Чтение онлайн

Все было сделано, как велел О’Джан. Через некоторое время Он сказал:

— Ну вот, ты сосредоточился на своих флюидах. Ты хорошо видишь их, не так ли?

— Да, Учитель, довольно отчетливо.

— Теперь заведи кончик языка к самой верхней точке на нёбе. Поясняю: на кончике языка два выхода каналов Нага, они должны соприкасаться с Шанкхини. Тогда Сома, нисходящая из Лотоса Бра-мы, будет свободно и обильно насыщать все тело. Сознание тоже наполнится божественным нектаром, не даст провалиться в забытье.

…Ну, сынок, сконцентрируемся на Иде и дви-немся по ней Сознанием против потока. Учти, Со-знание твое будет затуманиваться, и это опасно. А чтобы его не утратить, необходимо вслушиваться в звучание левых Мудр. При этом надо применять мантру “Ида” и усиленно нагнетать Психическую энергию. Возбуждай в себе чувство радости и этим обеспечишь непрерываемость Сознания во время движения против потока Иды. Когда же достигнешь точки входа Иды в Савикальпу, не допусти замыкания обратного хода флюида с прямым, а смело продвигайся в Сушумну. Остановись здесь, закрепи Сознание мантрой “Шакра” и поднимайся по внешней стороне Сушумны до горлового чакрама.

…Запомни, сынок: при обратном движении по Иде возникает мучительная сонливость, ее следует во что бы то ни стало преодолеть. Уснувшего в этом потоке способен пробудить только Учитель. Но чаще адепт пробуждается уже в Тонком Мире, естественно, утратив жизнь в Мире Плотном. Тебе понятна опасность?

— Да, Учитель, понятна.

— С осторожностью последуем далее. Во время поднятия Сознания по наружной стороне Сушумны необходимо следить за током Иды, применяя мант-рам “Горокхо”. Иначе наступит смертельный сон. Кроме того, Ида постоянно стремится вернуться в свое исконное русло, надо удерживать ее мантра-мом “Шакра”… Достигнув горлового чакрама, ты должен перевести Сознание на обратный ход флюида Пингала и идти по нему, вслушиваясь в звучание Мудр.

…Внимание, сынок! При обратном движении по Пингале наваливается особенно тяжкая сонливость, если ее не победить, увы! И сам адепт, и его Сущность погибнут во всех трех Мирах. И это есть Сон Смерти. Никто не в силах помочь несчастному, спасти его от неминуемой гибели.

— Никто? Даже Учитель?

— Даже мой Учитель Тхо-Хо.

— Я понял, О’Джан. Но как бороться с сонливостью?

— Единственно, помнить об Атмане, отождествлять себя с ним! Только этим и можно побороть Сон Смерти. Но когда Пингала введена в Сушумну, сонливость спадает и человек в великом озарении познает Атмана.

…Слушай дальше и разумей, сынок. Мы уже знаем, Дух пользуется Сознанием и Душою. Но есть еще и Атман, которым пользуется Тот, кто пользуется Духом. Когда Ида и Пингала введены и закреплены в Сушумне, образуется флюид Познания. Человек обретает возможность знать все по желанию. С этого момента начинается новое развитие индивидуальной Кармы. Ищущий обретает молодость, морщины исчезают, кожа становится упругой и эластичной, внутренние заболевания проходят. Обретший флюид Познания не будет знать старости и невзгод.

— И проживет двадцать пять тысяч лет?

— Да, если того пожелает.

— Я все понял, Учитель, и я готов. Над чем мне работать в первую очередь?

— Естественно, над собой! — улыбнулся О'Джан.

— “Познай самого себя!” — сия вечная истина всегда нова и всегда звучит в Пространстве, А если конкретно, молодой человек, приступай к работе с флюидом Ида. Вводи в него Сознание, заставляй течь обратно. Это непросто, сынок, далеко нет, но что может быть легким и простым на Пути? “Кто велик в терпении, тот велик во всем!” — и это клише неустанно звучит в Пространстве; умеющий слушать, дабы слышать, да услышит истинно, сказанное Мною. ОУМ.

19 сентября. По ночам довольно прохладно. Я часто встаю и подтапливаю печурку. Заготавливаем на зиму дрова. Недалеко от Настиной избушки стояла засохшая сосна, уже без коры, очень высокая, крепкая. Мы спилили ее еще летом вдвоем с Петром Алексеичем. Сейчас пришло время разделывать сосну на чурбаны. У нас хорошая двуручная пила. Даже не ожидал, что Настя такая выносливая. И откуда силы берутся? На вид слабенькая, худенькая, на лице только что одни глазища и остались, а в работе неутомимая: пилит да пилит, никогда первая не предложит передохнуть.

Между прочим, я как бы в шутку заметил, что дров понадобится в два раза меньше, если зимовать вдвоем в одной избушке. Мы как раз водили пилой туда-сюда. Она ничего не ответила, только как-то странно взглянула на меня, полыхнула синим. Но когда отдыхали, вдруг сказала: — Я, наверное, скоро уйду домой. Да, на днях соберусь.

— Как то есть уйдешь?

— Обыкновенно, ногами. Я ведь, братец, не совсем одна. У меня в поселке отец, мачеха, какой-никакой дом. Надо помочь с огородом.

— Но ты вернешься?

— Не знаю, — сказала она, — там видно будет.

Вот так новость! Останешься тут ровным, бесстрастным, не дрогнешь ни одним мускулом… Я не хочу! Не хочу! В йоге нет слова “хочу”, оно выброшено из словаря йога, но я… О, Господи, не хочу, чтобы она уходила насовсем, нас не для этого “встретили”. Мне нужно каждый день видеть ее, хоть на несколько минут, это стало потребностью, иначе и день не в день и все, что вокруг, не имеет значения.

Она поняла, что у меня на душе, что творится со мною.

— Я вижу, ты огорчен, братец?

— Да, ты правильно видишь.

— Ладно, давай пилить.

— Нет, на сегодня хватит.

— Ну хватит, так хватит. К тому же, мне кажется, этих дровишек на одну избушку вполне достаточно.

— Правда?

— Ага.

— Настенька! — я схватил ее за руку, наверное, театрально вышло, плевать! — Послушай, сестрица, не уходи! Ну если очень надо, сходи ненадолго, погости и, пожалуйста, возвращайся.

Она высвободила руку, обхватила ладошками мое лицо.

— А ну посмотри мне в глаза!

Я видел перед собой ее глаза, только глаза и больше ничего, чувствовал близко ее дыхание.

— Ты хорошо, ты все обдумал, мой милый?

— Да.

— Что да? Что ты обдумал? Почему ты боишься произнести одно слово… всего только слово, но такое важное. Или ты не знаешь его? И никогда не знал? Бедненький, бедненький. Да ладно! Ты, что ли, любишь, да? Ты, что ли, любишь меня, ненормальный? — она ткнулась мне в лицо своим носиком, коснулась губами щеки, шептала в ухо: да? да? да?