Чтение онлайн

— Сварила! — мигом оживилась я, поняв, что сейчас узнаю, удался или не удался мой коварный план. Втащив девчонку в спальню, я гордо указала ей на камин, в котором на специально привешенном над горкой пепла крюке покачивался позаимствованный на кафедре прикладной магии котелок, аккуратно прикрытый за неимением крышки круглым ручным зеркалом. Инната виновато покосилась на это сооружение, потом посмотрела на меня и вздохнула:

— Ой, знаешь, мне так неудобно…

— Что?

— Ну… Может, зря мы все это затеяли, а? Ведь, если вдуматься, Айрэк такой хороший и внимательный — лучшего жениха нельзя и пожелать… Да и не так уж хорош тот Веларт, если позволяет себе оскорблять девушку, да и красив он не слишком, и одевается кое-как… А уж за столом себя и вовсе вести не умеет — сопит и чавкает, как настоящая свинья!

Я восторжествовала. Получилось! Надо же, у меня с первого раза получилось сварить приворотное зелье!

— То есть это, — я многозначительно указала на котелок, — тебе уже не нужно?

Инната виновато покивала. Ей явно было очень стыдно за то, что она, по ее мнению, зря заставила меня возиться с любовным напитком. Я, ликуя, подхватила посудину, распахнула окно, впустив в спальню льдистое облачко морозного воздуха, и широким жестом сеятеля, разбрасывающего зерна над пажитью, выплеснула зелье наружу. Вот это был далеко не самый разумный поступок в моей жизни — судя по раздавшемуся возмущенному воплю, кого-то обдало производным моего магического таланта. Ох, как бы он теперь в кого не влюбился, в того же Айрэка, к примеру…

— Ну зачем ты так?! — разочарованно ахнула Инната подбегая к подоконнику и выглядывая наружу.

Через секунду она с невольным визгом отпрянула в сторону, а в комнату по красивой параболе влетел сильный сгусток из энергии Вражды, пущенный оскорбленным гулякой! Я подпрыгнула вертикально вверх и успела сцапать его ладонью прежде, чем заклинание рассыпалось и натворило бед. Пальцы здорово обожгло, но это уже были мелочи — скомкав чужое заклинание, я попросту впитала его в себя и вздохнула от удовольствия. Хорошая энергия, свеженькая, не передержанная в теле, только-только из силового потока…

— А что еще с этим зельем было делать? — тряся пострадавшей рукой, невинно поинтересовалась я. — Все равно оно нам больше по нужно.

— Ну, мало ли… — В глазах Иннаты загорелись мечтательные и томные огоньки, и тут я наконец-то поняла, отчего приворотные зелья в Светлой Империи запрещены. Не будь такими труднодоступными рецепты так все бы уже повлюбляли друг друга, некоторые ж меры не знают, им лишь бы ближнему нагадить.

— Ничего, понадобится — я еще приготовлю, — великодушно пообещала я, пристально приглядываясь к светлой девчонке. Выглядела она вроде так же, как обычно, но черты лица уже начинали смягчаться, а глаза — загораться тем особым сиянием, которое порождает взаимная любовь.

Стыдно мне не было ни капельки. Я же темная, в конце концов! Если уж все окружающие считают тебя исчадием Тьмы, то невольно начинаешь стараться соответствовать этому образу. Да и кому от моей маленькой шалости плохо-то стало? Уж явно не влюбленному Айрэку, на которого его невеста наконец-то соизволила обратить внимание, и наверняка не Иннате, которую я смогла отвадить от потрясающе нахального типа.

Самое интересное, что светлая девушка, отнюдь не склонная к самокопаниям, даже не сочла чем-то удивительным или подозрительным так внезапно вспыхнувшую на ровном месте любовь. Впрочем, мне от этого только лучше, а то как бы не оскорбилась да не пожаловалась кому-нибудь…

— …Таким образом, иллюзии могут быть как переменой внешней сущности предмета, так и результатом воздействия на восприятие окружающих. Первые не модифицируют внутреннюю сущность скрываемого ими объекта, а только придают ему соответствующий вид. Искусник-иллюзионист как бы накидывает на объект тонкую маскировочную сетку, скрывая его истинный облик и заставляя выглядеть по своему желанию. Вторые не оказывают вообще никакого воздействия на объект, а влияют на сенсорные системы окружающих, заставляя их воспринимать фантазии искусника как реальность. Это не такой затратный в силовом и энергетическом плане, но менее надежный способ введения окружающих в заблуждение — он значительно проигрывает первому в качестве, но может быть более выгоден искуснику, который нуждается в избирательном поражении сенсорных систем и восприятия определенных представителей равных рас. Наукой так до сих пор и не выяснено, воздействуют ли иллюзии на восприятие животных, а также полуразумных существ вр

