Чтение онлайн

Видимо, придется возобновить походы в храм, чтобы Дракону не приходилось больше пользоваться столь экстравагантными способами выйти на связь. Даже если он и объявится через неопределенное время. Соланж, о, девочка, лучше тебе и дальше оставаться в неведении. И что это за намеки на чувства, неужто и впрямь случилось небывалое? Нет, лучше все узнать из более определенного источника, чем создатель Пайваны. Пора было вспомнить, как это делается, и отправить птичку верховной жрице Сумрачного Эйда!

Они встретились, как в былые времена, на нейтральной территории туманной приграничной зоны. Сквозь старинное зеркало в живой деревянной раме, являвшейся частью старого мудрого дерева, Флавий ступил на землю, закрывая за собой пространственный коридор. Он чувствовал присутствие старой знакомой, тянулся к ее сознанию, шел навстречу, чтобы увидеть, изменилась ли она за прошедшие десятилетия.

– Все так же прекрасна, - улыбнулся маг, увидев Сиан сидящей на стволе поваленного дерева.

– А в твоих волосах прибавилось седины, - вернула ему улыбку жрица, чувствуя, как его губы коснулись нежной кожи руки.
– Что-то небывалое случилось с тобой, Флавий, раз ты использовал старые каналы связи. Хотя, признаюсь, и у меня уже появилось такое желание.

– Дракон вернулся в Пайвану, - просто ответил светлый, усаживаясь рядом.
– И говорил со мной.

– Значит, настало время сбыться пророчествам, - опустила глаза Сиан, разглядывая капли росы на бледных травинках.

– Ты не выглядишь удивленной.

– Нет. Если он пришел ко мне, то должен был добраться и до тебя.

– Когда это было?
– поинтересовался маг.

Они слишком давно знали друг друга и слишком важные тайны этого мира хранили, чтобы прятаться еще и друг от друга. Темная и светлый, небывалый в Пайване союз. Женщина была только настоятельницей в небольшом храме, а Флавий только прошел ритуал принятия в придворные маги, когда им обоим открылась обратная сторона их пути. Хранить то, что могло спасти или навредить, воспитывать тех, кто на самом деле творил историю, оставаясь в тени. Жрице суждено было стать возлюбленной рея, чародею - наблюдать и учить, но вот уже долгое время они вдвоем решали, какой путь выбрать для обоих настороженно застывших государств.

– Зимой после зимней мессы, - ответила деймина, поправляя распущенные по плечам черные волосы.
– Сказал, что мир застыл на краю, а наши поступки решат, в какую сторону он будет двигаться дальше, имея в виду не столько нас с тобой, сколько детей. Соланж должна прийти ко всему без вмешательства со стороны. И велел идти к тебе, но ты успел первым.

– Сейчас весна.

– А у меня разлом и бездна, - возразила жрица.
– Ничего не слышал о том, что делать с ним?

Флавий пожал плечами.

– Про глубокие ямы за последнее время узнал только одно: яма пожирает Пайвану, пока не готов избавитель, который закроет ее своей кровью. Тебе это что-то говорит?

– Пока не знаю. Это ведь не Соланж?

– Определенно, нет. Но яма - не моя забота, это все, что сказал Дракон на вопрос о ней. Проверь знаки и другие знамения, может, что-то об избавителе найдется.

– Обязательно.

Они некоторое время сидели молча, каждый размышляя о своем. Как помочь близким и не нарушить уготованное им? Слишком большие силы были даны обоим, чтобы их действия не имели далеко идущих последствий.

– У тебя есть что-то еще, о чем мне следует знать?
– спросил Флавий.
– Начался отсчет времени, любая мелочь важна.

Сиан подумала и рассказала о гадании с камнями, которое проводила больше года назад, маг - о пророчестве Мар, считавшееся принадлежавшим только светлым. Старые знания повернулись новыми гранями в свете последних событий.

– Значит, Соланж, - задумчиво произнесла жрица, накручивая на палец смоляную прядь.
– Найту она нравится, да и вся семья ее уже приняла, словно свою.

– Она пойдет по волшебной тропе в твой храм?
– испытующе спросил шейс, зная о традициях темных.

– Да, и это правильно. Она справится, я это чувствую, время на подготовку есть до тех пор, пока официально не объявлена война, потом нам придется не дать им всем упасть. Все-таки характер у девочки истинно тсарский, с той разницей, что не успел испортиться от вседозволенности.

– У нас другие традиции, ты ведь знаешь, не нам их судить. Кстати, об этом! Соланж в кого-то влюблена?

Жрица звонко расхохоталась, волосы ее заблестели в случайных лучах проскользнувшего через кроны света.

– Мальчишки!
– воскликнула она.
– Никогда не знают, чего хотят! Не волнуйся, дорогой мой друг, она не потеряла головы. Новые чувства открывают ей мир, но ни с одним из темных ее дорога не пересекается. По крайней мере, в том будущем, которое пока доступно моему видению.

Флавий понял, что дышать стало немного легче. Способность Сиан с помощью божественной магии Дракона предвидеть некоторые вещи превышала все ожидания, значит, тсаревна в безопасности. Хотя можно ли это утверждать, когда мир на краю пропасти вместе с собственными создателями и спасителями?

Часть третья. Жертвы

Сола.

Тсаревна еще раз переспросила ненавистного наставника, верно ли она его поняла, и как бы невзначай провела пальцами по локтю недавно зажившей руки. Несмотря на то, что Морган прекрасно скрывал свои чувства, оставался отстраненным и равнодушным, девушка как-то понимала, что ему некомфортно вспоминать о том случае на катке. После которого она снова попала в больничное крыло.

– Хорошо, - наследница пожала плечами и выполнила то, о чем ее просили.

Отношения с эрлом стали еще хуже, если это только можно было себе представить. Улавливая постоянную неприязнь к себе, Соланж устала бороться с ней. Ей казалось, что проще игнорировать тот факт, что кто-то видит в ней врага темного народа, чем доказывать, что это не так. Спасал Форс, во всем поддерживавший подругу. После откровенного разговора, случившегося между молодыми людьми вскоре после выздоровления Солы в конце Рождественской луны, их отношения стали еще крепче.

Молодой рейвин хмурился и поправлял вечно падавшую на глаза челку. Он почему-то волновался, и это смогла увидеть даже Сола, которую некоторые деймины продолжали обвинять в невнимательности.

– Что-то случилось, Форс?
– спросила тсаревна, когда неестественно бледный даже по здешним меркам наследник вручил ей букет тускло мерцавших лиловым цветов.
– Спасибо, они такие красивые!

– Ничего не случилось, - солгал он, улыбаясь.

– Думаю, тебя раскусила бы даже вечно рассеянная Дэйя, - засмеялась Сола, хотя на душе стало вмиг холодно и одиноко.
– Врать ты умеешь еще хуже, чем я, хотя наследникам это вроде как по статусу положено.

Форс на сей раз улыбнулся своей обычной улыбкой и попытался рассказать о том, что же его беспокоило.