужа, поплелась следом.
Она начала плетение прямо в холле, ничуть не смущаясь присутствием охраны.
"Все равно найдет" - кивнула я на украшения на ее руках, от всей души желая, чтобы это случилось поскорее, но ведьма лишь отмахнулась от моих слов, сосредоточенно выстраивая переход, и нырнула в портал, как только серая арка обрела четкость.
Не забыв потянуть и меня за собой в туманную неопределенность...
ЭПИЛОГ
Мелодичный звон таймера духовки раздался, когда я дорезала последний салат. Успеваем. Вино продышалось, еда готова, несколько минут на сервировку и праздник можно начинать. И для духа, и для живота. Сегодняшние посиделки мы запланировали как раз под трансляцию финала чемпионата мира по шоссейно-кольцевым мотогонкам *.
Когда я, балансируя двумя салатницами и блюдом с запеченным мясом, ввалилась в комнату, Туся деловито раскладывала салфетки и приборы, время от времени бросая сторожащие взгляды на метровую плазменную панель, где в настоящий момент немо разевал рот очередной рекламный персонаж.
– Еще минут десять, - успокаивающе произнесла я, - раньше они не начнут.
– Угу, - лаконично согласилась подруга, сосредоточенно расставляя посуду на стеклянном столике, окруженном диваном, креслами и парой пуфиков - на мой взгляд, самое уютное место в нашем доме, располагающее и к разговорам по душам, и к вдумчивому поглощению пищи.
Моей наставницей она перестала быть семь лет назад, но время никак не отразилось на изящной фигурке в светлых джинсах и еспритовской белой футболке. Разве что волос стал длиннее и гуще.
Туся оглядела получившийся натюрморт и озабоченно нахмурилась:
– На всех не хватит.
– Хватит, - успокоила я, - в духовке еще одна порция мяса. И салаты в холодильнике.
– Это хорошо, - отстраненно протянула она, наливая нам по бокалу красного вина. Шампанское дожидалось своего часа в холодильнике, и мне очень хотелось надеяться, что ждет оно не напрасно.
– Ну, за удачу!
– За удачу, - поддержала я тост, - Она нам сегодня понадобится.
– Не только нам...
На экране уже готовились к старту. Мощные байки, нетерпеливо порыкивая, выстраивались в линию. Эти уникальные машины существовали лишь в двух экземплярах: одна - на трассе, другая, ее точный клон - запасная на случай аварийной ситуации. Обтекаемые, стремительные, хищные обводы корпусов, зеркальные шлемы пилотов делали зрелище почти инопланетным. Мы же искали серебристо-черную Ямаху, украшенную всполохами алого пламени.
Искомый байк обнаружился под номером 9. Пилот горячил его, как всадник горячит коня, давая возможность окружающим вдоволь полюбоваться мощью и красотой своего зверя.
Хлопнула входная дверь, ощутимо потянула сквозняком. В комнату стремительно вошел высокий мужчина, седой и поджарый, как матерый волк. Туся встретила мужа непроизвольной улыбкой, он ответил мимолетным, но нежным поцелуем. И тут же рухнул в ближайшее кресло, требовательно протянув руку, в которую предусмотрительная супруга вложила бокал вина.
– Что будем смотреть?
– кивнул он на экран.
– Мотогонки, чемпионат мира.
– Пойдет, - милостиво одобрил он наш выбор и по-кошачьи потянулся, продемонстрировав во всей красе великолепное тело, скрыть которое тонкие летние джинсы и рубашка с короткими рукавами были не силах. Одеваться со вкусом, просто и стильно, этот гад умел.
– Укатали сивку крутые горки?
– насмешливо поинтересовалась Туся, оставив без внимания выразительный намек.
– Ага, - легко согласился волк, - американские. Пять раз катались.
– А где остальные?
– я наконец-то сообразила, что мое собственное семейство домой явиться не соизволило.
– Во дворе, на турнике соревнования устроили.
– А Илонка, конечно же, судит...
– И награждает победителя. Как и положено принцессе, - хмыкнул гордый отец и вдруг насторожился: - Идут. Сейчас узнаем, кто кого.
Дверь вновь отворилась, впустив внутрь возбужденный гомон детских голосов и успокаивающий рокот двух баритонов.
Через мгновение в просторной комнате стало шумно, тесно и весело.
Первым влетел рыжий метеор и с визгом обрушился на папины колени, превратившись в очаровательное шестилетнее создание с огромными золотисто-карими глазами, смотрящими на мир с такой трогательной беззащитностью, что это просто не могло быть правдой.
– И кто победил?
– осведомился отец, с нерассуждающим обожанием глядя на свое непоседливое сокровище.