Чтение онлайн

И снова он удивил ее, хрипло рассмеявшись в ответ.

— Где же голос романтика и страсть к приключениям, мисс Эллис?

Она задумчиво наморщила лоб, потом ответила:

— Честно говоря, не думаю, что я от природы наделена такими свойствами. По крайней до сегодняшнего дня я их что-то не ощущала. — Она снова подняла глаза и отважилась на встречный вопрос: — А что заставило переехать в Гудинг? Большинству людей он кажется настоящим краем земли.

Они прошли почти полквартала, прежде Нейл ответил. Холодный ветер щипал щеки Эллис подняла воротник, недоуменная, чем мог так озадачить Морфи столь невинный вопрос. Но в конце концов он все же ответил:

— Гудинг действительно похож на крайземли. Именно поэтому я здесь.

Это ровным счетом ничего не говорило Эллис.

У Эллис Гудинг имелись свой странности, например необъяснимые страхи и приступы внезапной слабости, но она никогда не была трусихой в собственном смысле слова. Жизнь преподала ей несколько жестоких уроков — как ребенок постигает опасность огня, обжегшись о плиту, — но трусость, робкая застенчивость были не в характере Эллис. Она мало чего боялась в жизни. Вот и сейчас она решила идти до конца и смело задала следующий вопрос:

— А вы знали шерифа Робинсона до того, как переехали сюда?

Нейл снова смерил ее странным взглядом.

— Ищете пищи для сплетен, мисс Эллис? — вкрадчиво спросил он. Слишком вкрадчиво. Бархатные нотки в его хриплом надтреснутом голосе заставили Эллис вздрогнуть, прозвучав как недвусмысленное предупреждение.

— Нет! — Таким резким голосом она обычно разговаривала с расшалившимися детьми в библиотеке. — Я не сплетница, мистер Морфи. Я просто пытаюсь завязать вежливый разговор с новым соседом. Поверьте, мне очень тяжело найти тему для беседы с незнакомцем.

Нейл все так же мягко поддерживал ее за локоть, но Эллис едва справилась с желанием вырваться. Конечно же, это выглядело бы просто ребячеством... То, что у этого мужчины нелегкий характер, вовсе не дает ей права вести себя как двухлетней дурочке. А кроме того, подумала Эллис, неуверенно оглядевшись, вдруг после этого он гордо удалится, а ведь они еще не подошли к ее дому...

Еще через полквартала хриплый голос привел ее в себя:

— Я знал Фрэнка до того, как переехал сюда.

...Белый голубь принес Ною оливковую ветвь как весть о долгожданной земной тверди. Так и эти слова, хоть и оставляли желать много большего, но все же несли с собой успокоение и мир. Эллис с радостью подхватила оливковую ветвь, брошенную Нейлом. Если живешь в местечке, столь редко населенном, как округ Гудинг, то поневоле приходится общаться с каждым жителем, поэтому старожилы привыкли мириться почти со всеми причудами и странностями ближнего.

— Я думаю, — признательно подхватила Эллис, — что в шерифе Робинсоне погиб блестящий дипломат. По крайней мере полдюжины наших горожан приехали сюда по его приглашению.

— Он любит это место, — согласился Нейл.

Не будь Эллис так целеустремленна и настойчива, она окончательно признала бы свое поражение после подобного замечания. Пытаться разговорить этого человека все равно что бросать камни в колодец и не слышать ответного всплеска. Это просто смешно! Но упрямая Эллис решила не сдаваться и предприняла еще одну попытку.

— Вы будете на свадьбе вашего коллеги Хейнена завтра вечером?

— А разве там кого-то не будет?

