Чтение онлайн

Свердловская жизнь братьев Солоницыных была насыщена до предела. Несмотря на то что занятия отнимали у них массу сил и энергии, они вечерами вынуждены были работать грузчиками или сколачивать ящики на кондитерской фабрике. Кроме этого, у Анатолия хватало сил выступать со стихами на различных молодежных вечерах.

В конце 50-х из Фрунзе братьям пришло печальное известие – их отца исключили из партии и выгнали с работы. Причиной этого были следующие события. Под впечатлением XX съезда партии отец и несколько его приятелей в нерабочее время собирались на одной из квартир и устраивали жаркие дискуссии о культе личности. Видимо, один из участников этих дискуссий оказался стукачом, и вскоре об этих посиделках стало известно компетентным органам. И всех «заговорщиков» строго наказали. К счастью, длилось это недолго и уже в 1960 году справедливость восторжествовала – Солоницына-старшего восстановили в партии.

Между тем в июне того же года Анатолий закончил театральную студию и был зачислен в труппу Свердловского драмтеатра. За год переиграл массу различных ролей, однако в основном это были маленькие роли, ни одна из которых не принесла ему настоящего удовлетворения. Исключением была лишь роль Героя в пьесе Н. Погодина «Цветы живые». Так продолжалось около четырех лет.

1965 год круто изменил судьбу Солоницына. В том году судьба свела его с двумя режиссерами, которые во многом определили его дальнейшую творческую судьбу. Речь идет о Глебе Панфилове и Андрее Тарковском.

Первый тогда работал режиссером свердловского телевидения и приступал к работе над телефильмом «Дело Курта Клаузевица». На главную роль – немецкого солдата Курта Клаузевица – он пригласил именно Солоницына. Это была первая роль актера вне стен драматического театра.

С Тарковским Солоницын познакомился при следующих обстоятельствах. В журнале «Искусство кино» был напечатан сценарий будущего фильма «Андрей Рублев». Прочитав его, Солоницын настолько загорелся желанием сыграть главную роль, что надумал немедленно ехать в Москву и самому проситься на роль. Идея многим казалась безумной: провинциальный актер приезжает в столицу к известному режиссеру и предлагает себя на главную роль. Но в Москве десятки знаменитых актеров, которые считали бы за счастье сняться в этой роли. И все же, несмотря на все сомнения, Солоницын отправился в столицу.

Когда была сделана первая кинопроба с ним, единственным человеком, который увидел в этом актере Андрея Рублева, был Тарковский. Все остальные участники съемок категорически отказывались верить в успех Солоницына. Чтобы переубедить их, Тарковскому пришлось сделать еще две кинопробы, но даже после этого мнение его оппонентов не изменилось. Сам Михаил Ромм убеждал Тарковского отказаться от своего решения снимать Солоницына в главной роли, не говоря уже об остальных членах художественного совета «Мосфильма». Но режиссер упрямо стоял на своем. Когда ситуация достигла критической точки, Тарковский решил использовать последний шанс.

Он взял фотографии двух десятков актеров, снимавшихся в пробах к «Рублеву», и отправился к реставраторам, специалистам по древнерусскому искусству. Разложив перед ними эти фотографии, он попросил выбрать из них актера, наиболее соответствующего образу великого художника. И все опрашиваемые дружно указали на Анатолия Солоницына. Так были рассеяны последние сомнения на этот счет. В апреле 1965 года Солоницына официально утвердили на роль Андрея Рублева.

Съемки фильма начались 8 мая во Владимире и продолжались с перерывами около года. Солоницын настолько был увлечен ролью, что решил оставить театр – он написал заявление об увольнении. Многие тогда отговаривали его от этого шага, убеждали оставить для себя пути к отступлению (вдруг его кинематографическая карьера не удастся), но он не внял этим советам. И его можно было понять: в 1966 году к нему поступило сразу два предложения от кинорежиссеров: Глеб Панфилов утвердил его на роль комиссара Евстрюкова в фильме «В огне брода нет», а Лев Голуб – на роль командира продотряда в «Анютиной дороге».

Тем временем судьба «Андрея Рублева» складывалась драматично. Гениальный фильм оказался в эпицентре той борьбы, которая происходила в советской элите между державниками и западниками. Первые обвинили картину Тарковского в принижении русского народа и потребовали спрятать ее подальше. Однако стоявший у власти Леонид Брежнев хотя и симпатизировал державникам, но какое-то время колебался. Финальную точку в этом споре поставил руководитель ГДР Вальтер Ульбрихт. Он тогда приехал в Москву с официальным визитом, и на Воробьевых горах ему устроили просмотр последних новинок советского кино. Среди них оказался и «Андрей Рублев». После его просмотра Ульбрихт изрек всего лишь одну фразу, однако ее вполне хватило, чтобы на несколько лет положить фильм на полку. А фраза его звучала так: «Это – антирусский фильм!»

