Свобода
Шрифт:
Придется пойти другим путем.
Отилия. Какое необычное имя. Однако поисковая система действительно нашла Отилию Гримберг в Акалладалене. Должно быть, это она. Возможно, она что-то видела во время ночных прогулок с «чертовым псом». Добавить к списку примитивной работы, на которую вечно не хватает ресурсов.
Зазвонил телефон. FaceTime. На дисплее – Самир, некогда самый многообещающий подчиненный Бергера. Теперь его «повысили» до начальника дорожной полиции.
На дисплее появилось любопытное лицо Самира с щетиной, достойной легавого в нарочито плохо сидящей форме, скучающего на должности, не соответствующей его высокой квалификации. Бергер передал регистрационный номер машины и попросил выяснить насчет камеры. Правда, выяснить ничего не удалось.
– Наверное, в ней установлен передатчик, – сказал Самир и почесал подбородок.
– Но она в шести метрах над землей, – возмутился Бергер. – Металлический фонарный столб. Давненько я не лазал тайком по столбам.
– Возьми на прокат автокран, – посоветовал Самир. – Отпечатков нет?
– Где мне их взять? На ручке калитки?
– Как же ты морально устарел, – просиял Самир. – Но не мог же ты забыть, что первый шаг в том, чем ты сейчас занимаешься, – проверить отпечатки пальцев.
– Ты не знаешь, чем я сейчас занимаюсь.
– Ты как открытая книга, Сэм.
– Ты тоже, Самир, – рассмеявшись, ответил Бергер. – Сидишь там, весь такой в форме, и предлагаешь мне взлом? Может, хочешь присоединиться?
– Ничего такого я не предлагаю, – спокойно возразил Самир. – Я позвоню, если автомобильный номер где-то засветится. Найди ее, Бергер.
Изображение Самира, буквально сканирующего Бергера, резко пропало.
Неужели Сэм Бергер и правда настолько читаем?
Он ведь ни словом не обмолвился по поводу того, чем занимается.
Бергер продолжил поиск информации о Микаэле Карлссоне, молодом человеке, который в девяносто втором году женился на Украине на еще более юной Наде.
Благодаря углубленному поиску выяснилось, что Карлссон страдал «умственной отсталостью», всю жизнь провел в учреждении, у него врожденная аномалия нескольких внутренних органов. Умер в возрасте двадцати восьми лет от сердечной недостаточности. Естественной смертью.
Мужчина, который в двадцать шесть лет на Украине дал красавице Наде Икс свою фамилию, был, как бы раньше сказали, дурачком. Как такое возможно?
Оказалось, что интернат «Винтербу» вел активную жизнь до самого своего закрытия в конце девяностых. Его обитатели ездили на экскурсии и в путешествия. Надо разузнать подробнее. Бергер попытался добыть сведения о владельцах, персонале, пациентах, найти свидетельства о мероприятиях, но дело было в начале девяностых, цифровизация только начиналась, поэтому в сохраненной информации имелись большие лакуны.
Количество пациентов-мужчин варьировало от восьми до десяти. В те годы интернат возглавлял некий Юханнес Эдборг, о нем больше ничего найти не удалось. Поскольку глобальный процесс приватизации тогда еще не завершился, интернат «Винтербу» принадлежал муниципальным властям.
Бергер нашел упоминание о поездках на Готланд и на Лофотенские острова – уже очень смелые мероприятия, но боже мой – Украина? Украина в самые хаотичные месяцы после распада Советского Союза? Не самое очевидное направление для группы людей с умственной отсталостью.
Умственно отсталых, однако не объявленных неправоспособными.
Бергер взглянул на бухту и кивнул сам себе. Вероятно, речь идет о жертвах первой волны торговли людьми, до того, как деятельность приобрела промышленный размах. Мафия еще только прощупывала пути миграции и рынок, это была пробная партия – легально ввезенные женщины, замужем за парнями, которые никогда не будут на них претендовать.
Это было еще до того, как возникли организованные каналы торговли людьми.
Бергер застрял на регистре правонарушений. Войти никак не удавалось. Со злости он стукнул по компьютеру. Работать в одиночестве становилось невыносимо.
Надо с кем-нибудь поговорить. Попросить кого-нибудь о помощи.
Он прекрасно знал, кто этот «кто-нибудь».
А еще ему необходимо выпить виски.
Молли Блум где-то «в Швеции» с маленьким ребенком на руках. С их общим ребенком. Она нужна ему здесь. Того, чего они добились вместе за пятьдесят дней в конце прошлого года, было бы как раз достаточно, чтобы найти Надю Карлссон. Потому что сейчас Надя – всего лишь размытый силуэт.
А Бергер совсем один. И расследовать этот случай ему предстоит в одиночку.
Общие контуры у него уже есть. Осталось наполнить их жизнью, плотью, кровью, вдохнуть в них душу. Надо как следует узнать Надю Карлссон, установить с ней личные отношения. И такая возможность у него есть, прямо под рукой.
Он долго смотрел на иконку «Н.К._Секретно». Но кликать на нее не стал. Еще не пора. Вместо этого он прогнал через поиск пожилых женщин из района Акалладален; возможно, удастся даже локализовать дряхлого как мир пуделя.
Потом ему удалось разыскать открытую допоздна транспортную компанию.
Затем он сделал перерыв, чтобы собраться с мыслями перед выполнением самой деликатной на данный момент задачи. Ему предстояло написать убедительное электронное письмо серьезно больному человеку.
Бергер зашел на довольно известный и вместе с тем несколько мутный сайт, где можно было создать новый, анонимный адрес. Он чувствовал себя так, будто прикоснулся к чему-то грязному.
Потом он открыл новое окно, вбил адрес thevalleyoftheshadowofdeath111@gmail.com и в качестве темы указал нейтральное «Плата». Чувствуя острый страх перед пустым белым пространством, которое ему предстояло заполнить, он написал:
«Дорогой товарищ из Долины Смертной тени! Мне поручено заплатить вам заранее оговоренную сумму. Это можно сделать разными способами. Но вы, безусловно, понимаете, что не получите ни эре, пока я не буду точно знать, что с Надей все в порядке. Мое предложение стандартное. Мы встречаемся где-нибудь. Вы привозите невредимую Надю, я – сумку с наличными. Но мне необходимо удостовериться, что она жива и здорова. Мне нужны доказательства, и как можно скорее. Если у вас есть альтернативное предложение, я готов его рассмотреть, но все должно строиться на взаимном доверии. В создавшейся ситуации это нелегко. Всего хорошего, Икс».