Чтение онлайн

Почему? Потому что создавали именно криминального хищника. Как Чубайс сказал, не для того этот класс создали, чтобы он правильно функционировал, а для того, чтобы он пожрал коммунистов [7] . Ну, скажите честно — Россию. Ну, скажите честно, говорите до конца! Не коммунистов он должен был пожрать, Россию он должен был пожрать, и он ее пожирает, этот псевдокласс. И он есть первый элемент проблемы.

А есть второй. Государство — это что такое? Многие начинают молиться на него. Я не раз говорил: это средство, с помощью которого народ длит и развивает свое историческое предназначение. Народ существует до тех пор, пока есть историческое предназначение. Он является народом, пока есть историческое предназначение. И перестает им быть, как только его лишают исторического предназначения с помощью социокультурной шокотерапии, именуемой «перестройка», — самой подлой акции, которую когда-либо видело человечество… Потому что осуществляли ее те же самые люди, которые раньше учили коммунизму. А потом они начали учить антикоммунизму. В этом есть особая мерзость.

И заметьте, чему нас сейчас учит Совет по правам человека и гражданскому обществу? Они же не люстрации хотят проводить! Они лицемерию учат. Они говорят: «Ты только заткнись и не хвали Сталина. А что ты думаешь — нас не интересует. И кем ты был — партийным боссом или нет — нас тоже не интересует. Нас интересует, чтобы ты молчал». Это говорят люди, которые называют себя демократами, свободно мыслящими людьми. Вы моральную чудовищность ощущаете?

Никогда не может быть приравнивания фашизма к коммунизму! Но если сравнить явления, то все-таки денацификацию — в условиях оккупации и в условиях чудовищной, абсолютной преступности фашистской идеологии — осуществляли не рейхсфюреры СС и не эсэсовцы вообще, ее осуществляли совсем другие люди. Здесь же варварский, мерзкий, разрушительный характер начинания сопровождается аморальностью, глумливым цинизмом зловонной элиты, которая это все делает.

20 лет назад эта элита ударила по общественному сознанию беспощадно, безжалостно из всех информационных калибров и сломала его. Но снять полностью ответственность с общества, которое действительно променяло первородство на чечевичную похлебку, нельзя. Произошел действительный демонтаж. Задел ли он глубинные слои народного сознания или нет, но он произошел и произошел в силу каких-то причин.

У нас две проблемы.

Первая проблема — выздоровление народа (сломанный хребет надо сращивать, цепь времен связывать).

Второй проблемой является класс. Либо он должен быть каким-то образом расколот, либо нет. Но мы не можем просто констатировать, что он фаг, пожиратель и т. д. Мы должны назвать эту проблему на научном языке. Она имеет определенное название. Она называется «проблема первоначального накопления капитала». Капитализм эпохи первоначального накопления — это полная жуть. Не такая полная жуть, когда он накапливает капиталы, грабя колонии. Но в целом он абсолютно жуткое явление. И это понимают все, кто занимается капитализмом.

Пора прекратить валять дурака и говорить о каких-то модернизациях. Надо поставить вопрос о судьбе капитализма в России. Наш капитализм может быть выведен из фазы первоначального накопления? Да или нет? Если да, то как? Есть исторический опыт. Мы знаем, чем кончается невыведение капитализма из стадии первоначального накопления. Это кончается созданием пиратских королевств, абсолютно криминальных государств и обществ, которые потом вырезают полностью, понимаете? Разрешить дальше российскому капитализму пребывать в первоначальном накоплении нельзя. Но мы не видим сил, готовых вывести капитализм из первоначального накопления. Когда-то он был поддержан обществом. Ставить на нем крест в целом еще рано. Но мы не видим вообще таких сил!

Кроме того, подчеркиваю еще раз, проблема с капитализмом в России очень серьезная. Ну, не хочет русская культура капитализма. Не хочет, что ж поделать! Что, надо ее уничтожить? Ради того, чтобы потом капитализм уничтожился вместе с ней? Если культуры не будет — какой капитализм?

В любом случае, мы должны четко зафиксировать на уровне политической теории, что речь идет о проблеме первоначального накопления капитала, о выходе из этой фазы. Если выход задержится еще на несколько лет, то можно будет говорить о том, что здесь за счет одного только этого явления формируется криминальное государство и хотят сформировать криминальное общество. И что делается это под зачистку, под геноцид. Только не надо говорить, что этот капитал создавали лишь для того, чтобы коммунистов остановить! Его создавали для того, чтобы страну уничтожить. До конца. До полного геноцида русского народа. До превращения народа и его страны в пиратское королевство, дабы возникли легитимные основания для того, чтобы уничтожить нас до конца.

Поэтому проблема с этим классом огромная. А проблема с народом — это и есть проблема исторического наследства. Проблема того, сможем ли мы задним числом осуществить подвиг выхода из падения. Страна должна из падения выйти. Общество должно выйти. Но оно должно сначала увидеть, что происходит. Увидеть — и ужаснуться.

Итак, вопрос заключается в следующем.

У нас есть властная пирамида. Политическая система опирается на класс, который наступает на страну. Есть ли у этого класса конструктивный антагонист? Да или нет? Назовите. Это первое.

Второе. Если конструктивного антагониста нет, то можно ли его создать?

И третье. Когда мы его создадим, что мы намерены делать? Ведь, даже создавая его, надо бороться. Я предлагаю внимательно прочитать «Тюремные тетради» Антонио Грамши. Когда нам говорят, что Грамши использовало ЦРУ и мало ли еще кто, в том числе для разрушения нас… Понимаете, открытия Ньютона или Эйнштейна тоже можно использовать для того, чтобы нас разбомбить, создав ядерную бомбу… Грамши замечательный человек — умнейший, продвинутый, действительно очень много привнесший в марксистскую теорию, вообще создавший новую стратегию политической борьбы, новую теорию политической борьбы.

Вот и давайте в данной части это обсуждать.

Мы уже обсудили элементарное — пирамиду, место класса в ней и регресс (то есть то, что было сделано с народом).

Мы уже поняли, что для того, чтобы возник антагонист, нужно либо обнаружить его в недрах народных масс (и он не может быть регрессивен, в противном случае он не антагонист; это какой-то слой, регрессивностью не захваченный). Либо создать. И мы должны обсуждать, как он должен действовать.

У Грамши по этому поводу есть крайне важное положение. Оно называется «Позиционная война». Вообще, Грамши очень активно использует термин «война» по отношению к политической деятельности. Грамши различает позиционную войну и то, что он называет войной маневренной (которую вел Ленин в 1917 году).

В той ситуации, в которой мы оказались, если субъект даже и создастся (а создавать его мы должны сейчас все вместе: обнаруживать, скреплять из имеющегося и т. д.), ему придется вести позиционную борьбу. Позиционную войну за гегемонию, как говорил Грамши. Не за власть, а за гегемонию. Перед таким субъектом будет стоять задача борьбы за гегемонию. И все то, что на приведенной мною общей карте обозначено, все указанные виды деятельности — это и есть возможность сочетания идеологической борьбы с борьбой за гегемонию в обществе в том точно виде, в каком это понимал Грамши.

Мы должны действовать в условиях регресса. Но ориентироваться на эту теорию можно и должно. Это не отдельные мысли, не чьи-то сверхценные идеи. Это то, что признано миром. Это то, что является следующим этапом развития марксизма, ленинизма, вообще политической стратегии в мире. И миновать этот этап мы не можем. Поэтому обсуждать политическую теорию мы должны под этим углом.

Несколько слов о политической философии. В дальнейшем я буду уделять ей, по возможности, больше внимания.