Чтение онлайн

Он спрыгивает на пустой стул передо мной, так что теперь мы совсем близко.

– Если ты не дашь мне свой номер, они посадят меня.

– Это зависит от тебя, – выдавливаю я. – Ты можешь просто уйти.

– Так не пойдет. Не без твоего номера.

Профессор Гейл наверняка поставил бы ему несколько диагнозов.

Уилл, приятель Эштона из библиотеки, открывает дверь и делает беспокойные знаки рукой. Наверное, он стоял на шухере и теперь предупреждает о приближении охраны.

– К сожалению, я слишком упрямый, когда дело доходит до вещей, которые важны для меня.

Я важна для него? Моему мозгу требуется мгновение, чтобы обработать эту фразу и снова сосредоточиться на важном: действительно ли я хочу быть виновной в том, что у Эштона возникнут проблемы, или я считаю это разумным наказанием за то, что он смутил меня?

– Эш, черт возьми, идем же, – в панике кричит Уилл и жестом извиняется перед профессором Гейлом только для того, чтобы затем лихорадочно махать Эштону. – Поторопись!

Я вырываю из папки листок бумаги и царапаю на нем цифры. Я не буду виновата в том, что его поймает охрана. Он должен уйти отсюда. Я протягиваю ему листок, и он победно сжимает кулак, поднимает руки вверх, как будто заработал тачдаун, а затем с огромной скоростью перепрыгивает через столы в сторону двери. Это вызывает у меня тихий смех. «Убью его», – думаю я, прикусив губу. Эш приземляется рядом с Уиллом, поворачивается еще раз, а затем позволяет другу вытащить себя из аудитории. Дверь захлопывается. В течение нескольких секунд стоит тишина, прежде чем крик, бормотание и даже какие-то аплодисменты нарушают спокойствие. Прямо как Эштон, который нарушил мой покой.

– Ты достал? – Уилл все еще беспокойно оглядывается, хотя мы оторвались от охранников кампуса уже через две минуты. Это было связано не столько с нашими спортивными способностями, сколько с ежедневным потреблением пончиков двумя бездарями.

В качестве подтверждения я перед носом Уилла размахиваю клочком бумаги, на котором написан номер Харпер. Даже ее почерк похож на нее. Без излишеств. Простой. Красивый.

– И все-таки это было настоящее самоубийство, – толкает меня Уилл так, что я отступаю в сторону на пару шагов. – За такое ты мог бы вылететь из университета.

– Мы вежливо попросили номер телефона, а не совершали террористический акт, – напоминаю я ему.

Уилл останавливается и машет рукой в правую сторону.

– Я должен идти на занятие. Кстати, Гейл дружит с деканом. Он мог исключить тебя по щелчку пальца, если бы захотел. Так что никогда больше не делай ничего подобного.

– Обещаю. И спасибо, – я смотрю, как Уилл уходит в сторону экономического факультета и вместо «пожалуйста» качает головой и пренебрежительно отмахивается. Я не уверен, имеет ли он в виду, что не стоит об этом говорить, или что я неисправим.

Я ищу тенистое местечко среди деревьев и падаю в мягкую траву. До следующей лекции у меня еще есть немного времени. Когда занятие Харпер заканчивается, я набираю ее номер. Гудки. Значит, она не придумала произвольную последовательность чисел, чтобы избавиться от меня. Улыбка скользит по моему лицу.

– Здравствуйте, вы позвонили в службу экстренной помощи людям, находящимся в духовном кризисе, чем я могу помочь?

Я чуть не поперхнулся. Значит, это был не придуманный номер, но и не номер Харпер. Она провела меня, и, черт возьми, это каким-то образом только делает ее еще более привлекательной.

– Здравствуйте? – нежный звон бубна и женский голос напоминают мне, что я все еще на линии эзотерической помощи.