Между тем эпопея с запретом фильма заметно сказалась на умонастроении Солоницына. Он вдруг ясно осознал шаткость своего положения в мире кино, где у него уже появились первые противники. Причем не только в высоких киношных кабинетах, но и внизу – кое-кто из столичных актеров откровенно недолюбливал провинциала, перебежавшего им дорогу. Отсюда и итог: за последующие два года ему не поступило ни одного серьезного предложения сняться в кино. Что касается фильма «Один шанс из тысячи», в котором Солоницын снялся в 1968 году, то отнести его к серьезным работам этого актера никак нельзя – фильм по своим художественным качествам был откровенно слабый. Сняться в нем (а Солоницын играл главную роль – советского разведчика Мигунько) его подвигло только то, что создавали картину его друзья: художественным руководителем постановки был Андрей Тарковский, режиссером – Левон Кочарян. В прокате 1969 года фильм занял 19-е место, собрав 28,6 млн. зрителей.

В результате всего вышесказанного Солоницын принял решение вновь вернуться в Свердловский театр. (Стоит отметить, что к тому времени он уже был женат, у него родилась дочка Лариса.) Однако серьезных ролей в родном театре ему не давали, поэтому в конце 1968 года он на время уехал в Новосибирск, где в театре «Красный факел» ему предложили сыграть пушкинского Бориса Годунова.

Тем временем с мертвой точки сдвинулась судьба «Андрея Рублева». Причем в этом деле сыграла свою роль политика. После чехословацких событий августа 68-го западная интеллигенция отвернулась от СССР, и, чтобы умаслить ее, чиновники Госкино и решили прибегнуть к помощи «Рублева». В итоге 18 февраля 1969 года состоялась премьера фильма в Доме кино, а через несколько месяцев после этого картину отправили на Каннский кинофестиваль. Правда, выставили его не в конкурсе, а всего лишь на общественный просмотр и на кинорынок. Однако грандиозный успех, который сопутствовал «Рублеву», спутал все карты чиновникам Госкино. Западная пресса принялась взахлеб расхваливать картину, а Международная организация кинопрессы (ФИПРЕССИ) присудила ему приз. После этого западные хозяева фильма (они выкупили права на него у Госкино) затеяли прокат фильма за рубежом, что явно не входило в планы советских властей, которые прекрасно понимали, ради чего этот прокат затевается: для очередной антисоветской кампании. Однако сорвать этот прокат так и не удалось.

Однако вернемся к Анатолию Солоницыну.

Летом 1969 года о нем вспомнил его давний приятель по Свердловску режиссер Владимир Шамшурин (они познакомились на местном ТВ еще в середине 60-х) и предложил актеру исполнить роль казака Игната Крамскова в фильме «В лазоревой степи». Съемки картины проходили на родине М. Шолохова в станице Вешенская. Там Солоницын заработал себе воспаление легких и несколько дней провалялся в больнице. Но так как производственный процесс прерывать было нельзя, ему пришлось, так и не долечившись, вновь выйти на съемочную площадку. В дальнейшем последствия перенесенной болезни еще дадут о себе знать.

Следующим фильмом Солоницына стала картина молодого режиссера с «Ленфильма» Алексея Германа «Проверка на дорогах». В этом фильме актер сыграл одну из лучших своих ролей – майора-особиста Петушкова. К сожалению, увидеть фильм при жизни Солоницыну так и не довелось – его запретили к показу, и он увидел свет уже после смерти актера – в 1986 году.

Сам А. Солоницын так вспоминал об этой работе: «Была премьера „Проверки на дорогах“ в Доме кино в Ленинграде. После премьеры подходит ко мне режиссер Суслович – театральный ленинградский режиссер. В глазах слезы, удивление. Спрашивает: „Послушайте, сколько вам лет? Вы же были мальчишкой во время войны, вы не могли знать таких людей, как Петушков. Как вы сумели его сыграть? Понимаете, именно такой человек меня арестовывал, допрашивал“. Для меня это была высшая похвала. Я думаю, что фильм положили на полку как раз потому, что там есть правда во всем – до мельчайших бытовых деталей…»

Между тем в 1971 году к Солоницыну наконец пришла настоящая слава – на экраны страны, после стольких мытарств, вышел «Андрей Рублев». И опять это стало возможным благодаря вмешательству большой политики. На этот раз сыграло свою роль осложнение отношений между СССР и Китаем. А поскольку в «Рублеве» речь шла о самоотверженной борьбе русских против татаро-монголов (таких же азиатов, как и китайцы), то судьба фильма немедленно была решена в положительную сторону. Правда, в прокат выпустили всего лишь 277 копий этой картины, однако ее сумели посмотреть почти 3 миллиона человек.