Чтение онлайн

— Она должна была… беречь себя для мужа…

— А вот это, братишка, вообще ее личное дело! — так хотелось рявкнуть, но сдержался.

Мак не удивлялся такому разговору. Этот мотивчик уже был знаком. Похоже, народу больше нечем озаботиться, раз братец решил начать с главного. Было заметно, слова давались Кариму с трудом, но отмалчиваться, похоже, он не собирался.

— В нашей семье…

— В вашей семье творится какая-то хрень! Ей Богу! Я не знаю, что конкретно там у вас происходит, я, признаться, вообще мало знаю, но давай начистоту: из того, что я вижу, Ася — затюканная девчонка… тьфу, и не девчонка уже! Женщина! Взрослая!.. которая приходит к почти незнакомому мужику с очень личной просьбой, плачет, тут же падает в обморок от нервного и физического истощения, так, что я переср@лся от страха…

Мак шумно вздохнул, сомневаясь, стоит ли говорить дальше, но взглянув на сидящего рядом грустного пацана, все же продолжил:

— А теперь она еще и за бабушку переживает, которая с ней жила и очень как-то вовремя слегла с сердцем, не находишь? Переживает за себя, чтоб у нее проблем не было от дружбы со мной, за тебя, чтоб я тебе в морду не дал, и за меня… зачем-то. Если она там сейчас на ногах еще стоит — удивительно! — хотелось закурить, но сигарета осталась дома на кухне. — Вот такая картина, братишка! Ну? Давай… расскажи мне теперь, что там в вашей семье, которая вместо того, чтобы заботиться по-родственному хотя бы о ее здоровье, только и думает, Как бы Асечка не раздвинула ноги раньше времени!

— Ты сейчас говоришь о моей сестре! Выбирай выражения!

— Ну, конечно, давай выражения выбирать, вместо решения проблем! Что я не так сказал? Перефразировал тебя, да и всё. А то все такие интеллигентные, а человек загибается!

— Я просто прошу тебя говорить уважительно!

— Да я уважаю! Может, побольше вашего даже уважаю! Потому что думаю о ней, а не только о себе! Иначе не сидел бы сейчас здесь. А трахнул бы ее прошлой ночью, и дело с концом!

— Макар! — Карим смущенно встал и начал ходить взад-вперед перед скамейкой.

Климов наоборот уперся лбом в ладони, зажмурился.

— Да, да… я понял… выражения не выбирал… извини. Похоже, вообще зря я тут… распинаюсь. Я тебе толкую о том, что с твоей сестрой что-то не так… а ты всё в словах ковыряешься…

После этого Рахманов надолго замолчал. Видимо, осмысливал. По крайней мере, Мак на это надеялся.

— Я очень люблю Асю. Она единственная моя сестренка, хоть и старше, но все равно… Я не знал, что Асе было плохо, — наконец повторил младший и сел обратно, скопировав позу Мака.

— А ты и не мог знать. Это вчера утром было. С тех пор она была со мной всё время до сегодняшнего дня. И не звонила никому кроме бабушки, вроде. Да и то, разрешение у меня почему-то спрашивала. А утром убежала… наверное, в больницу как раз. Я еще спал…

Рахманов кивнул:

— Да. Про бабушку стало известно сегодня рано утром.

— Ну, вот…

— Значит, Асия ночевала у тебя?

Мак кивнул, вспоминая. Но образы прошлой ночи в таком неприятном контексте как-то меркли. Черт, так не должно быть! Чего он вообще тут разговоры говорит? Она там испереживалась, наверное!

— Зачем Асе собирать вещи? — встал, собираясь подниматься к ней. Хотелось увезти Асю к себе и никого не подпускать!

— Рафик хочет, чтобы Ася пожила у нас с мамой, пока бабушка в больнице… а может и до самой… — тут паренек осёкся и отвернулся.

— … первой звезды, — продолжил Мак первым, что пришло в голову.

— Ага…

— Ладно. Пошли посмотрим, что к чему.

Макар решительно направился к подъезду, слыша позади шаги Карима. Он так и не смог сформировать однозначное впечатление о младшем брате Крошки. Молодой, но вроде не дурак. Вроде бы переживает за нее. Но что-то Маку не нравилось. Что?

Да и вообще, что он заморачивается? Ну жалко девчонку, если вспомнить как сам лично вчера вытаскивал ее из глубокого депрессняка. Но вокруг нее куча заботливых братьев и прочих родственников. Может, они и правда желают ей добра, по-своему, по-семейному. Не может же быть, чтобы она из-за них казалась такой несчастной. А он суется, куда не звали…

Придет она к нему еще, им будет хорошо. Он постарается. А остальная ее жизнь должна ли его интересовать?

Но все ж почему-то интересовала.

Видимо насмотревшись на семейное счастье Речинского, он и сам по инерции перенастроился на моногамные отношения. Эх, Мак, стареешь что ли?

Ася стояла у входной двери, прислушиваясь и грызя заусенец на большом пальце левой руки. Зашипела, когда дернула кожу до крови.

Аллах, почему они так долго!? О чем они разговаривают? Что подумал Карим, когда Макар ее поцеловал? Почему она не оттолкнула? Как теперь быть? Вдруг Карим расскажет братьям или маме? А вдруг Карим сболтнет о ее женихе Климову? Что тогда будет думать о ней Макар? Почему он вообще приехал за ними сюда?

Ото всех этих переживаний у Аси снова закружилась голова. Пришлось пройти на кухню и сесть, облокотившись на стол. Обморок, это не то, что сейчас уместно, вдруг Макар тоже придет? Он сказал ждать «нас», то есть собирался подняться в квартиру. Да и Кариму не за чем видеть ее такую. Он ведь тоже будет переживать! Вдруг расскажет братьям?

Аллах, поскорее бы они закончили!

Словно услышав ее мольбы, в дверь аккуратно постучали. Асия бросилась открывать.

За порогом стояли оба парня, без видимых повреждений, вроде бы даже не злые…

— Малыш, — Макар первый шагнул в квартиру, сосредоточив на Асе всё свое внимание. — Как ты тут?

— Нормально. А вы?

— Начала собираться? — спросил Карим.

— Я… нет еще. Прости. Я переживала за вас.

— О! Вот видишь, — Мак обернулся к брату. — А я говорил! Я, кстати, забыл спросить, а зачем вообще?

— Что?

— Ну, вот этот переезд?

— Чтобы не оставаться одной. — ответил Карим.

— В смысле? Ей что, нянька нужна, как ребенку?

— Не очень хорошо, если женщина, тем более, незамужняя, живет одна.

— Это кто сказал? — начал заводиться Климов.

— Макар, — Ася попыталась успокоить его, маленькая ладошка легла на плечо, а он накрыл ее своей, — не надо.

— Погоди, малыш. Сейчас разберемся, — и снова уставился на брата, словно бы тот был в чем-то виноват. Смешной! Макар совершенно не знал их традиций. Ася при нем старалась ничем не показывать эту сторону своей жизни.

Карим сфокусировался на точке, где она касалась Макара. Ася попыталась убрать руку, но Мак не дал.

— Мне придется переехать, — сказала, чтобы отвлечь внимание мужчин от жестов. — Старший брат приедет проверять.