Свет пылающих теней
Шрифт:
Йимт поманил бойцов к себе. Впрочем, жест его представлялся излишним, поскольку все и так успели сгрудиться вокруг гнома. Элвин отпихнул кого-то в сторону, пытаясь подобраться поближе, и ужасно удивился, когда Инкермон в ответ отпихнул его самого.
– Я тут поговорил с хозяином заведения и объяснил, что мы в течение длительного времени были лишены общества деликатной, но не слишком деликатной природы. Мне пришлось пустить в ход некоторые веские аргументы, – Йимт похлопал по «костолому», – и в конце концов он изъявил согласие поспособствовать в решении нашей проблемы.
– Ага, ну а как насчет баб-то? – напомнил Сколли.
– Он про них и говорит, – пояснил Элвин, вновь обретя дар речи.
Йимт устремил взор в потолок.
– Ну что за народ, никакой в вас тонкости нету! Ну да, я про них и говорю. Бабы там, наверху, но, – поспешно добавил он, обнаружив перед собой готовую сорваться с места лавину людских тел, – есть одна проблема.
– Деньги наши тут в ходу! Ты же сам говорил, что этот мужик соображает, куда ветер дует, – возмутился Цвитти.
– Деньги-то да, и он-то соображает, но проблема не в этом. Просто если вы всем кагалом ломанетесь наверх, это бросится в глаза вон той толпе. – Йимт указал большим пальцем через плечо. – А мужики во всем мире не любят, когда другие мужики липнут к их бабам, будь это даже самые распоследние продажные девки.
– И что же ты надумал? – спросил Неваляшка.
– Пойдете наверх по одному. Так будет выглядеть приличнее, и нам удастся избежать бунта.
– И кто первый? – насторожился Цвитти.
Элвин внезапно поймал взгляд сержанта на собственной персоне. Мгновением позже и остальные сослуживцы уставились на рядового Ренвара. Даже Сколли.
– А может... может, пусть кто-нибудь другой сначала? – Юноша машинально расстегнул на мундире пару пуговиц. В кабаке отчего-то сделалось очень жарко. – Ночь ведь еще длинная.
Йимт покачал головой.
– Никто из нас не пережил больше твоего с тех пор, как мы стали «Железными эльфами», Элли. Я знаю, что говорю от имени всех присутствующих: если кто и заслужил идти первым, так это ты. Верно, ребята?
Солдаты закивали, кто-то буркнул «угу». Без особого энтузиазма, но спорить с гномом никто не осмелился. В глубине души Элвин, возможно, и понимал, что действительно достоин первым отправиться наверх, но на еще более глубинном уровне открывающаяся перспектива страшила его почище встречи с рекками.
– Давай топай уже! – поторопил Неваляшка, натянуто улыбаясь. – Чем скорей ты там управишься, тем быстрее наша очередь.
Остальные бойцы немедленно приободрились. После комментария бывшего моряка их энтузиазм по поводу грозящей Элвину связи значительно окреп.
– Тише, тише, – одернул их Йимт, вставая и помогая юноше подняться на ноги. – Парень всего лишь идет поразвлечься, а не штурмовать лес Темной Владычицы.
Официант принес еще вина и новое блюдо с фруктами. Сослуживцы ненадолго отвлеклись, а Элвин обнаружил себя на пути к лестнице в другом конце зала. Гном нетерпеливо подталкивал его в спину. У первой ступеньки высился детина ростом почти с Хрема, в красном жилете и широченных синих шароварах. Сложенные на груди руки походили на могучие дубы. Рядовой Ренвар обернулся к Йимту.
– Слушай, я, конечно, очень ценю это, – пробормотал он, – но, по-моему, все же лучше, чтобы первым пошел кто-нибудь другой. Или сам, может, пойдешь?
Гном усмехнулся, глядя на него снизу вверх.
– Я ведь счастливо женат, не забывай! А даже если бы и несчастливо, гномочки, знаешь ли, очень серьезно относятся к супружеским обетам. Они даже обручального кольца не носят. Оно им мешает орудовать топором. Это, между прочим, традиционный дар, который мать вручает дочери на свадьбу.
– Такой маленький серебряный топорик? – уточнил Элвин, включая воображение.
– Такой здоровенный железный топор. Достаточно острый, чтобы чистить им яйца. Так что, надо тебе сказать, медовый месяц у гномов – дело суровое! – Судя по Йимтовой улыбке, несмотря на суровость, дело имело и приятные стороны.
– Ну ладно, а тогда как насчет...
– Элли, – перебил Йимт, – все когда-нибудь бывает в первый раз. Сейчас твоя очередь. Иди и получай удовольствие. Просто будь самим собой, и она поймет, что ты лучший в мире. – Он понизил голос. – Ей за это платят.
Элвин взглянул на лестницу за спиной великана в красной жилетке и повернулся к гному.
– Но ты только посмотри на меня! Я же убогий! У меня вместо ноги деревяшка! Я вызываю черное пламя силой мысли. Я... я говорю с мертвяками, и они говорят со мной. Я ненормальный!
– Кончай пороть чушь! – тихонько прирыкнул Йимт. – Ну да, ты малость необычный, бывает. Тем интереснее иметь с тобой дело. Я вот гном, Хрем громадина, Сколли слабоумный, Неваляшка бывший моряк, Инкермон святоша, а Цвитти... ну, он Цвитти. По сравнению с нами ты не более ненормальный, чем все остальные.
Элвин вытер лоб и сделал пару глубоких вздохов, от которых у него аж очки запотели.
– Просто, понимаешь, я еще никогда...
Йимт похлопал его по руке.
– Элли, это самая общеизвестная тайна в полку. Значит, тем более пора с этим покончить.
Элвин кивнул и шагнул к лестнице. В самый последний момент гном остановил его.
– Думаю, эта штука тебе там не понадобится. – Он аккуратно забрал мушкет. – Вот теперь ступай.
Могучие лапы развернули юношу лицом к великану. Тот кивнул Йимту и отступил в сторону, освобождая проход. Элвин поглядел на лестницу, на Йимта.
– Там ступеньки крутые, а у меня нога...
– Ну так она вроде как больше не болит? – Гном пихнул его вперед.
Поднявшись на первую ступеньку, Элвин остановился, молча вознес молитву и зашагал вверх.
Глава 16
Люди, кравшиеся по переулку, были опытными охотниками. Им доводилось иметь дело и с моряками, и с солдатами, как-то раз они даже завалили неосторожного колдуна. Эльфов им, правда, раньше выслеживать не доводилось, но они-то пребывали в своей стихии. А вот деревьев поблизости не росло.