Чтение онлайн

Такой… волочащий-язык-по-полу, красавец.

Такой… от одного только звука его голоса по телефону у меня на груди расстегиваются несколько верхних пуговиц рубашки.

— Он симпатичный, правда? — Говорю я, и этот комментарий вызывает еще большую улыбку на лице бабушки, что, в свою очередь, делает меня счастливой.

— Он очень красивый. И добрый. Я до сих пор не могу забыть о карпах. Все от них в восторге.

— Могу представить. Это было очень неожиданно. Я понятия не имела, что он это сделает.

Бабушка тычет меня в бок.

— Это потому, что ты ему нравишься, уверена. — Она потягивает чай. — И ты не должна указывать, что это не мое дело, но между вами что-то происходит, верно? Небольшая интрижка? — Она поднимает руку, когда я собираюсь ответить. — Не отвечай, просто дай мне насладиться моментом. — Она вздыхает, и я очень надеюсь, что она не представляет себе, как мы с Рэтом занимаемся шпили-вили. — Знаешь, Чаки, в связи со всеми этими медицинскими делами есть одна вещь, которая постоянно крутится у меня в голове, от которой мне хочется рыдать до скончания ночи.

— Какая? — Спрашиваю я, все больше беспокоясь.

Она придвигается ко мне, пристально глядя на меня.

— Как тебя бросили у алтаря. — Этого я точно не ожидала услышать. Уверена, что мне нужно что-то покрепче, чем чай. — У меня просто сердце разрывается от осознания того, как плохо с тобой обошлись. Я ждала, что ты пойдешь к алтарю, а вместо этого я видела, как ты плачешь в моем свадебном платье. Ни одна бабушка не захочет видеть такое, Чарли. Ни одна.

— Бабушка. — Я подавляю рыдание. — Это невозможно контролировать. У Криса были свои планы, которые мы никак не могли предвидеть.

— Знаю. — Она вытирает одну-единственную слезинку. — Но все равно это был мой единственный шанс.

— Единственный шанс на что?

Она смотрит на меня, ее голубые глаза, такие же, как и у меня, полны слез.

— Мой единственный шанс побывать на твоей свадьбе.

— Что ты такое говоришь? — Спрашиваю я, мои руки начинают трястись, а сердце замирает в горле.

— Просто… будущее так неопределенно, и моя мечта — увидеть, как ты надеваешь мое свадебное платье, выходишь замуж за мужчину своей мечты — она… она не осуществится. Вместо этого у меня будет образ тебя, рыдающей в моем свадебном платье, твое сердце, разбито и расколото, а не наполнено любовью.

— Бабушка…

Мои губы дрожат, глаза наполняются слезами, и, прежде чем успеваю остановиться, падаю в объятия бабушки и снова рыдаю. Потому что, да, мне было больно. Я думала, что нашла мужчину, с которым собиралась провести остаток своей жизни. Но все исчезло после его телефонного звонка, в котором он сказал, что никогда по-настоящему не любил меня.

Однако я знаю, что сейчас мое сердце разрывается не из-за этого. Я пережила тот день благодаря женщине, которая была рядом со мной. Я выжила и встала на ноги благодаря силе ее рук. Я двигалась вперед благодаря ее вере в меня, в то, что я могу и хочу добиться в жизни всего, чего захочу. Но без нее… без нее я ни в чем не уверена. И поэтому рыдаю.

РЭТ

Сегодня гребаный четверг.

ЧЕТВЕРГ

Я одет в зеленое, готов зарабатывать деньги, как любит говорить Чарли, а ее снова здесь нет.

Еще один выходной, личный день — вот и все, что говорится в сообщении.

На самом деле, если вам хочется знать, вот что там написано:

Чарли: Личный сказать.

Она даже не потрудилась правильно написать слово «день». Вместо него написано — личный сказать. (прим. пер.: В английском: day — день, say — сказать, говорить).

Сказать, что я раздражен, было бы преуменьшением. Гораздо точнее было бы сказать, что я обеспокоен.

Почему я обеспокоен? Ну, потому что, когда я разговаривал с ней в последний раз, мы не признавали моего влечения к ней, оно подразумевалось, никогда не отрицалось, и поэтому оно существует.

Короче говоря, я поставил ее в неловкое положение, и теперь она пытается понять, как со мной работать. Видимо, ничего не приходит в голову, потому что последние четыре дня я вхожу в ужасно тихий офис, где нет ни ярких приветствий, ни непринуждённой нахальности. Приходилось поливать и насвистывать растениям. И я знаю, что они понимают, что мои старания в лучшем случае невелики.

И я хочу вернуть ее не потому, что она кормит меня и выполняет список дел, как никто другой. Я хочу ее вернуть, потому что она наполняет мой день энергией. Она озаряет офис своей улыбкой. Она снимает напряжение, которое я испытываю каждый день, пытаясь заботиться о сотнях сотрудников работающих на меня. Она облегчает мою работу, слушая, подтрунивая надо мной и напоминая, что нужно дышать.

Я бросаю зеленую ручку на стол и смотрю на экран компьютера. У меня скопились письма без ответов, на которые нет никакого желания даже смотреть. Вместо этого я беру телефон и пишу Роарку:

Рэт: Она не пришла… снова.

К счастью, он сразу же отвечает.

Роарк: О-о-о, неприятности в раю.

Рэт: Это не поможет. Ни капельки.

Роарк: Ну, может быть, если бы ты объяснил, что на самом деле произошло на балконе, вместо того чтобы заставлять меня гадать, я был бы более полезен.

Рэт: Ты знаешь, что произошло.

Роарк: Не знаю. Ты только намекнул. Думаешь, ее отсутствие связано с инцидентом на балконе?

Рэт: Разве это не очевидно? Девушка обожает свою работу, каждое утро приходит в офис раньше меня с улыбкой на лице, а затем однажды вечером она узнает, что я мочусь в корзины, она мне нравится, и ее и след простывает.

Роарк:*чешу подбородок* да, я бы тоже сбежал, если бы узнал, что мой босс ссыт в мусорные корзины.

Рэт: Почему я вообще беспокоюсь?

Роарк: Чего ты от меня ожидаешь? Продуманного подхода? Эту умственную стимуляцию ты получаешь от Брэма, а не от меня.

Рэт: Ты же знаешь, что в данный момент мы не разговариваем.

Роарк: И это меня раздражает, потому что из-за этого я должен разбираться с твоей глупой драмой.

Рэт: Это не глупость.

Роарк: Конечно.

Рэт: Я помню, как ты посылал мне «глупые драматические» сообщения, когда пытался понять, что делать с Саттон и своими чувствами к ней.

Роарк: Это совсем другое.