Чтение онлайн

Он отворачивается, вздохнув, барабанит по рулю.

— Пойдем кофе пить.

Первым вылезает из машины, мне не остается ничего другого, как последовать за ним. Его молчание более чем красноречиво, он принял решение держаться от меня на расстоянии, сделать больно, чтобы я к нему не подошла. А я подошла все равно. Наверное, я могу показаться жалкой, но я не жалею. По крайней мере, в данный момент. Нет никаких гарантий, конечно, что не пожалею позже…

Усевшись за столиком в кофейне на углу, не удержавшись, спрашиваю:

— Ну а теперь что между нами? Ты получил то, что хотел…

— Даже близко еще не получил, – хмыкает Слава, сделав глоток. – Я хочу тебя много, долго, в разных позах, и чтобы ты побольше кончала.

От такой пошлости, произнесенной вполголоса, меня снова бросает в жар, между ног предательски тянет. Однако голова остается ясной. Не стоит питать иллюзий, Слава говорит только о сексе, ни о чем большем. Но я не могу заставить себя озвучить эти мысли вслух.

— Родители не должны знать, – говорю вместо этого. – Они не поймут, и вообще… Все это не очень-то правильно.

— Мы не родственники, Регина, даже если бы мой отец женился на Алсу, мы с тобой не стали бы родными. Плевать, что они подумают.

— Будет скандал, – я кусаю губы. – И ни к чему хорошему это не приведет. Давай оставим все в тайне, тем более что…

Я осекаюсь. Отставив свой стаканчик, Слава кивает мне:

— Договаривай. Тем более что…

— Тем более что все это, возможно, ненадолго.

Повисает тяжелая пауза. Слава рассматривает меня, потом делает глоток, так ничего и не сказав. Откидывается на спинку стула и отворачивается.

— А что с институтом? – перевожу я тему, он снова смотрит на меня. – Раз уж так вышло, оставим, как есть. Пусть все думают, что ты меня бросил.

— Ты опять с теорией заговора от ужасного Зацепина? – хмыкает Слава.

— Мы все равно хотели так сделать. Только… Отсади от себя Соколову.

В глазах Славы снова мелькает веселье.

— Можешь не переживать, она мне не нравится.

— Зато ты нравишься ей.

— У тебя навязчивая мысль, что каждая девушка, встреченная мной на пути, мечтает залезть ко мне в штаны.

— А разве не так? – щурюсь я. – Помнишь ту блондинку в кофейне? Она откровенно к тебе липла. И Ленка вон сразу набросилась. И вообще, я вижу, как на тебя смотрят, так что не надо заливать.

— Жаль, ты не видишь, как смотрят на тебя, – на мой недоуменный взгляд качает головой с улыбкой. – Ладно, хочешь соблюдать конспирацию и в универе, пусть так. Только не удивляйся, если я трахну тебя в туалете на большой перемене.

— Ты что? – открываю я рот.

— Ну а ты как думала? В универе к тебе не подойти, дома тоже. Я так долго не выдержу. Я и так уже как одержимый, между прочим.

Я в изумлении качаю головой.

— Раньше ты не был таким болтливым, – не удерживаюсь от замечания. Он хмыкает, допивая свой кофе.

— Считай, что перешла на новый уровень. На семейных сборищах братья постоянно просили меня заткнуться.

Я смеюсь, не удержавшись. Мы торчим в кофейне часа полтора. Слава покупает пирожные с чаем, и мы болтаем. Просто болтаем, иногда, конечно, переходя на пошлости, но все же эта беседа куда больше похожа на нормальное общение. Я ждала неловкости после случившегося, но вышло наоборот, между нами как будто рухнула стена, и теперь многие темы, которых мы касались раньше осторожно или не касались вообще, стали доступными.

Мы заглядываем в ТЦ, и я покупаю набор карандашей и черных ручек для скетчей. На кассе, пока роюсь в рюкзаке в поисках кошелька, Слава расплачивается за меня.

— Пошли, пошли, – кивает в сторону выхода, забрав пакет. – Только давай без хмурых взглядов и разговоров, зачем я купил карандаши.

— Ты знаешь, что можешь быть невыносимым? – интересуюсь я, засовывая пакет в рюкзак.

— Догадывался. Я уже понял, что ты жутко независимая девчонка, но не мешай мне делать то, что я хочу. Кстати, – он достает телефон и что-то на нем открывает. – Я купил курс.

Протягивает мне мобильный.

— Личный бренд и продвижение для начинающих? – хмурюсь я, но потом до меня доходит. – Нет!

— Нет? – Слава так наивно хлопает глазками, что хочется в него запустить что-нибудь.

— Я не буду проходить этот курс.

— Я тоже не буду. Выходит, зря деньги потратил. Назад их не вернуть.

Убрав телефон в карман, он не спеша идет дальше, я нагоняю его.

— Это провокация. Ты не оставляешь мне выбора!

— Наоборот. Я даю тебе возможность выбрать. Это ты отрезала себе все перспективы саморазвития, устроившись пахать в кофейне. Кстати, сториз не вижу.

Я тяжело вздыхаю и делаю жест руками, словно душу его, Слава смеется.

— Доставай свои карандаши, вон диван, одно фото, надпись, и смотри-ка, сториз готова.

И как у него получается генерировать идеи на ходу?

Домой мы возвращаемся по одиночке, причем Слава приезжает только через пару часов после меня. Так и подмывает спросить, где его носило, но я себя сдерживаю. У него же могут быть свои дела, так? Блог, друзья…

На ужине стараюсь не смотреть на парня, почему-то уверенная, что меня выдаст первый же взгляд, а потом мама утаскивает меня в гостиную, где остаток вечера я слушаю ее рассказы об Италии и вообще о жизни. Кажется, за эту неделю у нее наметился дефицит общения. Вряд ли Юрий настолько разговорчив.

Я вдруг задумываюсь, что вообще их привлекло друг в друге? Ну кроме внешности? Юрий серьезный, молчаливый, даже немного грубоватый по своей натуре, полностью погружен в работу. Мама порхает, как бабочка, безмятежная, радостная, болтливая, зацикленная на себе… Совершенно непонятно, где они находят точки соприкосновения. Хотя вместе уже почти девять месяцев, наверное, это срок, что-то да значит?

— Мам, – перебиваю ее, чувствуя, что от болтовни начинает болеть голова. – Мне еще надо домашку сделать.

— Завтра займешься, – беспечно отмахивается она.

— Завтра я в обед поеду к Ленке, мы договорились погулять, а потом останусь у нее с ночевкой. Ты не против?

— Конечно, нет. Я только рада, что у тебя есть подруги. Со Славой как в эту неделю, нормально общались? Вы вроде ладите?

Ладим – это не то слово.

— Нормально, – улыбаюсь я.

— Ладно, иди тогда, еще наболтаемся.

Приняв душ, я укладываюсь в кровать, когда на экране вспыхивает сообщение от Славы.