Свет и Тьма. В тени
Шрифт:
– Потерпи, мамочка! Стану я магом – на любого доктора хватит нам монеток! – говорил малыш, поглаживая маму за руку. – Только потерпи, подожди немного! Пока я выучусь. А сейчас отдыхай и поправляйся!
Но нет, не дотерпела мама, не дождалась. На четырнадцатый день женщина преставилась.
Родственники? Не было у них никаких родственников. Мальчика ожидали уже сотрудники приюта, дома сиротки. Сразу после окончания церемонии Каминари должен был отправиться именно туда. Мальчик стоял возле гроба матери и беззвучно плакал. Ручейки слёз предательски текли из его глаз, а священник нараспев читал давно заученные слова. Мальчик их не понимал, не осознавал – они были далёкими и чужими. Да всё вокруг сейчас было серым и чужим! Всё. Народу почти не было. Пара-тройка соседей, представители дома сиротки, священник и несколько кладбищенских с лопатами. Внезапно кто-то взял его правую ладонь в свою. Тёплая, шерстяная рука. Варежка? Мальчик повернул голову направо. Рядом с ним стояла на двух задних лапах косматая белоснежно-белая волчица и печально, но по-доброму, вовсе не равнодушно улыбалась. Отчего-то он сразу понял, что это именно волчица, а не волк. Было в её облике нечто женственное, как и у его матери.
– Здравствуй мальчик, это твоя мама там? – рычаще, но вовсе без злобы протявкала волчица.
– Наверное, – неуверенно ответил Катан, именно Катан, а не Каминари из сна. Он чувствовал, что там была мама Каминари. Но не его. Не его… А ведь волчица говорила сейчас именно с ним, не с тем Каминари из далёкого прошлого.
– Вот как? – ободряюще улыбнулась белошёрстая хищница, стоя на задних лапах точь-в-точь как человек. – Меня зовут Нелия, а тебя?
Катан украдкой осмотрелся по сторонам. Казалось, никто совершенно не обращал внимания на странную «женщину» рядом с ним, как будто они не видели её. «Это всего лишь сон! – сам себе напомнил Катан. – Здесь может случаться всё, что угодно. Сон!» Мозг его активно работал, преодолевая экстремальные перегрузки, продолжая анализировать нелогичную ситуацию. «Да, это сон, но не совсем. Даже – совсем не сон: я же вижу прошлое Каминари! Неужели такие создания жили в его мире? И ещё одна странность: я сам выбираю, что мне отвечать этой волчице, Нелии, а не вижу статичную «киношную» картинку из прошлого Каминари. Она прямо сейчас говорит со мной, будто бы это лично мой сон».
– Май нейм из Катан! – для проверки своих домыслов закинул пробную удочку Катан.
Волчица недоумённо захлопала глазами:
– Какое длинное и сложное имя! Май Немиц Катан… А можно как-нибудь покороче?
– Да-да, конечно же, – его догадки подтвердились, а этот сон был по-новому странным, ощущение чьего-то постороннего присутствия давило и настораживало, не покидало крепшее с каждой минутой впечатление, словно он сейчас с кем-то общался телепатически, – Вы можете называть меня моим обычным именем – Катан.
– Вот и славненько, Катан! – опять улыбнулась зубастой пастью волчица, но её оскаленная в улыбке хищная морда почему-то не вызывала опасения, настороженности, скорее наоборот, она располагала к себе, как и удав, глядящий в глаза кролика, – А скажи-ка, Катан, что вы со своим отрядом забыли на Мэйне?
«Опа! – в голове Катана прозвенел звоночек. Нет, это били в набат! – Какого чёрта это сейчас происходит? Чувствую себя как на допросе. Внимание! Аккуратнее! Здесь что-то не так… Определённо, совсем не так!»
– А Вы, собственно, кто такая и с какой целью интересуетесь? – вдруг, неожиданно для самого себя, нагло выдал он, пристально глядя прямо в волчьи глаза.
На морде волчицы отразилось удивление и смятение. Она явно не ожидала такого ответа. И сейчас в её глазах заплясали огоньки – она словно компьютер просчитывала свои дальнейшие варианты действия, вдруг превратившиеся из обкатанной прямолинейности в сложную шахматную многоходовку.
– Почему ты не отвечаешь на мой такой простой вопрос? – уже менее напористо и не так уверенно выдала белошёрстая.
– А я, что, должен? – нагло и самоуверенно заявил Катан.
Волчицу аж перекосило от такой наглости, и она, она… растаяла.
