Сувенир с Мирассы
Шрифт:
С другой стороны, пойди всё не так, я в противовесы папочке Линн никак не гожусь, да и Эдор, конечно, не ферзь. Но вместе мы, всё-таки, будем составлять что-то более весомое, чем по отдельности. Вот только надо ли мне лезть туда, где я и Вайятху станем всего лишь разменной монетой? А с третьей стороны – контрабандист уже знает достаточно много, чтобы от него можно было просто отмахнуться и забыть. Так что же делать?..
В задумчивости я смотрела на идеал любой женщины, демонстрирующий себя со всех сторон. Собственно, почему бы и не посмотреть, если показывают… В голову пришла смешная мысль: а ведь Эдор и себя продаст, если что. Для него возможная выгода от гипотетической сделки со Скроссом того стоит.
– Знаешь, – медленно начала я, – ты затеваешь игру, в которую я не готова играть и не хочу. Всё, что мне нужно – это спокойствие и возможность жить, дальше, как я привыкла. Учиться, работать, самой выбирать то, что мне нравится. Извини, но закулисные интриги – не моя сильная сторона. И ничто, из перечисленного тобой, меня не интересует. Я не политик, не бизнесмен и не контрабандист, и доставлять неприятности или проблемы никому не собираюсь. Надеюсь, ты меня понимаешь?
Эдор изучал мою физиономию. Так, главное, чтобы поверил… Я расширила глаза и постаралась скроить самое честное лицо. Пусть не считает меня опасной или хитрой. Я – прямая, понятная дурочка, которая счастья своего не ценит, потому что… потому что ценит что-то совсем другое, и это счастье для неё вовсе не счастье.
С облегчением проследила за тем, как во взгляде Эдора появляется чуть снисходительное выражение, и голос меняет тембр на более обычный. Уф! А то ведь я не железная, правда-правда… Когда тебя так усиленно соблазняют великолепным телом, можно поддаться и плюнуть на принципы. Хотя бы на полчаса. Только вот неизвестно, чем потом придётся расплачиваться. Такие красавцы, как мой гость, достаются или шлюхам или богатым девочкам, вроде той же Линн… Однако, завидовать я бы ни тем, ни другим не стала.
– Не торопись, Жужелица, – проговорил контрабандист, приблизившись ко мне настолько, что я во всех подробностях могла разглядеть, как сверкают капли воды на гладкой загорелой коже, как мокрые ресницы, слипшиеся в длиннющие стрелы, оттеняют чёрные холодные глаза, и твёрдые, даже на вид соблазнительные, губы растягиваются в понимающую, насмешливую улыбку.
Скотина… Прекрасно знает, какое впечатление производит его близость, и нагло пользуется этим.
– Конечно, я вижу, что прямо сейчас ты не готова дать мне ответ. Да и я пока не знаю, что именно смогу предложить господину «С»… – бронзовые руки уверенно легли мне на плечи. – Но думаю, мы ещё вернёмся к этому вопросу…
Я увернулась от чересчур нахальных губ и прямо посмотрела в прищуренные наглые глаза. М-да… Моё собственное тело недвусмысленно напоминало, что последний раз меня соблазняли… Так, не будем о грустном, это было очень давно, настолько давно, что уже неприлично вспоминать. А тут такой роскошный мужчина… В голове замелькали крамольные картинки, одна за другой. Может, поддаться искушению? Вон как старается… Конечно, понятно, что мачо просто намеревается меня использовать, ну, так и я ведь хочу того же. Просто использовать его для того, чтобы немножко разрядиться, получить удовольствие…
Почему-то мысль воспользоваться Эдором у меня никакого внутреннего протеста не вызывала, это совсем не больно, – не то, что с Маугли…
Кстати, как там лягушонок? Повернувшись, я с беспокойством всмотрелась в напряжённую мордочку кикиморыша. Похоже, перенервничал: он был неестественного бледно-болотного цвета. Не того оттенка, что обычно. Надо увести его отсюда, как бы ни развивались события дальше, делать из заморыша невольного свидетеля своей слабости я не собиралась. Значит, Маугли – в дом, только не забыть накормить, и запереть в его комнате. Эдора оставим на сладкое… если у него хватит терпения. Впрочем, если не хватит, я тоже особенно не расстроюсь.
