Чтение онлайн

Идти ей можно было только в одно место. Увидев, что Вэн один, она решила, что это прямое указание провидения. Она приняла верное решение. «Где Долли?» — спросила она.

Он лежал в гамаке и мрачно жевал свежую папайю — Клара не могла себе представить, сколько это стоит. «Да, действительно, где? Я бы сам хотел знать. Я ей покажу, когда она вернется, да!»

— У меня нет денег! — сказала она.

Он презрительно пожал плечами.

— И я пришла сказать, что ты в опасности, — продолжала она, выдумывая на ходу. — У тебя собираются конфисковать корабль.

— Конфисковать! — завопил он. — Звери! Ублюдки! О, когда я увижу Долли!.. Это она им рассказала о моем специальном оборудовании!

— Или ты сам, — безжалостно сказала Клара, — потому что болтал слишком много. У тебя только один выход.

— Один выход?

— Может быть, если ты достаточно смел и умен.

— Смел! Умен! Ты забываешься, Клара! Ты забываешь, что первую часть своей жизни я один…

— Нет, я ничего не забыла, — осторожно ответила она, — ты мне не давал такой возможности. Но теперь важно то, что ты сделаешь. Запасы на борту?

— Запасы? Конечно, нет. Разве я тебе не говорил? Мороженое — да, конфеты — да, но шоколад и печенье…

— К дьяволу шоколад, — сказала Клара, — а так как Долли нет, когда она нужна, к дьяволу и Долли. Если хочешь сохранить корабль, стартуй немедленно.

— Теперь? Один? Без Долли?

— С заменой, — ответила Клара. — Для кухни, для постели, для чего угодно — я к твоим услугам. И я опытна. Может, готовлю не так хорошо, как Долли, зато люблю лучше. Во всяком случае чаще. А у тебя нет времени на размышления.

Он долго смотрел на нее, раскрыв рот. Потом улыбнулся. «Поставь эти ящики на пол, — приказал он, — а этот пакет сунь под гамак. И еще…»

— Минутку, — возразила она. — У меня есть ограничения. Я не могу перенести все сразу.

— Что касается твоих ограничений, то мы их со временем установим, уверяю тебя. А теперь не спорь. Просто бери эту сетку и заполняй, а пока ты это делаешь, я расскажу тебе историю, которую слышал много лет назад от Мертвецов. Два изыскателя обнаружили что-то очень ценное в черной дыре, но не знали, как извлечь это оттуда. Один наконец сказал: «Я знаю. У меня с собой кошка. Привяжем ее к сокровищу, и она вытянет его». А второй ответил: «Какой ты дурак! Как может кошка вытащить сокровище из черной дыры?» И тогда первый сказал: «Нет, это ты дурак, а не я. Увидишь, это будет легко. У меня есть хлыст».

Я не встречался с Джель-Кларой Мойнлин до случая с черной дырой. В те дни Робин не мог позволить себе приобрести такую совершенную информационную систему, как я. Но в течение ряда лет я много о ней слышал от Робина. В основном, какую вину он испытывает за ее смерть. Они вдвоем вместе еще с несколькими отправились в научный полет в корабле Корпорации «Врата», чтобы исследовать черную дыру; их корабли оказались захваченными; Робин сумел освободиться.

Для того, чтобы испытывать чувство вины, логической причины не было. Больше того, Джель-Клара Мойнлин, вполне привлекательная женщина, не оказалась незаменимой — Робин довольно быстро заменил ее целым рядом женщин, установив наконец долговременные отношения с С. Я. Лавровой, не только привлекательной женщиной, но и моей создательницей. Хотя я запрограммирован угадывать мотивы и побуждения человека, в его поведении есть нечто, чего я никогда не пойму.

Я не знал Джель-Клару Мойнлин, когда Робин был с ней связан. Кстати, и самого Робинетта Броадхеда я тогда не знал, потому что он был слишком беден для такой сложной программы. Хотя я непосредственно не могу испытывать физическую храбрость (поскольку не испытываю и страха), я высоко оцениваю их мужество. И так же высоко — их невежество. Они не знали, что движет их кораблями. Не знали, как действует навигационная система, как работают приборы. Не умели читать карты хичи. Поразительно, как много можно достичь с такой ничтожной информацией.

