Чтение онлайн

– Я-то? Да, на эколога учусь, – с легким подозрением отвечает наш герой и дополняет: – как ты угадал?

Рудольф: – Да по звездам, – начинает тыкать указательным пальцем куда-то вверх по воздуху.

– Чего? Чудной ты какой-то, Рудик. – Дима от души расхохотался над забавными ответами своего странного нового друга.

Рудольфу удается искренне рассмешить юношу и, самое главное, действительно поднять ему настроение. Легкость и защищенность – то, чего он не ощущал уже давно, – теперь наполняют сердце и сознание. В эти минуты комфорта в голове то всплывают, то снова утопают ностальгические воспоминания по тем далеким мгновениям, где Дима чувствовал себя также спокойно и безопасно. Это происходит с каждым рано или поздно: отсылки к далеким уютным моментам жизни изредка, но все же тревожат наш ум.

Тут образ отделившегося сознания Димы, за которым все это время наблюдает Рудольф по причине того, что только он обладает возможностью его видеть среди холодной набережной, начинает медленно приближаться к герою, пока снова не сливается с ним в единое целое – личность Безвольева.

Рудольф: – Охренеть, – выражает юноша, даже не пытаясь скрыть своего удивления от увиденной картины.

– Ты прав, как только жизнь не повернет.

Резко тональность в ответе Димы изменяется на тоскливую и мрачную. Рудольф, кажется, еще не привык к таким быстрым перепадам настроения нашего героя. Для Безвольева же такие амплитудные колебания в самочувствии являются чем-то привычным. Небо заволокло серыми зимними тучами, северный ветер усиливает свои порывы, все более вульгарно ударяя по ушам.

Рудольф: – Да… – Рудольф, отчаянно вздыхая, протягивает утвердительное слово и тут же невзначай вздрагивает в ужасе.

Приподняв свою руку, он обнаруживает, что конечность начинает растворяться в воздухе активным темпом. Пытаясь удерживать панику, он прекрасно понимает, что перестает быть нужным для Дмитрия. Возможно, будучи трезвым, Рудольф молниеносно предпринял бы более рациональный вариант выхода из ситуации, но сейчас ему в голову приходит лишь бредовая идея потрясти рукой по воздуху, которая, конечно же, не срабатывает. А тем временем Дмитрий продолжает погружаться в тяжелое уныние, рассуждая вполголоса:

– Устроюсь на новую работу. Чем-нибудь займусь. Буду жить как все – день ото дня жить только ради проживания.

Волнение Рудольфа нарастает, и он шустро решает заявить:

Рудольф: – Знаешь, парень, рад был познакомиться, мне пора, еще свяжемся! Обязательно. Ты интересный человек.

– Что, уже уходишь?

Рудольф: – Да, извини, но скоро встретимся! – поспешно начинает уходить с набережной, двигаясь при этом в странной для Дмитрия манере: боком, пытаясь скрыть от того, что творится с его рукой.

– Давай, я запишу твой номер!

Рудольф: – Нет, не надо! Ну то есть… – оборачивается из-за того, что уже половина тела исчезает.

Тревога достигла своего пика, а искреннее желание не довести нашего героя до седины от увиденного вынуждает Рудика практически убегать с места встречи.

Рудольф: – В общем, у меня пока нет телефона, я сам тебя найду.

– Как ты меня найдешь?

Рудольф: – Найду, найду, обещаю, бывай!

– Врешь ты всё, как и все. Благодарю за компанию и за вино, прощай! – герой начинает кричать на всю округу, так как Рудик почти скрылся за горизонтом.

Дима остается в гордом одиночестве среди пустых лавочек и настолько же опустошенных многочисленных мусорных урн. Счастье длилось недолго – вероятно, такие рассуждения одолевают сейчас нашего героя. В действительности мы часто считаем, что хорошего всегда мало. Причем мы придерживаемся такого мнения независимо от объема и продолжительности счастливых и позитивных моментов. Проблема состоит в том, что если счастье имеет продолжительное течение, то люди склонны рано или поздно впасть в уныние и разочарование. Эта склонность отражается и в приобретении желаемой свободы: в тот момент, когда борьба за свободу окончена и справедливость восторжествовала, то значительное большинство не знает, что дальше с этой свободой делать. И ее начинают бояться, и, как результат, тут же занимают себя рутиной, полностью отдавая себя делу или даже подчиняются новому инициативному идеализированному лидеру. Человечество не готово к абсолютной свободе, так как она приводит к одиночеству, которого мы боимся, как огня в силу своей социальной природы. Также люди не готовы и к нескончаемому счастью. Если оно не вызвало на первоначальном этапе подозрений, то в дальнейшем счастье перерастает в отчаяние и безразличие. Динамичность процессов нашего сознания способна извратить любую устойчивую картину под свои правила. Дело в том, что наши мысли тоже изменчивы. И если не активировать разум, а надеяться только на мысли и эмоции, то можно натворить множество дел, имеющих деструктивные последствия.