Повернувшись к красавчику, продолжающему чувственно дышать мне прямо в ухо, я предложила:
– Не хочешь чашечку кофе?..
Эдор победно улыбнулся и отпустил меня, наконец.
Пора было заканчивать весь этот балаган. Остался только один невыясненный вопрос… Я мысленно позвала Деону: «Почему ты не предупредила о появлении в доме Эдора?» Ответ заставил меня застыть в недоумении.
– В доме никого нет, кроме тебя и Маугли, – спокойно ответствовала Део.
– Как это? Ты что, не видишь его?! Он торчит в бассейне, рядом со мной! Включи аппаратуру!
– Аппаратура работает, Тэш, – ответила кибер-консультант. – В бассейне только ты, в квадрате три-пятнадцать, и Маугли. Квадрат четыре-один. Всё.
Я, не удержавшись, уставилась на дурачившегося рядом красавчика, который как раз нырнул и ухватил меня за щиколотку, дёрнув вниз. Я начала брыкаться, он поймал меня за руку и подтянул под водой к себе. Чёрные волосы колыхались вокруг его лица, сделав из мачо мужской вариант Медузы-Горгоны. Зажав меня между коленями, он принялся беззастенчиво расстёгивать мой купальный костюм. Пришлось резко дать ему по рукам и энергично отрицательно помотать головой, указав наверх. В путанице смоляных кудрей, напоминающих извивающихся змей, сверкнули белоснежные зубы, и меня отпустили.
Всплыв, я попыталась привести мысли в порядок. Как это может быть: вот оно тело, рядом, вполне себе материальное, твёрдое, тёплое… и Деона совершенно серьёзно мне заявляет, что его нет? Бред какой-то! Я принялась исподволь изучать Эдора с головы до ног, пытаясь понять, в чём фокус. Как можно обмануть аппаратуру класса моего кибер-консультанта, если принять за гипотезу, что он именно обманывает электронику? Где и что можно спрятать на, практически, голом теле? Неужели придётся тащить его в кровать, чтобы… ээээ, обыскать с пристрастием? Я, поморщившись, представила себе процедуру «досмотра».
Да нет, не может быть, чтобы такой самовлюблённый тип согласился на вживление чего-то серьёзного в свой череп, или куда там можно вставлять такие вещи… Скорее всего, это что-то внешнее, только куда он это мог деть?
Против воли, мой взгляд то и дело возвращался к плавкам красавчика, хотя, Всевидящий свидетель, – я не представляла, как туда можно было бы уместить что-то ещё, кроме самого Эдора?! Разве что речь шла о совершенно новой технологии?.. Не знаю, о чём там думал мачо, но, видимо, о себе, неотразимом, потому что он поменял позу, явно, чтобы мне было удобнее его рассматривать. «Эксгибиционист», – фыркнула я, но продолжила с удовольствием скользить взглядом по его телу.
На этот раз экстравагантность контрабандиста выразилась не в цвете волос или глаз, и не в одежде (или её отсутствии). Единственным элементом, намекающим на его пристрастие к красивым эффектам, была чуть заметная серебристо-белая татуировка, которая охватывала верхнюю левую половину его тела, от затылка до талии. Нижний край тату исчезал под плавками.
Чем больше я вглядывалась в причудливую вязь рисунка, тем большее подозрение он у меня вызывал. Белый, матовый… какой-то металл? И место странное, и размер… Эдор никогда не был поклонником татуировок или каких-то постоянных рисунков на коже: только временное, только смываемое, чтобы не портить его великолепную шелковистую, бронзовую кожу… И вдруг – такое нарушение его собственных правил! Неужели это оно? Рисунок, позволяющий скрыть своё присутствие... Как бы узнать?