Чтение онлайн

– Это намек на мои занятия с Кайсе?
– смутилась Соланж.
– Найт тебе рассказал?

Рейвин кивнул.

– Многие сгорали, так и не раскрыв до конца заложенных в них природой талантов. Магия смерти тебе не доступна, она подчиняется лишь темным, связь со стихиями у тебя тоже весьма посредственная, ровно настолько, чтобы защитить от собственных подданных и не потеряться в вихре бесконечного поиска новых возможностей. Ты - якорь, удерживающий Алайю, тсарям и не положено быть сильными магами.

Наследница уныло слушала бодрые речи Дэйда и отстраненно любовалась холодной сталью в руках. Деймин говорил много хороших и на первый взгляд правильных слов, но сомнения все равно оставались. Как можно забыть о тех фактах, которые говорили явно не в ее пользу? Она страшная трусиха, впадает из крайности в крайность, мечется между осознанием себя и той забитой, заклейменной жестоким хозяином рабыней, в которую ее превратили скитания по родной стране. Об одной мысли о новом свидании с отцом внутри происходила страшная борьба между ужасом и злостью, разрывавшая девушку на части. Проще было бы стать такой же холодной и смертоносной, как этот прекрасный клинок. Как Морган, которому не было разницы, с кем бороться, с чужачкой в оплоте, с чудовищами в чащобах Сумрачного Эйда или с собственным реем, заставлявшим упрямца делать то, чего он не хотел. Вряд ли эрл мучился такими сомнениями, как его бесталанная подопечная.

– Будь добра, сломай сейчас меч, который ты держишь в руках, - прервал печальные размышления Дэйд, чутко улавливавший изменения в настроении собеседницы.

Пока она не научилась закрываться или пользоваться защитными амулетами, ее эмоции были для него слышны довольно четко. Искренность и чистота невинной души, сохранившиеся вопреки всем злоключениям, подкупали. И рейвин считал, что немного уверенности тсаревне не повредит. Конечно, неожиданная абсурдная просьба застала ее врасплох.

– Что, прости?

– Я хочу, чтобы ты сломала этот клинок. Да, ты намного слабее меня физически, да, мыгия тут не поможет, но все равно такое тебе по силам.

– Все еще пытаешься мне показать наглядно мои скрытые таланты?
– скептически улыбнулась Сола, но все же внимательно осмотрела оружие на предмет трещин или слабых мест.

Их не было: кто бы ни сковал прекрасный темный меч, в нем не оказалось изъянов.

– Ага. Вот сейчас ты убедилась в том, что клинок достаточно тверд, красив и совершенен с виду. Такими же будут твои противники отныне и до конца твоего пути. Сильные, непреклонные, непобедимые, прекрасно обученные побеждать и не щадящие никого.

Тсаревна слушала, как завороженная, подобная аналогия ей и в голову не приходила раньше.

– Но тот дар, который сокрыт в тебе, дает возможность из тысяч возможных вероятностей и вариантов выбирать именно тот, который приведет к цели. Не полагаясь на силу, коварство или подготовку, хотя с ней будет немного легче.

– Почему же этот дар не привел меня сразу в Сумрачный Эйд?
– скептически скривилась девушка.
– Вместо того, чтобы пойти той дорогой, которую предлагала мне Хранительница, меня понесло в противоположную сторону, это ли не опровергает твои слова?

Деймин загадочно щурил карие глаза.

– Ты пробуй, пробуй, - подбодрил он Соланж.
– Не бойся, не порежешься, сталь зачарована, чтобы не причинить боли своим.

Шейса, наконец, решила, что терять ей все равно нечего, и попыталась плашмя ударить мечом о наковальню. Раздался звон, руки бедняжки загудели от отдачи, а на металле не осталось и следа. Рейвин улыбался. Если бы на его месте был тот же Морган, можно было бы подумать, что мужчина просто издевался над ней, но в его улыбке было только удовлетворение от подтверждения собственных догадок.

– Ты не веришь, - просто сказал он.
– А это обязательная составляющая успеха. Знаешь, почему я дал тебе его, почему не до конца оплетена рукоять? Да, он красив и тверд, совершенен на твой взгляд. И в этом его изъян. Уже в самом конце ковки выяснилось, что технология была нарушена, железо получилось слишком твердым.

– Но разве это плохо? Он ведь разрежет любое тело, любой доспех!
– воскликнула Сола.

– Излишняя твердость и отсутствие гибкости делают оружие ломким. И если знать слабую точку, можно сломать его легко, применив минимум усилий. Это ничего или никого тебе не напоминает?

Девушка стояла, словно пораженная молнией. Конечно, о чем ей могли сказать слова ‘излишняя твердость и отсутствие гибкости’? Отец именно таким и был, тиран и жесткий властитель в своем государстве и своей семье, не признававший компромиссов. Но и у него были слабые точки, на это ли намекал Дэйд? И на то, что даже такого шейса, непобедимого на первый взгляд, можно призвать к ответу?

– Дело не в силе, а в умении использовать даже небольшой потенциал правильно. Это и является твоим даром, просто верь в себя.

Подарив собеседнику весьма странный взгляд золотистых глаз, Соланж снова обратила внимание на меч. Вера, да? Слабое место, слабое место…

Сами собой всплывали в памяти события прошлого, когда она вела себя совсем не так, как мог бы кто-нибудь ожидать. Самый первый выстрел, тот воин так и умер, не веря, что тощая замарашка сможет нажать на курок, но ведь она смогла! Или волшебная властность в голосе, которым она скомандовала Роди отступать во время схватки в Алайе. Приказала, хотя никогда до этого не заставляла кого-то повиноваться своим приказам. И, если подумать, даже окольная тропа, доставившая ей немало горестных моментов и шрамов на душе, оказалось по-своему полезной. Наследница на собственной шкуре убедилась, что в ее стране жестокость и бессердечие давно вытеснили нормальные отношения между шейсами, у нее полностью отсутствовали иллюзии насчет будущих подданных. А ведь всего этого она могла бы и не узнать.

Так возможно, Дэйд все же прав?

Холодный металл леденил кожу, но уже не казался таким совершенным. Соланж заставляла себя быть тверже стали, совершенней произведения чужих рук. И резко ударила ребром ладони наискось, почти у самой рукояти.

Звон, больше похожий на стон раненной души, сопровождал распадавшиеся куски слишком жесткого железа. Это было невероятно, почти настолько, чтобы заставить тсаревну забыть о дикой боли в руке.

– Оу!
– она выронила обломок и затрясла кистью, стараясь удержать слезы.
– Проклятье, проклятье!

– Ш-ш-ш, давай я немного сниму боль, - сказал Дэйд, сжимая огромными горячими ладонями руку девушки.
– Не всегда будет так больно, милая. Лучше?

Затуманенными от слез глазами тсаревна смотрела на рейвина. Боль стихала, но воспоминания о ней все еще жили в теле. Было страшно и…удивительно. Она это сделала!

– Но как? Просто голыми руками?

Мужчина не выдержал и расхохотался.

– Давно мне не попадались такие упертые экземпляры! Упрямство и умение выбираться из любой ситуации живой - тоже таланты, которые ты недооцениваешь, девочка! Иначе твои преподаватели давно бы уже бросили занятия с тобой. Конечно, голыми руками! Ты ведь осознанно искала слабые стороны, и нашла!