Чтение онлайн

– Значит, какая у нас картина вырисовывается, товарищи? – произнес Бурляев. – Преступник расстреливает проституток, потом машины и людей у Госдумы, посылает письмо и требует к себе внимания. Чтобы к нему прислушались, чтобы знали, что он не врет.

– Он создает себе имидж убийцы, – вставил Семенов.

– Зачем? – Генерал обвел суровым взглядом всех присутствующих. – Цель?

– Пока неясно. Для этого и хочу наладить с ним контакт.

– Контакт контактом, но ты, Петя, учти… – Генерал нахмурился. – Ты хочешь узнать о преступнике как можно больше, но не упускай из виду того обстоятельства, что и преступник может о тебе что-то узнать. А он очень опасен и планы его неясны и мотивы преступлений тоже. Может, он террорист, член организации, ставящей своей целью дестабилизацию обстановки в городе.

– А прикрываются банальными убийствами? – Семенов покачал головой. – Нет, я думаю, он один и у него другие проблемы. – Семенов постучал себя указательным пальцем по виску. – Экстраполяция этих проблем в личностную сферу вызывает крайнюю форму отрицания и как его проявление – агрессию. Агрессия нашла выход в убийствах. Поймать его будет сложно, и сколько он всего еще натворит, одному Богу известно, но выбора у нас нет.

– Твоя теория о гениальном маньяке странная, но давайте обсудим еще версии. – Генерал посмотрел на присутствующих. – Начинайте с отчетов, а заканчивайте своими соображениями, товарищи.

Сотрудники начали по очереди зачитывать результаты обследования мест преступлений, опроса свидетелей, описание съемок камер наружного наблюдения, результаты вскрытия тел, баллистические исследования и все остальное. Семенов в который раз слушал известные ему факты и думал: «Немотивированные преступления наподобие маниакальных тяжелее всего раскрываются. Если вообще раскрываются. Если бизнесмен заказал конкурента и киллер выполнил заказ, то сразу возникает вопрос, кому выгодно это убийство. Ответ очевиден: тому, кому мешал этот бизнесмен. И сразу в круг подозреваемых попадает несколько человек. Начинаешь разрабатывать и бытовые версии и вспомогательные, собираешь улики, систематизируешь факты и доводишь дело до конца. А тут… Кому выгодно убийство проституток или расстрел машин у Госдумы и гибель трех прохожих. Или это теракт… Но у них есть мотив и он ясен – политическая направленность акции. К примеру, в Турции власти игнорируют требования курдов, и тем ничего не остается, как взрывать турецкие гостиницы и поезда. У нас эта проблема с чеченцами и дагестанцами, у англичан с ирландцами, у испанцев с басками, у евреев с арабами. К тому же за терактами всегда стоит политическая организация, а тут вроде ее нет. Может, у нас террорист-одиночка? В любом случае придется ждать, пока он совершит новое преступление или выдвинет требование, которое мы должны будем выполнить. Как только это произойдет, мы передадим дело сотрудникам Национального антитеррористического центра ФСБ и облегченно выдохнем. А пока нам расхлебывать всю эту кашу, нам – уголовному розыску».

Зорг подъехал к ночному клубу «Голден Палас» и остановился напротив автостоянки. Заглушив двигатель, он стал осматривать парковку и стоящие на ней машины. За рулем некоторых из них дремали водители, а в одной была и охрана. Видимо, хозяин их с собой в клуб не взял, и они коротали время за игрой в картишки.

Убийца взял спортивную сумку, расстегнул молнию, вынул автомат Калашникова и положил на колени. Достал кубик Си-4 с воткнутым в торец электродетонатором, открыл дверь и вышел на улицу.

Зорг осмотрелся, положил взрывчатку на асфальт, не торопясь, ногой затолкал под ближайший «мерседес», сел в машину, завел двигатель и поехал по улице. Вынул замедлитель, поднял колпачок и нажал на красную кнопку. Держал ее две секунды, а потом отпустил. За его спиной раздался оглушительный взрыв. «Мерседес» подскочил на полметра вверх и, объятый пламенем, рухнул на асфальт. Ударная волна выбила стекла у всех машин на парковке и легко ранила водителей и охранников. Они начали выскакивать из авто и разбегаться кто куда. Убийца свернул на соседнюю улицу, затем на Ленинский проспект и через минуту затерялся в потоке машин. Проехав по проспекту некоторое время, он свернул на узкую улочку, заехал во двор, остановил машину, забрал сумку, вышел, захлопнул дверцу и направился к метро. Через полчаса он уже сидел в водительском кресле своего джипа и мчался домой.

