Чтение онлайн

— То есть, — протянула она, явно пытаясь сохранить серьёзность, но не скрывая радости, — я получаю должность «Идейного вдохновителя и лица проекта»?

— Больше — совладельца с правом совещательного голоса и процентной долей, — кивнул я. — И с обязанностью не давать мне делать глупости вроде розовых сердечек на логотипе.

Она засмеялась, и этот звук заполнил кухню, став лучшим согласием, которое я мог получить.

— Ну что ж, господин Потапов, — она с деловым видом протянула мне руку через стол. — Полагаю, у нас есть над чем поработать.

Я пожал её ладонь, чувствуя под пальцами не только нежную кожу, но и твёрдую уверенность.

— Начинаем с бизнеса, — подтвердил я, и в этих словах было куда больше обещаний, чем в любом, даже самом пафосном, предложении руки и сердца. Мы начинали строить наше общее будущее. И делали это так, как подходило именно нам — с умом, с уважением и с огоньком в глазах.

Последний день в студии «Серебро».

Он должен был быть самым унизительным, но по факту стал самым пофигистичным. Я отрабатывала свою смену на автомате, мысленно перебирая вещи в коробке, приготовленной под столом. Внутри лежали мои кисточки, купленные именно под свою технику работы, дипломы, личная кружка и смешной керамический кактус — подарок одной из клиенток. Всё остальное было уже неважно. Сплетни, косые взгляды, шепоток за спиной — сегодня всё это отскакивало от меня, как горох от стенки. Я была вагоном, который уже тронулся с этого перрона.

Понимала, что буду скучать. Отдать пять лет месту, в котором ты из старожила в одночасье стала чуть ли не изгоем было действительно тяжело, и так резко прощаться, хоть и не планировала, — выбивает почву из под ног. Но будущее, которое воображение отчаянно рисовало мне, уже стояло перед глазами, и в нём я была не мастером маникюра, а бизнес-леди.

Мы завершили с клиенткой процедуру, и, пока я распределяла лосьон по её рукам, она грустно вздыхала.

— Что-то не так? — я порядком испугалась. — Форма, цвет? Где-то что-то задевает? Нужно что-то подправить?

— Нет, нет, Арина. Я грущу… Как же я буду без вас?

Беспокойство отпустило, и я спокойно продолжила втирать лосьон.

— Не стоит. Здесь есть и другие прекрасные мастера. Большинство делают не хуже меня, а многие даже лучше! Уверена, вы подберёте мастера, который будет соответствовать всем требованиям.

Клиентка расплатилась за услуги и, вся в такой же грусти, надела пальто и вышла в серый осенний день.

Последний клиент. А сердце всё-таки щемило от предстоящей разлуки.

Я не слышала, как сзади подошла Элина, пока собирала свои немногочисленные пожитки.

— Значит, всё? И не передумаешь? — её проницательный взгляд, словно сканер, считывал все мои эмоции и мысли.

— Всё. Я вам благодарна. Вы многое мне дали. Но мне пора.

— Если честно, я и не ждала другого ответа. Каким бы ты ни была ценным сотрудником и высококлассным мастером, я уверена, что тебя ждут успех и признание! Ты можешь добиться большего!

— Элина, я щас расплачусь! — я замахала руками, стараясь сдержать слёзы.

— Это ещё не всё! Девочки!

Несколько мастеров, включая Машу, несли ко мне торт со свечкой. «Но у меня же день рождения не сегодня!» — промелькнуло в голове.

— Хоть сегодня и не твой праздник, — сказала Элина, словно читая мои мысли, — мы всё равно решили тебя поздравить! Сегодня ты перерождаешься, словно бабочка. Из салона выйдет новая Арина и полетит в новый, важный этап жизни!

Теперь уж точно я не сдержала слёз и, обняв каждую, задула свечку.

Воздух в салоне резко изменился. Привычный гул голосов, шум пылесоса и мерное жжуание аппарата для маникюра сменились настороженной, звенящей тишиной. Я подняла глаза от торта и обомлела.

В дверях стоял Женя. В идеально сидящем пальто, с влажными от снега волосами. И в его руках был букет. Нет, это был не просто букет, а целый ботанический сад из белых роз и эустом, от которого у меня перехватило дыхание. «Как он его донёс-то?»

Он уверенным шагом прошёл через весь салон, и я почувствовала, как горят щёки. Все взгляды, от мастеров до ожидающих клиентов, были прикованы к нам. Подруга застыла, разинув рот.

Женя остановился перед моим столом, его взгляд был тёплым и невероятно серьёзным. Он громко, так, чтобы слышали все, сказал:

— Арина, я прошу у тебя прощения.

В салоне стало так тихо, что было слышно, как гудит холодильник в подсобке.

— Я вёл себя непростительно. Поддался манипуляциям, позволил очернить тебя и твоё имя. Ты — блестящий профессионал и человек с огромным сердцем. И я публично заявляю, — он обвёл взглядом замерший салон, — что всё, что говорилось о ней, — ложь. Арина — лучший человек, с которым мне довелось столкнуться.

Он протянул мне букет. Отставив торт на стол, я машинально взяла его; пальцы дрожали. Аромат роз ударил в голову, смешиваясь с запахом лосьона и обезжиривателя. Подсохшие слёзы в глазах заструились с новой силой. Тяжёлый, грязный ком клеветы, который я таскала в груди все эти недели, наконец рассыпался в прах.я ведь даже не подозревала, что ношу в себе этот груз.

— Спасибо, — прошептала я, глядя на него. Больше я не могла ничего сказать.

В тишине раздался один хлопок, второй — и вот уже весь салон взорвался аплодисментами. Кто-то из девочек вытерала слёзу. Маша, покраснев, опустила глаза.

Женя улыбнулся, и в его улыбке было столько нежности и гордости, что моё сердце ёкнуло.

— Я жду тебя на улице, когда закончишь, — тихо сказал он уже только для меня.

Я кивнула, всё ещё не в силах вымолвить ни слова. Он развернулся и вышел, оставив за собой взволнованный воздух.

Подруга первой нарушила новую тишину.

— Ну, ничего себе! — выдохнула она, с восхищением глядя на меня. — Вот это поворот! Теперь я понимаю, почему ты так спокойно все пережила. С такой поддержкой можно справиться с чем угодно.