СВС (Синдром Внезапной Смерти)
Шрифт:
– Ребята, мне нужно идти. Постарайтесь закончить сегодня. – В ответ прозвучало дежурное «Конечно», но, уже закрывая дверь, она всё равно услышала, голос одного из своих сотрудников:
– Так что там с «Плачущим мальчиком» Мариванна?
«Вот черти, ну пусть попробуют не успеть…»
Через полчаса в кафе неподалёку.
– Ну что, готова слушать фантастические версии? – Артёмова достала большую матерчатую папку, и, отодвинув тарелочки с десертом, стала доставать из неё листы с рисунками.
– Я на всё готова. – Ответила Татьяна, и в сто двадцать пятый раз посмотрела в вырез рубашки Натальи, представляя, как сегодня вечером будет расстёгивать её пуговицы.
– Тогда смотри. – Художница подняла глаза на Танич, и перехватив её взгляд, улыбнулась своей тонкой улыбкой. – На рисунки смотри.
– Что-то мне надоело всё это. – Татьяна встретилась с глазами Артёмовой, и утонула в них. – Может завтра? А сейчас пойдём, пошатаемся где-нибудь?
– Именно это мы и сделаем, и я покажу тебе очень интересные места. А пока смотри на рисунки.
Татьяна вздохнула и стала следить за её рассказом.
– Вот за этот рисунок Саврасова торговалась Воронина на аукционе в Финляндии.
– Она показала распечатку. – А это всем известная картина «Сухарева башня». Видишь разницу?
– Конечно, разные ракурсы…
– Не туда смотришь, ты смотришь на башню и дома вокруг, а ты посмотри на небо.
– Ну и что?
– Видишь, ворОны летают вокруг башни?
– Да.
– Видишь, чем отличается круг ворон на рисунке, от круга ворон на картине?
– На рисунке художник стоял ближе к башне, и поэтому, круг в небе не такой вытянутый.
– Точно, а теперь посмотри вот на этот рисунок самой Ворониной. – И она достала ещё один, где среди портретов Лопухиной была изображена Сухарева Башня. – Здесь над башней, круг, почти ровный.
– Вижу и что? Вороны и вороны, давай не тяни уже…
– Понятно. Тогда посмотри вот сюда. – И Артёмова достала прозрачную плотную плёнку со схемой метро на ней. – Ну?
– Что ну?
– Не видишь сходства?
– С чем? Причём здесь метро?
– А притом, что Яков Брюс придумал кольцеобразное развитие Москвы, и он же разбил её на двенадцать радиальных частей, по знакам зодиака. А теперь посмотри, сколько станций метро на кольцевой линии.
Татьяна посчитала.
– Двенадцать и что?
– А то, что метро стали строить в точном соответствии с планом Якова Брюса.
– Ну, во первых, это чушь, а во вторых – ну и что?
– Это не чушь, это общеизвестная, в узких кругах, история. Это факт, что Сталин строил метро по плану Брюса. А теперь, наложим схему метро на круг ворон над Сухаревой башней. – Не дала возразить Артёмова
Татьяне, и совместила рисунок Ворониной со схемой
. – Видишь?
– Что? Ну совпало, и что? Если мы сейчас распечатаем любой кружок, и наложим, он тоже совпадёт.
– Ладно, смотри дальше. Видишь эти группы ворон? Весь круг в цепочку по одной, а в некоторых местах группами по нескольку. Вот, вот, и вот. Видишь?
– Вижу.
– Эта группа находится над станцией Сухаревская. Видишь?
– Да.
– А эта над Бауманской, с небольшим смещением.
– Вижу-вижу и что?
– А вот группа недалеко от метро Коломенское.
– Ну, вижу-вижу.
– А вот пара ворон над Тверской. Знаешь, что объединяет эти места?
– Что?
– Они все связаны с Яковом Брюсом. – Артёмова всё с той же тонкой улыбкой смотрела на Танич. И было непонятно, шутит она или нет.
– Рядом с метро Сухаревская стояла Сухарева Башня, на Бауманской находится знаменитый дом на Разгуляе, с нишей в форме гроба. Вот две вороны над Тверской, а точнее чуть сбоку, это Брюсов переулок 2, здесь он жил.
– А в Коломенском?
– Там, в башне Передних ворот Коломенской усадьбы, установлены часы, снятые с Сухаревой Башни, перед тем, как её разрушили.
– Ого. И что всё это значит? – Татьяна уже с интересом сверяла адреса.
– Аааа, заинтересовалась? Что-что. – Артёмова подразнила Татьяну.
– Не знаю что. Моё дело показать интересные совпадения, а уж твоё разбираться с этим. Кто из нас детектив?
– Ну, хорошо, допустим. Но как вороны и Яков Брюс связаны с серийным убийцей девушек?
– Не знаю, как. Но ты всё время исходила из того, что убивают девушек лесбиянок, что ЭТО их объединяет. А возможно, что объединяет их не Лопухина в Третьяковке и их ориентация, а что-то связанное с Яковом Брюсом. Воронину точно из-за этого рисунка убили, и искали остальные. Значит, в них есть какая-то нужная убийце информация.
– Какая например?
– Что ты знаешь о Якове Брюсе? – Ответила вопросом на вопрос Артёмова.
– Ну что-что… Сподвижник Петра первого…
– Всё?
– Ну и какие-то сказки о том, что он был чернокнижник.
– Именно. Он был учёным, инженером, и магом, за что был прозван в народе чернокнижником. Почему чернокнижник? Потому, что у него была волшебная книга, которую все и искали в Сухаревой Башне после его смерти. Радикальнее всех искал Сталин, который приказал разобрать её по кирпичику.
– Почему именно там?
– Правильный вопрос. На самом деле не только там. Во всех местах связанных с именем Брюса искали. Даже в доме на Разгуляе, где он не жил, но на стене, которого, в нише по форме похожей на крышку гроба, им были изготовлены и размещены вечные часы. Которые кроме времени, много чего ещё показывали, в том числе места, где спрятаны клады.
– А да, что-то такое я тоже слышала. – Татьяна с силой потёрла лоб и переносицу. – Голова начинает болеть. Хватит фантазий. Версия интересная, но вряд ли верная. Допустим, что всё это так, но причём здесь Саврасов? Он жил сильно после Брюса. Ему, зачем было рисовать ворон по схеме современного метро?
– Это ещё один хороший вопрос – не знаю. Но легенды гласят, что все кто соприкасался с Яковым Брюсом, потом плохо заканчивали. Саврасов, уж точно плохо закончил, в нищете и алкоголизме.