Совещание у начальника МУРа закончилось около полуночи, и все стали быстро расходиться. Семенов тоже заспешил домой, но ему доложили, что возле ресторана «Голден Палас» произошел взрыв, и он вынужден был задержаться. Следственно-оперативная группа уже работала на месте преступления, и полковник решил по дороге домой заехать и туда.

Когда он вылез из машины, к нему сразу подбежал молоденький лейтенантик, отдал честь и попросил идти за ним. Петр Петрович пошел в направлении черного микроавтобуса и заметил высокого мужчину в темных брюках, светлой рубашке, остроносых ботинках и темном распущенном на шее галстуке. Из-за жары он был без пиджака, стоял возле машины и курил. Это был заместитель начальника антитеррористического центра московского департамента ФСБ подполковник Алексей Михайлович Статников. Он занимался расследованиями терактов и был хорошо знаком с Семеновым.

– Привет, Петя. – Статников добродушно улыбнулся и протянул свою крупную крепкую потную ладонь. Семенов пожал ее и в ответ улыбнулся комитетчику:

– Доброй ночи, Леша.

– Фу, жарища, – начал подполковник. – Даже ночью нету продыха.

Он был солидным, грузным, с легкой одышкой при ходьбе и от жары и избытка веса потел и кряхтел. Но человеком он был хорошим, замечательным руководителем, и в процессе многолетнего общения и сотрудничества у него с Петром сложились теплые, доверительные отношения. Но поверхностные. Они иногда виделись в местах преступлений, общались, но товарищами и тем более друзьями не были.

Петрович же был подтянутым, можно сказать, стройным, крепким и сильным и ни одышки, ни жировых отложений в области талии не имел. Он в душе пособолезновал грузному чекисту, но ничего не сказал и только добавил:

– Да, жаркое лето.

– Как сам? – спросил Статников.

– Нормально, все, как всегда, в отпуск не отпускают – дела, да еще это…

– Та же история. – Чекист сделал затяжку, выпустил дым, бросил окурок на асфальт и носком черного модного ботинка размял его в лепешку.

«К тому же ты еще куришь», – подумал полковник.

– Ты ведешь дело о расстреле на Садовом и у Думы? – спросил чекист.

– Да.

– Как думаешь, это теракты?

– Похожи на теракты, но, скорее всего, какой-то псих орудует. Во всяком случае, никто никаких требований политического характера пока не выдвинул.

– Я в курсе.

– А ты что тут делаешь?

– Мне положено здесь быть. В любом взрывном случае я должен присутствовать. Если выяснится, что это теракт, – заберем расследование в свой департамент, а если криминал – вам оставим.

– Ну и как? Что тут? – спросил полковник.

– Пока неясно, но, скорее всего, криминал или злостное хулиганство. Никто, в общем-то, не пострадал, только «тачки».

Полковник и подполковник постояли немного, поговорили о службе, о домашних, посетовали на погоду и разошлись. Семенов выслушал краткие отчеты сотрудников МУРа и с легким сердцем поехал отдыхать. Он всем сердцем надеялся, что этот взрыв не имеет никакого отношения к расстрелам, почерк ведь другой, а значит, им будет заниматься не он, а другая подчиненная ему следственная группа убойного отдела уголовного розыска.

Через полчаса он доехал до дома, отпустил шофера, взял портфель с ноутбуком и поднялся на лифте на свой этаж. Жена уже давно спала, и Петр не стал ее будить. Прошел на кухню и тихо закрыл за собой дверь. На часах была половина второго, и полковник решил удовлетворить свое заветное желание – немного выпить и расслабиться. Это желание у него возникало в конце каждого рабочего дня, и он почти каждый день его удовлетворял. Пил в меру и алкоголиком себя не считал.

«Эта привычка мне жить не мешает, служить не мешает, чувствую я себя после этого прекрасно, в любой момент могу бросить, значит, зависимости нет, и ничего пока менять не буду» – так думал Петр по поводу своего пристрастия.