Свобода печали
Шрифт:
21 декабря 1989
* * *
Парной и дремотнейший дождь в декабре,Молочный разлив в деревенском ведре.Сквозь патоку сна – скрипы старых дверейПустили дыханье далеких морей.Сиреневый куст завозился и стих.Запутался ветер меж веток сырыхИ злился, и бился бессильно в окно,И ночь опускалась к туману на дно.Все жило, дышало и звало шагнутьВ задышанно теплую, плотную муть,В растянутый, словно зевота, рассветИ слушать шиповника заспанный бред.И, зябко глотнув запах темной воды,Качнуть колыбель ежедневной тщеты,И ломтик покоя держать на весу,Блаженно смахнув, как росинку, слезу. 26 декабря 1989
* * *
Расходились под утро, когда догорала свечаИ вино иссякало в дешевой зеленой бутылке.Я запомнила лишь, как бывала щека горячаИ на матовых стеклах рябиновых веток прожилки.Увязали колени и руки в табачном дыму,Зависали слова в темноте, словно певчие птицы,С побледневшим лицом кто-то странный читал «Улялюм»И огонь золотил, словно длинные иглы, ресницы.Через заспанный город – подушки, перины, часы,Отведенные точно для сонных блужданий и странствий, –Уходили, и лаем бездомные псыПровожали гостей в этом дремлющем царстве. 1989
* * *
Раскаянье давит и манит,Искрошены дни, как стекло,Надежда в грошовой оправеУдарилась ночью в окно.И трещинки, как паутина, –Рисунок ладоней твоих,Кровавый моток пуповины –Петлею на шеях живых…1989
* * *
Среди затравленных созвучийИ лая сорванного рифмыПеро погонею замучай,Преодолев метафор рифы.Перетасуй слова, как карты,Вспугни их, как воронью стаю,Чтоб с жесткой правильностью СпартыОни в шеренги строчек встали… 1989
* * *
Я знаю – обладание ведетК слепому разрушению надежды,У расстояний перекошен ротИ бедных слов разбросаны одежды.Любить и жить – издалека и врозь,Без трагики неровных приближений.Они погубят, каждый перекосДля слабых, парниковых душ – смертелен…Переметались гордость и печаль,Установив нелепость двоевластья,И волны бьют в покинутый причал,Как жизнь далекая – о мыс несчастья. 1989
Луна
1989
Странной зиме 1989 года
1989
* * *
Вращался маховик издерганной судьбы,А он, ему назло, вернулся в город этотС истертою, как шелк, артерией Невы,В агонии дворов от выпитого света.Он в приступах разлук пережидал всю жизнь,Замешивая дни на одиноком слове.Выплескивая свой дар в эпоху горьких тризн,Беспечнейший щегол, забыв о птицелове.И что о городах, когда иная суть –Крыло и маховик измучены движеньем.Зеленая звезда в ночи не дает уснуть,С неправедной судьбой уравнена в значенье. 1989
* * *
Ну чем тебе помочь? Жесток мой светлый прищур,А сумасшедший мир отравой напоен.Сегодня с лестницы темноголовый нищий,Не поднимая глаз, мне протянул ладонь.Была темна она, как бурый лист потухший,И траурной каймой ногтей обведена.Не видела лица, и не постигла души,В которых боль и смерть, как соль, растворена.Два стертых медяка, как пузыри ожогов,Обмоешь водкой их – за чей-то упокой.Как зерна наших душ разламывает жернов,Мой равнодушный брат с протянутой рукой.В убежище колен склоняешь лоб тяжелый,В укрытие – от зла прелюбопытных глаз.А чем я помогу? Луна монетой желтойНа паперти звенит в сей милосердный час. 1989
Сосны
1989
* * *
Как на старинной камее,Профиль твой вырезан четко,Белого воска светлееСтрогий твой профиль на черном.Что-то от птицы и зверя –Чуткость и дерзость полета,В облике, что хорошеетВ краткий момент поворота.И византийские очи –Юный, зеленый крыжовник –Тянут меня к средоточьюМыслей, как вороны, черных.1989
* * *
Распутицы пояс распущенНа брюхе тяжелой дороги.И вязнут – чем дальше, тем пущеЗимы почернелые дроги.А воздух, набухший водою,Готовой дождями пролиться,Окрасил пруды синевоюИз горла молочной криницы.И поле чернеет краюхой,Посыпанной снежною солью.Ветра обращаются слухомК тревожному зову низовий,Где мягкой поверхностью замшиЛегло торфяное болото.Леса фиолетово-влажны,Как сумерек конское око. Поделиться с друзьями: