Чтение онлайн

Разве может он оказаться человеком, который будет обращаться с ней небрежно, словно с какой-то потаскушкой? Одна только мысль об этом была для Джорджии оскорбительной.

А может, она внушала себе подобные мрачные мысли лишь потому, что слишком сильно желает этого мужчину?

Вихрь сомнений кружился в голове Джорджии, а ее растущее желание довериться Лассалю соперничало со страхами и подозрениями. После ужина Жан-Клод предложил прогуляться по саду.

— Лишь короткая, неторопливая прогулка, — сказал он, беря девушку за руку и направясь с ней к каменным ступеням террасы. — Не знаю, как вам, но мне после столь обильного ужина необходим глоток свежего воздуха.

Пока они медленно прогуливались, обняв друг друга за талию, Жан-Клод рассказывал Джорджии о саде. Девушка слушала, хотя вряд ли до нее доходил смысл его слов. Она наслаждалась уже одной близостью этого мужчины. И по крайней мере Джорджия была точно уверена: еще никогда в жизни она не испытывала такого блаженства.

— Вам холодно? — Жан-Клод остановился, почувствовав дрожь девушки. — Вот. Наденьте это. — Джорджия не успела ответить, а он уже снял свой пиджак и быстро накинул его на плечи девушки.

Джорджия улыбнулась. Ее озноб был непроизвольным. Она даже не сообразила, что замерзла. Но почувствовать пиджак Жан-Клода на своих плечах было восхитительно. ЕГО тепло, ЕГО запах. Девушка на мгновение зажмурилась, жадно вдыхая его. Когда Джорджия открыла глаза, она внезапно обнаружила, что Жан-Клод смотрит на нее, а в его потемневшем взгляде светится откровенное желание. Какое-то мгновение он молчал. Потом наклонился и нежно поцеловал девушку.

— Джорджия, я безумно хочу вас.

Девушку захлестнула теплая волна. В тот же миг она осознала, что битва проиграна. Доверие к этому мужчине все-таки победило.

Глядя Жан-Клоду в глаза, Джорджия кивнула. И тогда он взял девушку, охваченную слабостью, за руку и повел к дому.

Джорджия так и не поняла, как оказалась в просторной спальне, отделанной в голубых и золотых тонах. Всю дорогу она словно парила в небесах, совершенно не ощущая под собой ног. Но вот они дошли, и Жан-Клод, закрыв за собой дверь, привлек ее к себе.

— Cherie, — прошептал он, — я так долго мечтал об этом.

— И я ждала этого мгновения.

На секунду мелькнула мысль: нужно ли было произносить эти слова? А почему, в конце концов, нет? Он был с ней откровенен, разве нельзя и ей раскрыть ему свою душу? Ведь наступил момент искренности, а не забавы, так ведь? И когда Жан-Клод обнял девушку, она мягко обвила руками его шею и откинулась назад в ожидании поцелуя. Ей незачем было стыдиться того страстного желания, которое она испытывала к этому мужчине.

Они целовались, сердца их неистово бились, а дыхание в груди замирало от уже неконтролируемой страсти. Джорджия знала, что не ошиблась. Она сразу поняла, что эта поездка обернется чем-то необычным. В них обоих давно зародился огонь, разгоревшийся с неуемной силой, влекущей их друг к другу. Эта сила, казалось, была предопределена свыше, и когда наконец настал нужный момент, звезды, наверное, заплясали в небе.

Джорджия задрожала, когда Жан-Клод начал нежно ласкать ее через одежду. Девушка в ответ тоже гладила его плечи, его мощную грудь, отвечала на его ненасытные поцелуи.

Она непроизвольно вздрогнула, когда Жан-Клод расстегнул ремешок ее платья, а рот ее жадно ловил воздух, пока он, прерывисто дыша, освобождал ее от одежды.

Почти задыхаясь, Джорджия нетерпеливо расстегнула пуговицы на его рубашке и коснулась горячей, покрытой волосками кожи как раз в то мгновение, когда он оттянул ее бюстгальтер и подставил ладонь под вырвавшуюся на свободу, налившуюся страстью грудь.

Кончиком пальца Жан-Клод принялся дразнить набухший сосок, и Джорджия испытала от этой ласки столь острые ощущения, что ей казалось, она может умереть. То, что творил с ней этот мужчина, было невыносимо, хотя, прекрати он свои ласки, она уж точно умрет.

Рубашка Жан-Клода скользнула на пол, присоединившись к платью Джорджии, а он бережно поднял девушку на руки. Она сомкнула руки на шее мужчины, чувствуя, как прикосновение его губ обжигает ее огнем, и с радостью ощутила обнаженной спиной шелковую прохладу покрывала.

Жан-Клод положил девушку на кровать и посмотрел на нее затуманенными синими глазами.

— Comme tu es belle… Боже, как ты прекрасна, — выдохнул он.

Его руки неторопливо прошлись по всему телу Джорджии, он не спеша снял с нее бюстгальтер и черные кружевные трусики и наклонился, целуя напряженную грудь.

— Джорджия, ma belle.

Шепча ее имя, Жан-Клод ласкал ее грудь, слегка касаясь пальцами отвердевших сосков, отчего по телу девушки словно проносились стремительные вспышки молнии. Сорвав с себя одежду, он растянулся рядом с ней, обнаженный, стройный и напряженный до предела, а она подалась к нему, ощущая, как страсть вскипает в ней с неукротимой силой.

Прижавшись к нему, Джорджия почувствовала, что он дрожит от нетерпения. Ощущение дикой мужской силы повергло девушку в трепет.

— Жан-Клод, — прошептала она, сдерживая в себе огонь страсти — столь же необузданной, как желание мужчины, лежавшего рядом. В затуманенной голове всплыла мысль, что именно об этом она так долго мечтала.

Этот мужчина сотворил то, что никому еще не удавалось сделать. Он вырвал из самых потаенных глубин ее души скрытое желание, тайную, дикую страсть, которая, девушка это точно знала, томилась в ожидании своего освобождения. А сейчас это желание было подобно извержению вулкана, и сама Джорджия, и ее мир навсегда менялись.

— Я больше не в силах ждать, cherie. — Жан-Клод целовал лицо девушки и смотрел на нее глазами, в которых пылала страсть. — Я не йоту. Я хочу тебя.

— Да. — Джорджия обхватила ладонями его лицо и поцеловала. — Не нужно ждать. Люби меня.

Девушка раскрылась навстречу Жан-Клоду, осыпая его лицо поцелуями, и крик наслаждения застыл в ее горле, когда он вошел в нее.

Джорджия парила, взмывая в неведомом вихре, пока сладкое внутреннее напряжение не возросло до наивысшей точки, порождая долгожданный взрыв, обрушившийся на нее всей своей необузданной мощью, и она утонула в потоке неведомых доселе восхитительных ощущений, а на глаза навернулись слезы радости, которая внезапно окутала ее сердце.

Потом Жан-Клод лежал около девушки, зарывшись лицом в ее волосы и положив руку на ее грудь. И хотя Джорджия не сомневалась, что в данный момент не было ни одной женщины в мире столь же довольной и удовлетворенной, она также испытывала страх. Потому что, несмотря на неземное блаженство, душой девушки овладел новый ужас. Господь не оставит меня, думала Джорджия. Я полюбила этого мужчину.

Жан-Клод взял у Миранды поднос и вернулся в спальню, на мгновение приостановившись, чтобы полюбоваться на стройную темноволосую девушку, стоявшую на балконе в одном из его любимых шелковых халатов.