Чтение онлайн

Она лишь с удивлением отметила про себя, что они, будучи такими противоположными внешне и по характеру, тем не менее привлекают одних и тех же мужчин. Быть может, она и Мари-Анж прекрасно дополняют друг друга, создавая при этом образ идеальной женщины? Она рассмеялась этой мысли, но скоро опять приняла серьезный вид, чем удивила Паскаля, который управлял машиной, с интересом поглядывая на свою спутницу.

На самом деле она была очень озабочена сложившимся положением и хотела, чтобы дочь во что бы то ни стало нашла наконец свое счастье. Что ж, если Ричард окажется именно тем человеком, которого Мари-Анж ждала всю свою жизнь, то Агнес согласилась бы и на этот вариант. Впрочем, предоставляя дочери полную свободу выбора, она в то же время осталась по-прежнему щепетильной в том, что касалось нравственности и репутации ее будущего зятя. Ей было очень жаль, что в Нью-Йорке на это практически не обращают никакого внимания.

Как это странно: Мари-Анж после стольких лет образцового поведения увлеклась каким-то шалопаем, чуть ли не альфонсом. И это вместо того чтобы продемонстрировать все свои лучшие качества, привитые ей матерью с самого раннего детства! Может быть, ей хотелось отыграться за свою неудавшуюся семейную жизнь? Или она просто интуитивно стремилась быть похожей на мать?

Паскаль спрашивал себя, правильно ли он поступил, рассказав Агнес все без утайки? Не обиделась ли она на него, узнав, что только сейчас встретил женщину, которую полюбил по-настоящему? Это обстоятельство поневоле делало их давнюю связь неискренней и банальной. Однако он вынужден был согласиться, что в дружеском расположении к нему Агнес не чувствуется сейчас абсолютно никакого притворства. Наоборот, она, казалось, стремилась избежать воспоминаний о прошлом и вела себя как любящая и заботливая мать и даже, временами, как будущая теща.

Паскаль переживал разлуку с Мари-Анж, но постепенно, видя искреннее участие в нем Агнес, успокоился и с каждым днем ощущал новый прилив сил. К нему медленно возвращалась надежда, что Мари-Анж станет его женой. Да, она создана для него и в конце концов они будут вместе. Эта уверенность делала жизнь Паскаля осмысленной, и он решил терпеливо ждать своего часа.

Получив письмо от матери, в котором Агнес сообщила, что Паскаль гостит у нее на бульваре Малешерб, Мари-Анж пришла в неописуемую ярость. Подумать только, мать в очередной раз оказалась на ее пути! Да, она отдала предпочтение Ричарду, став его любовницей, но и Паскаль принадлежит ей не в меньшей степени. Господи, в таком возрасте Агнес все еще позволяет себе выступать в качестве соперницы! Правда, немного остыв, Мари-Анж устыдилась своих чувств.

Письмо Агнес было искренним и проникнуто сочувствием, в нем явно ощущалось скрытое беспокойство. Бедная моя мама, ведь ей уже пятьдесят лет! Конечно, у нее была блестящая жизнь, но испытала ли она счастье? Одиночество, на которое я постоянно жалуюсь, ей тоже, наверное, было отмерено полной мерой!

Мари-Анж отложила письмо и задумалась. Она решила подождать некоторое время с ответом, чтобы прийти в себя, успокоиться и трезво оценить сложившееся положение.

Любовное гнездышко по прошествии некоторого времени занимало ее все меньше. Да и светская жизнь после отъезда Паскаля стала казаться ей довольно скучной и однообразной. Она отказывалась от всяких приглашений.

Ричард тоже приуныл и не переставал жаловаться на несправедливость судьбы. Он взял за правило всякий раз, когда подворачивалась подходящая возможность, повторять о своем страстном желании посетить Европу. Мари-Анж улыбалась и ничего не отвечала.

Но однажды вечером Мари-Анж потеряла терпение — Ричард стал ей почти антипатичен. Она первый раз заскучала в его компании и всем своим видом дала понять, кого она видит виновником своей отчаянной скуки. Он же, делая вид, что не понимает что к чему, развалился в кресле, курил и рассеянно слушал радио. Такое невнимание к ее состоянию вызвало у Мари-Анж уже не просто раздражение — она озлобилась.

Особенно противно ей было, что, как и при жизни с Полем, ей приходится прибегать ко лжи, чтобы заставить Ричарда поверить в ее сильное физическое влечение к нему. Ломать эту комедию день ото дня становилось все труднее. Она уже почти призналась себе в своей неспособности до конца отдаться страсти. Когда Ричард укладывал ее в постель, она была вынуждена имитировать то наслаждение, которое ей так хотелось испытать на самом деле. Это было унизительно…

Что касается Ричарда, то он постепенно начинал понимать, что шарм, которым в свое время наповал сразил Мари-Анж, теперь абсолютно на нее не действовал. Он решил, что все еще может измениться, если они вместе отправятся в путешествие. Вот откуда эта навязчивая идея посетить Европу. Впрочем, это была давняя его мечта.

Мари-Анж уже не могла не понимать, что любовник дорого обходится ей, но все же главной причиной ее раздражения была пассивность Ричарда. Ведь что удивительно — покойный муж окружал ее заботой и вниманием, порой даже чрезмерным, а ее нынешний любовник относился к ней весьма легкомысленно, чуть ли не равнодушно! Прекрасный принц, красавец, предел мечтаний любой женщины, вызвавший у Мари-Анж такой интерес в самом начале их знакомства, оказался чем-то средним между плохо воспитанным подростком и хорошо натренированным альфонсом.

Как-то вечером, скучая, она предложила ему прогулку по городу. Ричард тотчас же воодушевился, а это случалось всякий раз, когда ему предоставлялась возможность развлечься, и предложил отправиться в Гарлем. Он начал увлеченно описывать удивительные джазовые группы, которые там можно было послушать, но Мари-Анж нетерпимо перебила его:

— Об этом не может быть и речи, джаз утомляет меня больше всего. А ты, кажется, рад прервать наше уединение? Скажи честно, моя компания тебя больше не устраивает?

— Ну что ты… Какой вздор!.. Почему?

— Потому что ты вдруг стал необыкновенно веселым!

— Не говори глупостей, дорогая. Ты же знаешь, я всегда с радостью делаю все, что ты пожелаешь.

— Ты вынужден так поступать! Скажи, на что бы ты жил без меня?

— Ах, деньги! Какое большое значение ты им придаешь! Ты просто привыкла на всем экономить. А я всегда считал так: будет день, будет и пища. — И Ричард засмеялся.

— Не вижу ничего смешною. Что касается денег, за которые ты меня презираешь, то они заработаны моим дедом, отцом и мужем. Их труд дает мне сейчас возможность вести такую жизнь, какую я хочу. Чтобы тратить деньги, как ты, не думая, надо, чтобы они были чужими!

— Это все красивые слова. Вне всякого сомнения, ты хочешь заставить меня устроиться на работу, не так ли? Но у каждого человека свои представления о жизни. Для меня, например, богатство должно быть предназначено тем, кто умеет им распорядиться. Не забудь одну деталь: если я и живу с тобой, то только потому, что ты сама этого хотела. Достаточно сказать тебе одно лишь слово, и я оставлю тебя наедине с твоими материальными ценностями…

Вот так начался новый, горький период их отношений. Мари-Анж вскоре пожалела, что упрекнула бедного Ричарда его положением: лучше бы ей во всем упрекнуть себя! Агнес, что бы ты сделала на моем месте? Мне так одиноко, думала она. Вот и в сексуальном плане полная неудача, а живое присутствие Ричарда мне кажется просто необходимым…

Ее расстройство было так велико, что она не замечала, как увеличивается трещина в их отношениях. Они все больше отдалялись друг от друга. Порой им даже не о чем было говорить. Не зная, как выйти из этого тупика, она однажды решила прибегнуть к проверенному женскому средству: заплакала.

Ричард, смущенный обилием слез, постарался найти подходящие слова, чтобы утешить ее, и они на время помирились. Мари-Анж приняла это как должное, потому что еще верила, что все может наладиться и она опять почувствует к Ричарду любовь и влечение.