* * *
Волчица проснулась в недоумении. Это что такое сейчас было?! Он, что, увидел и осознал её? Да ещё и смог осмысленно противодействовать?! Невероятно! Первый случай в её практике. Она могла проникнуть в спящий разум и незаметно для хозяина сна выудить нужную информацию. Проникнуть ко всем, кроме магов. У тех был барьер или, если хотите, природный иммунитет, который просто не пускал в их сон. Нелия была обескуражена, но затем достаточно быстро успокоилась и, так как не добилась нужного результата, а она приучила себя всегда добиваться своего – только так её народ имел хоть какие-то шансы выжить, – вновь закрыла глаза и потянулась к разуму другого человека, которого она ощутила в той же области, где только что столкнулась с этим непонятным «феноменом».
* * *
Каминари тихо-мирно посапывала во сне. Девочка сейчас была в каком-то дико-диковинном месте: вокруг были клетки и вольеры с разнообразными зверями, а между ними праздно шатались толпы людей и глазели на животных. Тыкали в их сторону пальцами, разговаривали, самые маленькие – повизгивали от восторга, а ещё коробочки-пластинки в руках людей искрились вспышками и пощёлкивали. Каминари не понимала, что тут творится, но бывшая хозяйка тела уверенно достала такую же коробочку-пластинку, что вибрировала и пищала в её кармане и напугала нынешнюю хозяйку тела. Поднеся эту штуковину почти к лицу, девочка стала что-то нажимать на грани этой вещицы. Как интересно: вещица показывала животинку, стоящую напротив. Точь-в-точь, только сильно меньшую копию. Как она попала туда? Ещё одно нажатие пальцем, вспышка – и картинка навсегда застыла на боку этой штуки! Невероятно! Магия?
Нелия вошла в сон второго человека, девочки. Что-то невероятное творилось вокруг: какой-то бедлам. Нет, она, конечно же, уже насмотрелась всяких-разных снов, в том числе и коррозийно-бредовых, а этот был, явно, из их разряда… Но чтобы вот так простые звери служили для развлечения толпы! Да и чего тут было развлекательного? Любой обычный зверолюд бы пришёл в ярость и бешенство при виде стольких «диких», ведь они их нещадно истребляли при любой возможности. Им было тошно и отвратительно смотреть на своих почти сородичей, умственно неразвитых. Дикие были зверолюдам как бельмо на глазу. Но Нелия – это не какая-то там зверолюдка! Она относилась к братьям своим меньшим с сочувствием и сожалением. И эти темницы для зверей ей пришлись не по душе.
Вот огромная жёлтая кошка с густой и косматой гривой зевнула, потягиваясь и обнажив ряд острых зубов. Грациозная киска! А вон в том вольере были совсем уж странные животные. Они имели по четыре длинные тонкие ноги с копытами, хвост и тело, плавно переходящее в длиннющую шею. Шея оканчивалась головой с симпатичными рожками и вытянутой мордой. Да и окраска у этих зверей оказалась необычная: жёлто-оранжевая с большими тёмно-коричневыми, почти чёрными пятнами.
Неожиданно кто-то положил руку на плечо девочки. Каминари оглянулась и остолбенела – перед ней на задних лапах стояла огромная снежная волчица и… и улыбалась! Честное слово! Но девочка чисто инстинктивно отшатнулась от опасной хищницы. А люди вокруг, казалось, даже и не замечали эту, без клетки и среди них.
– Не бойся, девочка, я – друг! – с лёгким отрыком произнесла волчица (природу не скроешь). – Меня зовут Нелия, неужели ты забыла?
– Ой, да ты разговариваешь?! Прямо, как зайка! – вслух удивилась девочка. – И я, да, совершенно не помню тебя. Если ты мой друг, то, пожалуйста, напомни, как зовут меня?
«Как? И эта тоже отдаёт себе отчёт в том, что сейчас происходит? – мысленно запаниковала Нелия. – Да что с ними не так??? Кроме того, зачем они сунулись на Мэйн?»
– А ты в прошлую нашу встречу не успела назвать своего имени, – соврала волчица и даже бровью не повела. – Так как же тебя мне называть?
– Каминари! Но мне мама строго-настрого наказала не разговаривать с незнакомцами!
– Как хорошо, что мы уже знакомы, – и волчица сделала реверанс. – А про какую зайку ты говорила?
Нелия была профессиональным разведчиком и не одна мелочь, ни одна деталь не ускользала от её взгляда.
– Моя Зая! – тут же насупилась Каминари. – Не отдам!