Светлый пепел луны
Шрифт:
Когда-то Цзин Лань Ань назвала его лишенным чувств маленьким монстром в человеческом обличье. Впервые он подумал, что она права. Всё его эмоции — лишь имитация чужих чувств, мастерски созданная иллюзия. На самом деле его душа подобна холодному стоячему озеру без волн. Ему не так уж и важно, как она к нему относится. Любви от неё он точно не дождётся, так пусть будет хотя бы ненависть.
Его величество всё ещё стоял рядом с ней, и Су Су, устремив незрячие глаза в темноту, строго велела ему:
— Уходи!
Молодой император словно увидел стеклянную фею из детства. Прекрасную и недостижимую, равнодушно взирающую в неведомые ему дали.
Она надеялась, что после её слов он уйдёт, но почувствовала мягкое прикосновения к лицу, и лишённый эмоций тихий голос произнес:
— Ты хотела бы покинуть холодный дворец?
Впервые, с того момента, как шесть осколков слезы угасания вонзились в его сердце, он прикасался к ней, не пытаясь задушить.
Су Су оттолкнула его руку и неожиданно улыбнулась:
— А ты позволишь мне покинуть твое государство?
Тан Тай Цзинь изменился в лице:
— Ты никогда не оставишь нас, пока мы живы! Мы тебе этого не позволим!
— Видишь, ты не можешь мне дать то, что я хочу, а мне не нужно ничего из того, что ты готов мне предложить. Какая разница, останусь я здесь или исчезну?
Тан Тай Цзинь сжал кулаки. Неужели быть рядом с ним для неё мучительнее, чем провести остаток своих дней в этом ужасном холодном и сыром месте? Не стоило и спрашивать. А с другой стороны, разве Е Си У здесь не потому, что он ненавидит её до мозга костей и видеть её замерзшей, голодной и изможденной — это именно то, чего он хотел.
Су Су думала, что жесткий ответ ранит его тщеславие и император уйдёт. Но вместо этого Тан Тай Цзин схватил её за запястья и повалил на кровать, нависнув над ней всем своим телом. Её волосы рассыпались по постели атласной чёрной волной. Она никогда не узнает, как соблазнительно прекрасна была в тот момент. От нетерпения он закусил губу, с трудом сдерживаясь, чтобы не набросится на неё. Но она оставалась холодной и равнодушной, он ненавидел её всем сердцем, но все равно желал душой и телом.
— Не забывай, ты всего лишь рабыня в холодном дворце!
Его крик был полон беспомощной злости.
— Сегодня не пятнадцатое, — холодно ответила Су Су.
Он замер на секунду, а потом возразил неожиданно взволнованным голосом:
— Ну и что? Кем ты себя возомнила? У тебя нет права выбирать!
— Я всего лишь хочу сказать, мне плохо с тобой. Я не испытываю к тебе никаких чувств, если тебе это интересно…
Она не стала продолжать.
Её искаженное язвительной улыбкой лицо и жесткие слова, охладили его пыл. Он знал, что это правда. Она хотела быть с ним только в те дни, когда яд кокона шелкопряда отравлял её тело и сознание. В другое время его прикосновения не доставляли ни малейшего удовольствия.
Уязвлённый и смущённый её словами, он схватил её за плечи и закричал в лицо:
— Никаких чувств? А к кому у тебя были чувства? К Сяо Линю! Какая жалость что тебе пришлось убить его собственными руками! Впрочем, он никогда не любил тебя!
Тело Су Су напряглось, а лицо исказилось от душевной боли. Наконец-то Тан Тай Цзинь получил от нее хоть какую-то реакцию, но это его ещё больше разозлило. Изменившись в лице, он зло процедил:
— Что, я сделал тебе больно? Привыкай, ты будешь страдать здесь до самой смерти!
Су Су была рада, что не видит сейчас его лица. Тан Тай Цзинь прижал ее к постели своим разгоряченным телом, и всё что она могла, это попытаться оттолкнуть его руки. Их браслеты соприкоснулись с мелодичным звоном и засверкали в свете зажженных свечей. Он замер, а затем встал и ушёл. Сегодня он так и не снял своё сюаньи.
В комнате стало тихо, только ветер шелестел опавшей листвой за окном. Су Су положила руку на живот. Она тоже знала, какой сегодня день и не могла позволить властелину демонов зачать с ней свое потомство. Его дети — порождение зла и она благодарна судьбе, что может уйти спокойно.
Бин Шан пребывала в отвратительном настроении и этого не скрывала. Сяо Хуэй, стоя позади неё, тихонько вздыхала. Кому, как не личной служанке знать, что и нынешней ночью его величество не осчастливил свою супругу посещением. Девушка недоумевала: госпожа такая красивая, а император так ни разу к ней и не притронулся.
Принцесса Чжаохуа так сжала кулаки, что под белой атласной кожей вздулись вены:
— Сяо Хуэй, идём, я хочу отдохнуть.
— Слушаюсь, госпожа.
Супругу императора душила холодная ярость. Рассматривая оттиск печати ордена Затаившегося дракона, она никак не могла взять в толк, почему ей не удается справиться с Е Си У. Это девчонка столько раз предавала Тан Тай Цзиня, что давно уже должна была быть казнена.
Бин Шан всерьёз задумалась о том, как долго ещё она сможет противостоять своей судьбой? Когда-то в её руки попала кольчуга сердца демона, и вместе с ней она получила пророчество о том, что однажды у неё отнимут всё, что ей дорого. И вот ушёл Сяо Линь, артефакт сломан, преданного Пан И Чжи больше нет, а воинов Затаившегося Дракона осталось меньше половины. Поможет ли смерть младшей сестры сохранить Бин Шан все то, что она сейчас имеет?
Интриганка, не отрываясь, смотрела на мягкое мерцание свечи, и жёлтые огоньки танцевали в её застывших антрацитовых глазах.
В Чжоу Го снег выпадает раз в столетие, но в одиннадцатый месяц года на новолуние случилось чудо — за ночь всю землю, деревья и крыши домов накрыло серебряным покрывалом. Во дворце, и без того продуваемом всеми ветрами, с первым выпавшим снегом стало невыносимо холодно.
Су Су, которая уже притерпелась к своему ветхому жилищу, на сей раз приуныла. Но поутру пришел маленький евнух, что-то сложил в дальнем углу комнаты и, не сказав ни слова, ушёл. Совершенно в духе своего господина, привыкшего всё делать без объяснений. Среди принесённых им вещей Су Су нащупала толстое стёганное одеяло, плотную тёплую одежду и мягкий пушистый плащ. Но больше всего её порадовала маленькая печка от которой шло спасительное тепло. Гоу Ю предупредил госпожу выходить с осторожностью, поскольку прямо за дверью насыпан древесный уголь, сжигая который, они могут согреться.
Если Тан Тай Цзинь бросил её здесь на произвол судьбы, зачем принесли все эти вещи? Должно быть, он не хочет, чтобы она замерзла до смерти, ему слишком нравится ее мучить.
В комнате стало теплее.
Она долго копила энергию Инь, но ее все еще не хватало, чтобы вернуть зрение. Перед её глазами по-прежнему разливалась непроницаемая темнота. Су Су подошла к окну и вдохнула свежий, морозный воздух. На заснеженную ветку, притулившегося рядом куста ивы, опустилась птичка и, встряхнув крыльями, подняла маленький снежный вихрь. Девушка протянула руку и осторожно прикоснулась к теплым пёрышкам. Птица вспорхнула и улетела.