Сверкающая надежда
Шрифт:
Это не был осторожный, нежный поцелуй.
Этот поцелуй был интенсивным и толчкообразным, как будто мы оба показывали, насколько велико наше желание друг друга. Без предупреждения я просунул язык между ее губ, которыми она позволила войти с свой рот.
Мы, пошатываясь, подошли к ее кровати, и я ногой захлопнул дверь.
Оказавшись на краю кровати, я ухватился за ее бедро, она вскочила и обхватила ногами мой обнаженный торс. Я опустил нас обоих на кровать и поставил одну ногу на мягкий матрас, чтобы спина Луны как можно мягче касалась матраса.
Мы оба ненадолго оторвались от поцелуя и заглянули друг другу в глаза, когда я прикоснулся кончиком носа к ее носу.
— Скажи мне, чего ты хочешь?
— Тебя, я хочу только тебя. — Смущенно произнесла она, глядя на мои губы.
— Немного конкретнее, красотка.
— Я хочу, чтобы ты повторил то, что делал в кладовке. — Сказала она, не разрывая зрительного контакта и не поднимая ресниц.
— Мы должны вести себя тихо. Картер спит в другой комнате.
Луна быстро поднялась. Ее дыхание было коротким.
— Мгм.
— Скажи мне, что ты будешь молчать, когда я буду трахать тебя своими пальцами.
— А если я не буду? — Проворчала Луна.
— Ты можешь объяснить это Картеру завтра, и мне придется наказать тебя за это.
Моя левая рука скользнула вниз по ее телу под полотенце, в то время как я уперся другой рукой рядом с собой. Хотя мое тело, особенно губы, испытывали сильное желание снова поцеловать ее и попробовать ее сок, я хотел посмотреть на ее реакцию, когда я скользнул пальцами между ее ног.
Я провел рукой по ее чисто выбритой киске и почувствовал, что мышцы ее живота уже подергиваются от моего прикосновения, прежде чем я просунул два пальца между ее складочками.
— Боже, какая ты мокрая. А я ведь еще даже не прикоснулся.
Я погладил языком нижнюю губу, наблюдая за ней.
Мои пальцы нашли ее клитор, который я медленно массировал двумя пальцами по кругу.
— Так нормально?
— Мгм… блядь, чуть быстрее. Пожалуйста.
Именно так я и поступил. Я усилил давление на ее клитор пальцами и стал немного быстрее. Луна дергалась все сильнее и сильнее. Я хотел видеть все ее тело и ее реакцию, когда мои пальцы были внутри нее.
— Сними полотенце. — Сказал я, не отрывая пальцев от ее клитора, и посмотрел на нее сверху.
— О, блядь. — Простонала она, выгнув спину.
Я хотел, чтобы она разделась передо мной. Я хотел, чтобы она представила мне свое идеальное обнаженное тело. Я бы изучал глазами каждый сантиметр ее тела и играл языком с ее сосками, трахая ее пальцами.
Она не стала открывать полотенце, но снова выгнула спину дугой, когда я нежно провел пальцами по ее клитору. Я убрал руку с ее мокрой киски и взял ее за подбородок.
— Ты слышала меня. Снимай. Это. Я хочу посмотреть, как твое тело реагирует на мои прикосновения.
Руки Луны нашли подол ее полотенца, и я увидел ее идеальную грудь.
— Боже, ты прекрасна.
Слово «прекрасна» было преуменьшением. Так много слов описывало ее, но ни одно не подходило так, как слово «совершенная».
Я даже не знал, что хочу поцеловать первым. Я пытался поцеловать ее губы, почувствовать во рту ее чертовски твердые соски, ощутить ее вкус и оставить короткие поцелуи на ее теле.
Исследовать пальцами и губами каждый миллиметр ее кожи и целовать ее везде, где никто другой не целовал.
Я хотел обладать ею всей и показать ей, насколько она совершенна.
Мой рот коснулся кожи вокруг ее соска, рука скользнула между ее влажных складочок, и она приняла мои пальцы внутрь себя.
— О, блядь, Уэстон.
Слышать, как она стонет под моим именем, было моим новым любимым звуком. К этому звуку я мог привыкнуть, и я хотел, чтобы она стонала мое имя достаточно громко, чтобы все в этом городе услышали, что я отдаю его Луне.
Я начал исследовать ее грудь, целуя кожу вокруг сосков и посасывая твердые соски.
Я загибал пальцы внутри нее и трахал ее пальцами. Ее груди начали покачиваться от движений моих пальцев.
— Блядь, Уэстон, я уже близко.
Я замедлил движения пальцами, чтобы немного отсрочить ее предстоящий оргазм.
Я не собираюсь просто заставить ее кончить.
Она должна умолять об этом.
— Умоляй. — Дышал я между поцелуями на ее коже.
— Я не умоляю, Уэстон. — Дрожащим голосом сказала Луна, вцепившись руками в простыни так, что стали видны ее кости.
— Ты будешь умолять меня об этом, как хорошая девочка. Ты будешь умолять меня позволить тебе кончить. — Проворчал я, глядя на нее сверху.
Луна посмотрела в мои глаза.
— Блядь, пожалуйста, позволь мне кончить, Уэс. Пожалуйста.
Это были единственные семь слов, которые я хотел услышать, и ничего больше.
Это было все, что мне нужно было услышать из ее прекрасного рта, чтобы трахать ее пальцами, пока она не кончит.
Я покрыл поцелуями ее груди, спустился к ее блестящей киске, где до сих пор находились мои пальцы, и присел на корточки перед кроватью.
— Блядь, как ты совершенна.
Я раздвинул ее ноги.
Теперь мое лицо находилось на одном уровне с ее идеальной киской, блестящей от ее сока.
Я наконец-то захотел попробовать каждую ее капельку на своем языке. Я поцеловал бритую кожу, остановился губами на ее клиторе и начал лизать его языком, в то время как мои пальцы продолжали входить и выходить.
Блядь, вкус у нее был просто райский. Я не мог насытиться ею.
Мне так хотелось ласкать себя, дрочить, облизывая ее, и смотреть, что я делаю с ее телом.
Я расстегнул белое полотенце на талии и погладил свой твердый член через мокрые боксеры.
— М-м-м, как приятно. — Застонала она. Я поднял на нее глаза, не отрывая рта от ее киски.
— Блядь, я кончаю.
Луна выгнула спину так сильно, что почти сидела.
Мне захотелось попробовать ее на вкус, поэтому я перестал гладить свой член и обхватил ее бедро, в то время как мои пальцы выскользнули из нее и обхватили другое бедро.
— Блядь, а… Уэс… святое дерьмо.
Стонала она, держа руку перед своим ртом.