Чтение онлайн

Короче, Сванидзе ко мне относится сложно. А Зюганов — просто. Сванидзе видит во мне и средоточие советско-коммунистической мерзости, и источник определенного профита. А Зюганов видит во мне только источник разного рода неприятностей. Вот и все.

Скажут: «Но ведь Вы советизируете широкие слои общества. И эти слои проголосуют за Зюганова. Так что для него Вы тоже источник определенного профита».

Во-первых, Зюганову не нужны лишние голоса. Сванидзе хотел бы получать поддержку 70–80–90 % аудитории. Он бы ликовал. А Зюганов, получи он 90 % голосов на выборах, впал бы в черную меланхолию.

Во-вторых, заказчики, которые встраивали зимой 2011–2012 гг. музыку Зюганова в медведевский праздник непослушания, именно этого и хотели. Они рассуждали так: «Зюганов сам никого не советизирует. А Кургинян советизирует многих и передаст их голоса Зюганову. Мы же, управляя Зюгановым, используем возросший потенциал Зюганова так, как нам надо. То есть в пользу Медведева».

Казалось бы, высший политтехнологический класс! Кургинян будет побеждать Сванидзе, а все кончится тем, что Сванидзе станет министром культуры при президенте Медведеве. Но на тебе — этот чудовищный Кургинян сначала начал выступать с телевизионными передачами в интернете и назвал эти передачи «Суть времени». Потом создал организацию «Суть времени». А потом разрушил все построения политтехнологов высшего класса и их хозяев. После чего стал предметом особо сосредоточенной ненависти. А теперь вот еще и Съезд организовал.

Помните анекдот советского периода: «Съест КПСС, съест КПСС!» Это тогда, а теперь «съест Родительское Сопротивление, съест Родительское Сопротивление». Ларина воет об этом, как одержимая бесом. А все остальные ей подвывают. То, как именно они подвывают, и что сие означает в стратегическом плане, я обсужу в следующем номере газеты.

До встречи в СССР!

По мере того, как неоткрытых и неосвоенных международной торговлей «миров» становилось все меньше, соперничество за рынки неуклонно обострялось. И становилось сферой все более жестоких торговых, а затем и вооруженных войн

Юрий Бялый

Как в древности, так и сейчас благополучие общества и государства зависит от того, насколько они способны обеспечить свое воспроизводство, защиту и развитие за счет собственных ресурсов, а также за счет использования чужих ресурсов — например, ресурсов дальних и ближних соседей. В ситуации, когда для использования чужих ресурсов не применяются насильственные действия, основным механизмом оказывается товарный или (в нынешнюю эпоху почти исключительно) денежный обмен с другими странами. То есть, на современном языке, международная торговля.

А поскольку войны всегда приносили воюющим сторонам огромные бедствия, без острой необходимости (или полной уверенности агрессора в легкой победе) их, как правило, старались избегать. И вместо того, чтобы воевать, торговали. Не случайно крупнейшие экономисты и политики давно определяют сущность хозяйственно-экономического развития основной части человечества понятием «торговая цивилизация».

О международной торговле написаны многие тонны книг. Почти всё это неспециалисту читать скучно и незачем. Постараюсь объяснить главное «на пальцах».

Если государству для развития требуется какое-либо сырье (например, нефть), а в стране этого сырья нет, его нужно купить у других стран — импортировать. Но для того чтобы его купить, нужны деньги (валюта). Значит, чтобы купить нефть, государству (его производителям) придется продать что-то из произведенного в стране и получить валюту. Например, продать (экспортировать) станки или компьютеры, или обувь и одежду, или услуги, помогающие искать и добывать ту же нефть более эффективно.

А ведь государству может требоваться не только нефть или металл, или зерно, но и многое другое. И для покупки всего этого нужна валюта. Значит, те товары и услуги, которые можно продать другим странам, нужно производить в гораздо больших объемах, чем потребляется в данной стране. И искать для покупателей в других странах экспорта произведенного излишка.