Врата дали мне мои миллионы, но от них же все мои беды. Прилететь сюда — все равно что встретиться с самим собой. Я встретил себя, молодого, растерянного, пришедшего в ужас, отчаявшегося человека, у которого было только две возможности: отправиться в полет, где можно погибнуть, или остаться там, где никто не хочет жить. Вот последнее не изменилось. Тут по-прежнему никто не хочет жить, хотя люди живут и все время прилетают и улетают туристы. Когда мы причаливали, я сообщил своей программе Альберту Эйнштейну, что сделал философское открытие, а именно, что все уравновешивается. На Вратах стало безопасней, зато на Земле гораздо опасней. «Может, существует закон сохранения несчастья, который определяет среднее количество несчастий на каждого человека, и мы можем лишь отклоняться в том или ином направлении».

— Когда вы начинаете так рассуждать, Робин, — вздохнул он, — я думаю, так ли хороши мои диагностические программы. Вы уверены, что у вас нет болей от последней операции? — Он сидел, вернее, казался сидящим на краю стула и при этом руководил посадкой нашего корабля, но я знал, что вопрос его риторический. Разумеется, он все время следит за моим состоянием.

Как только корабль сел, я достал информационный веер Альберта, сунул его в карман и направился на свой новый корабль. «Не хочешь оглядеться? — спросила Эсси с тем же выражением, с каким смотрел на меня Альберт. — Ты хочешь, чтобы я пошла с тобой?»

— Мне просто хочется взглянуть на новый корабль, — ответил я. — Можем встретиться позже. — Я знал, что ей не терпится побыстрее посмотреть, как работают здесь ее любимые предприятия быстрой пищи. Конечно, я тогда не знал, с кем она встретится.

И вот ни о чем особом не думая, я вошел в люк своей новой, построенной людьми личной космической яхты, и будь я проклят, если не волновался при этом. Сбывались мои детские фантазии. Становились реальностью. И все это мое, и здесь все есть.

Вернее, почти все. Большая каюта с прекрасной анизокинетической кроватью и настоящий туалет за соседней дверью. Забитый продуктами холодильник и что-то очень похожее на настоящую кухню. Два рабочих кабинета, один для Эсси и один для меня, а в их стенах дополнительные койки, если мы захотим общества. Первый построенный людьми двигатель для полета быстрее света, вообще это первый гражданский корабль, способный совершать такой полет, ну, конечно, некоторые части хичи, снятые с исследовательских кораблей, но в основном все сделано людьми. И двигатель очень мощный. Есть место и для Альберта — гнездо для информационного веера с его выгравированным именем. Я поставил его на место, но не активировал, потому что наслаждался одиночеством. Множество вееров с музыкой, спектаклями, книгами, справочниками, со специальными программами, способными сделать все, что мне захочется — и Эсси тоже. Экран, скопированный с одного из больших экранов транспорта «С.Я.», в десять раз больше маленьких нечетких экранов исследовательских кораблей. На корабле есть все, о чем я только мог подумать, и нет у него только одного — имени.

Я сидел на краю анизокинетической кровати — странное ощущение: давление направлено вверх, а не с боков, как в обычной кровати, — и думал об этой проблеме. Хорошее место для таких размышлений, потому что я хотел назвать корабль именем женщины, которая будет делить со мной эту постель. Но ведь я уже назвал ее именем транспорт.

Конечно, это препятствие можно преодолеть. Я могу назвать корабль «Соня». Или «Эсси». Или «Миссис Робинетт Броадхед», хотя это очень глупо.

Дело срочное. Мы готовы к вылету. Нас ничего не удерживает на Вратах, но я не могу лететь в безымянном корабле. Я отправился в рубку управления и сел в кресло пилота. Оно сконструировано для человеческого зада, и это огромное усовершенствование по сравнению со старым стилем.

Ребенком на пищевой шахте я часто сидел в кухне перед микроволновой печью и воображал себя пилотом корабля хичи в каком-нибудь далеком углу вселенной. Сейчас я делал почти то же самое. Я протянул руку, коснулся колес курсового набора, сделал вид, что нажимаю сосок двигателя, я фантазировал. Все в том же отчаянном беззаботном стиле, как ребенок, представлял себя несущимся в космических просторах. Кружил вокруг квазаров. Летел на огромной скорости к соседним галактикам. Проникал в силиконовое облако вокруг центра. Встречал хичи! Входил в черную дыру…