Наш герой рад счастливым мгновениям, но существует одна преграда – у него нет к этому ни малейшего доверия. Данный препон молниеносно превращает любое радостное событие в жуткие картины и ощущения. Именно с ними сейчас остался один на один Дмитрий.

– Вот и всё… Случайная встреча. Никому я не нужен. И никто никому не нужен. Только чтобы себя позабавить, а так… Нет безвозмездной отдачи. – Дмитрий устремляет взор в сторону ушедшего приятеля. – Найду… Конечно, где? – громко прокричав, возмущается юноша. – Даже на интернет денег не хватает. Галя… Галенька… И ты ушла. Перемотать бы все назад и исправить. Я тебя люблю, Галя… И это еще надолго.

Рудольф: – Я появляюсь тогда, когда ты мечтаешь, – голос сбоку ободрил.

Справа стоит Рудольф. Он незаметно успел появиться прямо за спиной Димы, по-дружески облокотившись на его правое плечо.

– Я сейчас не мечтаю ни о чем.

Рудольф: – Да? А по реке этого не видно, – приятель отходит от скамейки, а Дмитрий замирает от неожиданной картины – лед на реке растаял.

Потихоньку бегут года. День сменяет ночь, звезды прокладывают один и тот же маршрут вместе с Солнцем. В свободное от учебы время Дмитрий пишет картины, а также занимается фотографией. В его портфолио множество различных работ: натюрморты и портреты, пейзажи и многое другое. Очень часто юноша пишет портреты на заказ по фотографии или с натуры. Это ему очень хорошо удается, и нередко в стенах его квартиры можно увидеть молоденькую красивую девушку, которая пришла обзавестись своим портретом. Но это ни в коем случае не говорит о начале каких-то романов или отношений, так как Дмитрий очень строго относится к искусству. И даже если перед ним сидит почти обнаженная модель, он профессионально продолжает выполнять свою работу, не допуская не единой грязной мысли. Он ведет себя как истинный художник.

Время от времени к нему заглядывает новый друг Рудольф. Они встречаются либо на нейтральной территории или же Рудик приходит прямо к нему в гости. Дима искренне рад каждой встрече и чувствует себя невероятно счастливым человеком в такие моменты. Это первый друг в его жизни, вблизи которого он чувствует себя счастливым, защищенным и свободным. Что нравится нашему герою в Рудольфе – так это то, что он никогда ни на чем не настаивает, не уговаривает и не доказывает что-либо. При этом каждое его появление истинно меняет жизнь: у Дмитрия проявляется вдохновение в любимых делах, возникают позитивные установки, меняется отношение ко многим вещам. Дима постоянно хочет спросить у Рудольфа, как тому удается всегда быть счастливым, излучать добро даже в трудных ситуациях, видеть положительные моменты, любить весь мир и искренне ценить жизнь. И самое главное – уметь наслаждаться ею. Видимо, по причине своей скромности или стеснительности Дмитрий до сих пор так и не решается задать вопрос своему другу. Рудик всегда поддерживает и с огромным интересом наблюдает за творчеством Дмитрия, за его успехами. Друзья часто обсуждают внутренние проблемы нашего героя, накопившиеся переживания. Рудольф, обладая этим удивительным секретом, недоступным для Димы, при любой ситуации с улыбкой на лице искренне помогает решить ту или иную задачу или неурядицу. За эти годы Рудольф становится действительно желанным гостем и верным другом для Димы.

Станция метро. День.

– Метро. Здесь тихо… Всегда так тихо, несмотря на шум приезжих вагонов. Не знаю, с чем это связано, но люди ведут себя в данном подземелье гораздо тише и спокойнее, чем там – наверху. Может, из-за атмосферы ожидания, но, мне кажется, что это связано с тем, что здесь известно время – время, когда приедет твой состав. Здесь не может быть массовой вариации путей. Тут есть только дорога в одну или противоположную сторону. Нет нервов в ожидании транспорта, который, то задержится, то уедет раньше, чем ты прибыл на остановку. Нет волнения, туда ли ты уедешь, а не свернет ли автобус где-нибудь, где тебе не надо. Этого нет, и потому все спокойно думают о чем-то таком, что не может прийти в голову среди суеты снаружи. Вот и я стою и думаю… Если бы в жизни было все равно так же отлажено, как здесь… Мечта…

Случайно герой замечает проходящего рядом мрачного человека, уставившегося на него. Дмитрий успевает разглядеть, во что одет этот тип: черное приталенное пальто, жилетка на белую рубашку, а также черная шляпа. То ли уверенный и самодовольный взгляд смущает Диму и принуждает отвернуться, то ли желание быть незамеченным, только при попытке вновь обернуться он уже не видит странного человека. Холод схватил за горло – никого нет…

Внутри вагона метро. День.