Но одновременно нужно стараться импортировать только то, что не производится в данной стране, и в минимально необходимых количествах. Иначе не хватит валюты для импорта.

Соотношение между общей стоимостью экспорта и импорта страны называется внешнеторговым балансом. Если этот баланс положительный (экспорт больше импорта), то возникает излишек валюты, который можно использовать и купить за рубежом еще что-нибудь нужное для развития. Или создать запас валюты, чтобы избежать опасности ухудшения своего внешнеторгового баланса при каких-либо международных катаклизмах (войны, кризисы и т. д.). Или дать кому-либо из партнеров по внешней торговле валютный кредит с тем, чтобы укрепить с ним выгодные торговые (а может, и политические) отношения. И так далее.

Однако подобные интересы есть у всех стран, включенных в международную торговлю. Они тоже хотят экспортировать как можно больше (и, желательно, подороже), а импортировать как можно меньше (и, желательно, подешевле). И иметь большой положительный внешнеторговый баланс.

Пока планета еще не была полностью освоена «торговой цивилизацией», ведущие страны мира активно искали и включали в сферу своих внешнеторговых связей новые географические пространства и их население. Именно ради этого египетские фараоны, персидские и греческие цари, римские и византийские императоры, арабские халифы, испанские, португальские и британские короли, голландская республика и др. снаряжали те экспедиции «за дальние моря», в дебри джунглей и неприступные горы, которые совершали главные географические открытия. И именно страны, которые первыми осваивали новооткрытые «миры» в качестве своих рынков сбыта (экспорта) и поставщиков импорта, получали наибольшие прибыли от международной торговли. В том числе, обменивая яркие ткани и стеклянные бусы на золото, серебро, драгоценные камни, пряности и т. п.

Эпоха великих географических открытий прямо и непосредственно связана с торговой экспансией великих держав того времени. Экспедиции направляли на поиски новых рынков, новых товаров и новых путей к этим товарам. И именно тогда появился особый тип частных «экономических империй» — сверхкрупных акционерных обществ, который до сих пор является главным игроком на глобальных экономических рынках.

Первым таким обществом, видимо, стала голландская Ост-Индская компания, которая в начале XVII века фактически полностью «оседлала» европейскую торговлю пряностями из Юго-Восточной Азии. Ранее каждый купец, снаряжая дальнюю торговую экспедицию, во многом зависел от везения. И при неуспехе (кораблекрушении, нападении пиратов) нес убытки или просто разорялся. Вспомним, например, историю с разорением одного из главных героев шекспировского «Венецианского купца». А в акционерных компаниях участники делили между собой и риски, и прибыли, и убытки. И неуспех одной экспедиции перекрывался удачей множества остальных, позволяя создаваемым акционерным компаниям — голландским, британским, испанским и т. д. — быстро наращивать экспансию на новые рынки.

Однако по мере того, как неоткрытых и неосвоенных международной торговлей «миров» становилось все меньше, соперничество за рынки неуклонно обострялось. И становилось сферой все более жестоких торговых, а затем и вооруженных войн. Все страны одинаково хотели получить с новых рынков золото, пряности, шелк, фарфор и т. д., и предлагали взамен похожие товары. И все страны старались максимально оградить свои собственные рынки от товаров зарубежных конкурентов. Для этого использовали любые методы — от дипломатии до подкупа высших чиновников и от политических убийств до военных экспедиций.

В этом и состоит суть торговых войн. Она в том, чтобы любыми (в том числе, крайне далекими от законности и морали) методами захватить максимальный объем зарубежных (внешних) рынков для своего экспорта, и в то же время максимально защитить собственный внутренний рынок от чужого экспорта. При этом политику захвата внешних рынков своим экспортом иногда называют наступательной торговой войной, а политику защиты внутреннего рынка от избыточного (и потому вредного) чужого экспорта — оборонительной торговой войной.