Эллис едва сдержала смех. Это была чистая правда. А ведь Джим Хейнен и Нэнси Уилсон пытались ограничиться самой скромной церемонией. Однако от священника Майера весть о готовящемся венчании в Старой пастырской церкви быстро перенеслась в кружок изучения Библии. И вот уже вскоре жених и невеста были приятно удивлены тем, что вместе с ними их скромный праздник отпразднует весь округ. Венчание, естественно, пройдет там же, где и предполагалось, но вот дальше вместо тихой вечеринки в доме шерифа за кружкой пунша и куском пирога в плане стояло пышное пиршество в спортзале высшей школы. Сразу несколько общественных организаций презентовали лишки шампанского по такому случаю.

— И что же, Хейнен не возражает? — спросила Эллис.

— Нет, — помедлив с минуту, ответил Нейл. Подумав, он решил все же немного развернуть свой ответ: — Я уверен, что и он и Нэнси весьма тронуты таким вниманием.

— Представитель шерифа Хейнен по праву заслуживает самого большого уважения нашего округа, — строго взглянула на него Эллис. — Я думаю, он прекрасно понимает это.

— Не уверен, что на свете есть хоть что-то, что люди прекрасно понимают.

Это замечание сказало Эллис очень многое о мистере Морфи. Интересно, подозревает ли он, что выдал себя этими словами? Скорее всего нет... Что-то подсказывало Эллис, что ее провожатый относится к людям, старающимся как можно глубже спрятать свои мысли и чувства.

И снова слабый ручеек беседы выдохся и иссяк. Неужели этот человек так же разговаривает и со своими друзьями? Если, впрочем, у него есть друзья.

Ну что ж, раз он так упорно предлагает ей ведущую роль в разговоре, не желая хотя бы из вежливости взять это на себя, в таком случае Эллис прекрасно справится с монологом.

— Просто не знаю, что мне делать с новогодней елкой! — пожаловалась она. Эта мысль целый день не давала ей покоя. — С тех пор как мой прадед Ролф выстроил наш дом на Первой улице, стало доброй традицией выставлять огромную елку в окне залы. Сол Грин обычно доставал для меня елку, но он внезапно заболел и слег, а я не успела договориться с кем-нибудь другим!

— И какой же высоты должна быть ваша елка?

— Обычно около четырех метров. Вы же знаете, наши деды строили не так, как теперь. Теперешние потолки показались бы им просто карликовыми! — Эллис грустно вздохнула — Что ж, похоже, в этом году и мне придется вставить карлика в окошке!

— Вы думаете, жители округа будут сильно разочарованы?

Озадаченная его насмешливым тоном, Эллис покосилась на своего спутника и поймала еле заметную улыбку на его лице. Великий Боже, оказывается, и этот невозможный человек может быть дружелюбным... Хотя бы самую малость.

— Наверное, — ответила Эллис, вспомнив, о чем он спросил. — Ведь это традиция. На Рождество люди стекаются со всех уголков округа, чтобы взглянуть на праздничное убранство Первой улицы и на ее елки. В сочельник церковный хор ходят вверх и вниз по улице, распевая рождественские гимны. Все двери распахнуты настежь, и всех проходящих угощают сидром и горячими пирожками. Я не знаю более прекрасного праздника в году! Ну вот и дом, слава Создателю! — Эллис едва сдерживала шаг, так хотелось ей поскорее очутиться дома, в безопасности, за закрытыми дверями, и подальше, подальше от этого невыносимого человека! Они прошли всего около дюжины шагов, когда Эллис услышала, как Нейл глухо выругался. Она изумленно подняла голову и резко остановилась.

О Боже, да он же жестоко страдает! Лицо Нейла стало похожим на застывшую маску, губы стиснуты в полоску, узкую, как лезвие ножа. Как только Эллис остановилась, он тут же замер и устало прикрыл глаза. Она сгорала от желания узнать, что же случилось, но чувствовала, что у нее нет никакого права расспрашивать... И тогда, движимая безошибочным женским чутьем, она высвободила локоть и подхватила Нейла за руку.

— Послушайте, — мягко сказала она, — не могли бы вы пройти еще немножко? Я уверена, что у меня найдется немного бренди.