Чтение онлайн

Когда выхожу из лифта, Хадсон уже ждет у входной двери.

— Ванесса, привет, — грустно здоровается он.

Для меня имеет значение, что он не рад видеть, как уходит Хейван. Если из всего этого ничего не выйдет, то Хейван хотя бы познакомилась со своим биологическим дядей и получила положительный опыт.

— Извини, что так быстро, — говорю я и вижу три больших чемодана у его ног. Она определенно возвращается домой с большим багажом, чем приехала. — Спасибо, что подготовил ее. И я хотела бы вернуть деньги, которые ты потратил...

— Нет, пожалуйста. Нам было так весело ее баловать. Я не возьму у тебя ни доллара.

— Если ты уверен...

— Я уверен. — Он опускает подбородок, и в его взгляде появляется беспокойство. — Ванесса, есть кое-что...

— Он здесь? — кричит Хейван откуда-то из глубины дома.

Хадсон хмурится и смотрит себе под ноги.

— Я здесь, милая! — отвечаю я. — Нам нужно идти, если хотим успеть...

Хейван выходит в коридор, выглядя еще более разочарованной, чем когда я сделала пожертвование от ее имени в фонд дикой природы в качестве одного из ее рождественских подарков. Она всегда заботилась о белках и енотах на нашем участке, и я действительно думала, что ей понравится этот жест. Но сильно ошибалась.

Судя по ее лицу, то, что я сделала на этот раз, еще хуже.

— Что ты здесь делаешь? — спрашивает она с неприятным акцентом на «ты».

Я смотрю на Хадсона, который отказывается встречаться со мной взглядом.

— Я здесь, чтобы забрать тебя. Мы едем домой.

— Я не поеду домой.

— Конечно, поедешь. Слушай, я не говорю, что ты не можешь оставаться на связи...

Двери лифта пикают, и все взгляды устремляются на человека, появляющегося из раздвижных двойных дверей.

Хейс.

Какого черта он здесь делает? Хадсон позвонил ему и сказал, что мы уезжаем? Он приехал, чтобы сделать последнюю попытку, чтобы мы остались?

Я собираю в кулак каждую унцию отточенной силы, и расправляю плечи. Непоколебимая. Хладнокровная. Неподдающаяся манипуляциям.

— Несс, что... — В его выражении мелькает нечто, очень похожее на надежду.

— Мы едем домой, — твердо заявляю я.

— Я готова, — говорит Хейван, но обращается не ко мне. Она говорит с Хейсом.

Я перевожу взгляд с дочери на своего бывшего.

— Кто-нибудь, пожалуйста, объяснит мне, что, черт возьми, происходит?

Хадсон делает шаг вперед.

— Я должен был позвонить, но не был уверен, что она...

— Я разберусь, Хадсон. — Свирепый взгляд Хейса отправляет Хадсона обратно в дом, где Хейван ждет с сумочкой, перекинутой через плечо, и в солнечных очках. — Минутку. Пожалуйста.

— Конечно, — говорит Хадсон и закрывает дверь, оставляя нас с Хейсом в маленьком коридоре между лифтом и дверью.

— Я везу ее домой...

— Она не поедет, — твердо говорит он.

— Поедет. Я заставлю ее. Она еще не взрослая.

Он засовывает руки в карманы и кивает, как бы успокаивая меня.

— И как ты думаешь, Несс, чем это обернется для тебя?

Я закрываю глаза.

— Не называй меня...

— Как скоро она снова вернется сюда? Ты знаешь ее лучше, чем кто-либо другой. Думаешь, она вернется в какой-то захолустный городок и будет довольна своей жизнью?

Его слова звучат как нападение на мой выбор, а не как реальный вопрос.

— Да, думаю. Потому что быть любимой, поддерживаемой и чертовски желанной в захолустном городке лучше, чем быть нежеланной и отвергнутой здесь.

— Она желанна здесь.

Я сильно смеюсь, хотя на глаза наворачиваются слезы.

— О, как удобно. Теперь она тебе нужна.

Его брови сходятся на переносице.

— Я не знал о ее существовании до этого момента!

— И что, Хейс? Ты собираешься перевезти ее к себе и изображать заботливого отца? Ты хоть представляешь, каково это — воспитывать человека? Девочку-подростка? У тебя есть хоть малейшее представление о том, что она может чувствовать по поводу своей истории? Как она сюда попала? Готов ли ты в одиночку ответить на все эти вопросы?

— Нет. Именно поэтому мне нужно, чтобы ты осталась.

— Ни за что на свете.

Его челюсть двигается вперед-назад под щетиной, хотя сейчас только десять утра.

— Пожалуйста, Ванесса.

Я качаю головой и чувствую, как моя решимость рассыпается.

— Это произойдет с тобой или без тебя. Для Хейван будет лучше, если это произойдет с тобой. Ей сейчас нужна твоя поддержка. — Он умоляюще смотрит на меня, словно говоря, что они оба нуждаются в этом.

Я качаю головой, пытаясь уговорить свое сердце не поддаваться на это дерьмо. Я ее мама. Я имею право говорить, что ей делать или не делать.

Но Хейс прав. Она просто снова сбежит в Нью-Йорк.

Черт побери.

Смотря в глаза Хейса, я выпячиваю подбородок.

— Давай проясним одну вещь. Если бы на кону не стояло сердце моей дочери, я бы уже уехала.

Он кивает один раз. Коротко и быстро.

— Я останусь ради Хейван. Не ради тебя.

— Принято к сведению.

Не могу поверить, что я это делаю.

Хейс уходит внутрь, чтобы помочь Хейван с вещами, а я стою на месте оцепеневшая и бесполезная. Лиллиан обнимает Хейван, и я слышу что-то об обещании устроить вечер кино в эти выходные.

Мы все втискиваемся в лифт, и я чувствую удушающее напряжение.

— Когда я смогу получить новый телефон?

— К концу дня он будет у меня, — беззаботно отвечает Хейс.

— Класс! Я уже целую вечность не разговаривала с друзьями. У тебя дома есть еда? Я умираю с голоду. Или мы можем перекусить по дороге? Погоди, у тебя есть личный повар? Лиллиан говорит, что ты не стал бы подтирать себе задницу, если бы мог заплатить кому-то за это.

— Хейван. — Я качаю головой, даже когда Хадсон истерически смеется.

Выражение лица Хейса на удивление спокойное.

Лифт звякает, и я выхожу вслед за двумя мужчинами и дочерью на улицу, где мой таксист курит и разговаривает с парковщиком, размахивая руками. Близнецы направляются к черному внедорожнику Хейса, окна которого затонированы настолько, что в нем может находиться целая клоунская семья, и никто об этом не узнает.

— Встретимся там. — У меня нет адреса, но я скажу таксисту, чтобы он следовал за внедорожником.

Хейс ничего не отвечает, но подходит к таксисту и протягивает ему деньги, а затем требует открыть багажник.