оде широко распространенных на терригории Темной Империи и Вингара представителей семейства псовых — вурдалаков, а также птиц семейства гарпиевых…

Я бормотала все зануднее и монотоннее, постепенно понижая голос и слегка покачивая головой в такт своим словам. Аудиторией владело сонное оцепенение, школяры, еще пытающиеся что-то царапать в своих конспектах, постепенно сдавались, роняли перья и как-то незаметно для себя опускали головы на скрещенные на партах руки. Вот уже и старосты, в начале лекции орлами глядящие вокруг и тыкавшие в бок разморенных одногруппников, начали один за другим проигрывать сну и погружаться в вязкий омут полудремы. Я, стараясь не зевать так уж откровенно, продолжала бубнить себе под нос лекцию, мечтая о том, как еще пару минуток проболтав, окончательно усыплю всех, и со спокойной совестью сяду сама в уголке додремывать то, что недоспала ночью. А ведь я говорила светлому Мастеру, что не надо ставить лекции но управлению внутренними резервами, да еще у выпускного девятого курса, первой парой, на восемь утра! И школяры сонные, ничего толком не соображают и не способны адекватно воспринимать матер

иал, и я сама не лучше. Но ему ж хоть кол на голове теши! Нет, дескать, как я сказал так и будет! Ну вот и результат — все, кроме лекторши, уже отбыли в страну сновидений, а она, хоть еще и стоит на трибуне, тоже близка к этому.

— …Достижение желаемого эффекта при использовании заклинании, влияющих на восприятие окружающих, может сопровождаться незначительным головокружением, причем как у искусника-иллюзиониста, так и у объекта воздействия. Это обуславливается быстрой сменой образов и несоответствием реальной сущности вещей в измененном заклинанием рассудке, а также растратой сил, сопровождающей любое заклинание из разряда видо— или звукоизменяющих, в просторечии именуемых мороками… продолжала бормотать я, осторожно спускаясь с трибуны и на цыпочках, чтобы не стучать подкованными металлом каблуками, проходя между рядами. Похоже, в этой аудитории осталось только одно бодрствующее существо — я сама. Ну, это дело мы быстро исправим, вон в углу стоит удобное мягкое кресло, сейчас опущусь в него, свернусь калачиком и уютно продремлю до конца лекции. Ничего, не убудет от школяров, если они две основные разновидности иллюзий не усвоят, потом по учебникам и конспектам других потоков эту тему пройдут..

.

— Искусница Дивейно, вас вызывают к Мастеру!

Хлопок двери, последовавший за этим истошным выкриком, мог бы поднять и мертвого. Про мирно дремлющих на партах школяров и говорить нечего. Темноволосая староста факультета, Асталя, буквально подпрыгнула на стуле и возмущенно зашипела, поняв, что большинство студиозусов нагло спят вместо того, чтобы конспектировать сверхважную лекцию по иллюзиям. Я тоже удостоилась неодобрительного покачивания головой, в глазах старосты читался упрек: вот, поставили эту темную, доверили ей лекции читать, и что в результате? И всю аудиторию усыпила, и сама бесстыже дремлет!

Я пробормотала несколько слов, посылая всевозможные проклятия на голову как Мастера, которому отчего-то с самого утра не сидится спокойно, так и крикуна, с такой готовностью выполнившего его поручение. Но было уже поздно — школяры разбужены, старосты начеку, и идти выяснять, что понадобилось моему дражайшему работодателю, ни крути, придется. Поэтому я с гордым и независимым видом прошествовала к дверям и вышла из аудитории, напоследок строго наказав:

— Я через минуту вернусь. Чтобы как мышки у меня! Асталя, остаешься за главную, проследи, чтобы тут все в порядке было.

Девушка мрачно кивнула, она, как и большинство девятикурсников, была далеко не в восторге от того, что ею командует какая-то темная, по возрасту с натяжкой годящаяся ей разве что в старшие сестры. Но с искусницей-преподавательницей не поспоришь, поэтому Астале пришлось лишь уважительно наклонить голову, показывая, как довольна она оказанным ей доверием.

Пока я дошла до кабинета Мастера в другом корпусе, оказалось, что его светлый хозяин успел куда-то свалить. Мысленно изощряясь в ругательствах в адрес главы Светлой Школы, я прислонилась к запертой двери и, меланхолично водя по ней кончиками пальцев, задумалась, что предпринять и куда идти. Можно, конечно, вернуться дочитывать лекцию (но, если честно, совершенно не хочется), а можно отправиться на розыски своего невоспитанного начальства (что тоже привлекало меня весьма мало). Впрочем, проблема выбора не успела встать передо мной во всей красе: по коридору со всех ног спешил бледный искусник Даерт, просиявший при виде моей хмурой темной особы.