– Эм… – я должен подавить смех. – Извините, я ошибся номером, – прежде чем моя собеседница все-таки сможет начать расспрашивать и рассказывать что-нибудь о подсознательных решениях для спасения души, я завершаю звонок. Убираю телефон обратно в карман и смотрю на небо. Даже если Харпер не хотела давать мне свой номер, она точно не хотела, чтобы охрана поймала меня. В противном случае могла бы просто подождать, а не давать мне неправильный номер. Это первый шаг. По крайней мере, я пытаюсь убедить себя в этом. Сминаю записку и использую ее как мяч, подкидывая в воздух снова и снова до тех пор, пока мне не приходится отправиться на лекцию и отложить разработку плана действий по завоеванию Харпер.

Не могу поверить, что Дженна в самом деле уговорила меня пойти на эту глупую игру. Я познакомилась с ней на занятиях по психологии, где получила сомнительную известность из-за действий Эштона. Она потрясающая, и ее даже невозможно ненавидеть за это совершенство, потому что она просто милая, открытая и невероятно обаятельная. Дженна подружилась со всеми и даже меня умудрилась вытащить из кокона. По-другому не объяснить, почему сейчас я смотрю футбольный матч.

Я не занимаюсь спортом, независимо от его вида, и мне не нравится скопление людей на трибунах во время игр.

– Здесь так много народу, будто проходит мировая серия, – ворчу я, пока иду за Дженной и шестью другими студентами, которые также ходят на лекции к профессору Гейлу, а сейчас ищут свои места с полными руками напитков, попкорна и хот-догов.

Дженна смеется.

– Бейсбол.

Я смотрю на нее и не знаю, что делать с этим брошенным словом.

– Что, прости?

– Мировая серия в бейсболе. Другой вид спорта. Здесь футбол. Он более грязный, – она ухмыляется. – И парни здесь горячее, – объясняет она и в тот же момент углубляется в дискуссию о том, кто самый сексуальный парень на поле.

Я вытягиваю голову, чтобы присоединиться к разговору. Раз уж я здесь, то могу повеселиться. Однако в этот момент к нам подходит четвертый номер из команды Гризли, и мое сердце на долю секунды останавливается. Эштон. Его тело обтянуто бело-красной майкой и не оставляет сомнений в том, что он играет за университетскую команду.

– Ты знала, что он играет за Гризли? Поэтому ты позвала меня?

Дженна поворачивается и берет меня за руку.

– Не злись. Моя подруга Бекка попросила меня. Я ее должница, и она сказала, что будет лучше, если вы встретитесь здесь до того, как Эштон снова вломится на твое занятие, – она пожимает плечами и ухмыляется. – Но прежде всего я позвала тебя, потому что считаю тебя милой.

Я все еще собираюсь с мыслями и поэтому не могу как следует разозлиться на нее. Вместо этого только киваю и смотрю на Эштона. Он держит шлем под мышкой. Парень останавливает на мне свой взгляд и направляется к нам. Хотя Уилл что-то кричит ему через всю площадку, Эштон не обращает на него никакого внимания. Он непринужденно вскакивает на ограждение трибуны, всего в нескольких шагах от моего места, и ухмыляется.

– Привет.

– Привет, – коротко отвечаю я и замечаю, как у Дженны перехватывает дыхание. Словно ее тело выражает то, что происходит с моим.

Он больше ничего не говорит, но и не возвращается на поле, где уже выстроились игроки.

– Возможно, ты должен… – я неуверенно намекаю ему. Хоть и не разбираюсь в футболе, но, судя по виду его тренера, он должен быть со своей командой, а не со мной.

– Да, я должен, – кивает он, но не уходит. – Ты останешься до конца игры? Ты должна мне. Ведь благодаря тебе я теперь могу читать свое морфическое поле и рисовать энергетически исцеляющие картины, – смеется он и, кажется, совсем не злится за то, что я дала ему номер организации для помощи людям, находящимся в духовном кризисе.