Чтение онлайн

Каждая новая мысль, каждое новое переживание, каждая вновь почерпнутая идея, входя в состав, входит во взаимоотношение со всем тем, что там уже имеется, происходит полная внутренняя переориентировка, в результате чего появляется возможность новых переживаний, новых достижений. Каждое конкретное познавание, каждое действие, проистекая из воли, вместе с тем не только окрашивается индивидуальным характером состава, но даже более того, оно вовсе невозможно в том случае, если противоречие меж новым и старым более известной весьма незначительной величины. Состав есть истинный хранитель опыта, и именно потому все новое, что строит человек, зиждется на старом.

Каждый элемент, будучи сам по себе аспектом духа, уже в силу одного этого, является его проводником, а потому имеет свою собственную волю. Эта воля, присущая отдельному элементу, весьма своеобразна, она совершенно отлична от воли человека, ибо она единообразна, она представляет из себя совершенно определенную величину, как по интенсивности, так и по определенности своего направления. Она вполне соответствует элементу и является как бы его динамическим выразителем, но она лишена дара свободного решения и какого-либо другого критерия, кроме действия простого средства. [397] Каждый элемент обладает личной волей, ему свойственной. Воля есть динамическое выражение потенциального элемента, а элемент — это стационарное выражение отдельного вида динамической воли. Последнее и приводит нас к закону: в человеке есть не один, а несколько центров волевых импульсов. Именно потому он и является микрокосмом, в его существе живет бесконечное множество различных существ, каждое из которых имеет свою волю.

Человек стоит в высшей плоскости, чем мир животный, и это сказывается прежде всего в наличии сознательной воли. Как мир животных есть мир чувств, эмоций и страстей как таковых, так мир человеческий есть мир волевых импульсов.

Один только человек способен переживать без внешних импульсов, исходя из одного только своего волевого желания. Первое следствие этого есть наличие у человека возможности воспринимать отвлеченные понятия и абстрактные идеи. Уму животных навсегда закрыта способность воспринимать сходство в многообразии; для него каждое отдельное существо есть вполне самостоятельное; понятие обобщения и способность классификации — эти основы всякого знания, всякой эволюции, суть неотъемлемые атрибуты духа человеческого, ему одному только присущие. Наличие воли налагает на человека новые обязанности, открывает новые возможности, новые аспекты деятельности. Сознательная воля дает ему могучий критерий всякого переживания; он начинает сравнивать феномены внешнего мира и нумены души своей между собой, улавливает их взаимную связь и причинность и тем самым получает возможность делать сознательный выбор.

Если бы все элементы состава были абсолютно друг от друга независимы, то человека, как некоторого целостного комплекса этих частностей, в принципе бы быть не могло. Отсюда явствует, что независимость этих отдельных элементов души человека не абсолютна, а лишь относительна и все элементы состава, т. е. частные воли, между собой связаны особыми, неуловимыми подчас, но все же неизменно существующими дифференциальными связями. Каждый психолог или социолог знает, что во всяком скопище людей, даже совершенно случайном и составленном из особей, ничего общего между собой не имеющих ни в умственном, ни в социальном, ни в психологическом отношениях, всегда образуется некоторая «общая душа» — так называемая «душа толпы». Из сказанного явствует, что собрание индивидуальностей не является как бы их физической смесью; меж ними происходят особые процессы, связывающие воедино все разрозненное и создающие нечто целое. Возвращаясь к нашему учению об элементах человека, мы должны сказать, что независимость каждого такого отдельного элемента не является абсолютной, а лишь относительной, ибо все эти элементы взаимно влияют один на другой. Независимость проявлений существа от его собственного состава в нашем сознании и представляется «свободой» воли.

Пусть воля каждого отдельного элемента человека выражается в виде dв, причем этот дифференциал определяется следующим образом. Каждый отдельный элемент, будучи сам по себе наделен абсолютной свободой воли, при подстановке в общее уравнение движения человека А = f (х, у, z…) где х, у, z… — суть его элементы, дает некоторую кривую по уравнению А = f (С', х) или А = f (С», у) и т. д. Все эти кривые могут быть нанесены на некотором чертеже, и в этом случае движение человека во времени определится перемещением горизонтали, которая и будет интерпретировать положение плоскости сознания. Самое же движение сознания будет функцией времени, ибо по ординатам мы и откладываем время в некотором масштабе; — тогда скорость движения будет v = f '(t).

Источник всякой воли есть Атман. Человек физического мира черпает силу из доступного ему аспекта Атмана — Эа физического мира. Пусть воля этого аспекта будет В', если воля Атмана есть В. Эта последняя проектируется в часть его существа в Мире Бытия в виде аспекта В'—в. Эта последняя последняя проектируется в часть его существа в Мире Бытия в виде аспекта В'—в. Эта последняя величина в и выражает собой волю человека в Мире Бытия, т. е. волю целостного его существа в этом Мире. Она, как мы знаем, есть результирующий комплекс всех волей всех частных волевых центров. Иначе говоря, если, скажем, априорное понятие о воле будет , а ее частные значения (dв, dв1, dв2… и т. д., то закон, по которому связаны отдельные траектории волевых центров в пространстве по отношению к как таковой, т. е. закон, по которому априорное претворяется в различные dв, может быть выражен некоторой функцией, которая и будет законом распределения вол и в плоскости сознания. Пусть эта функция будет f (г).

Известно, что для того чтобы понять или определить какую-нибудь величину, мы должны ее сравнить с величиной уже известной. Иначе говоря, всякое наше познавание математически изображается дробью, где числитель переменная величина, а знаменатель величина постоянная, или, в общем случае, переменная по некоторому определенному закону. Так и в данном случае, имея известную формулу f (г) распределения сознания как такового, мы должны для получения ясного понятия о характере и состоянии dв в данный момент сравнить его с соответственным значением функции f (г). А это значит, что существует, вообще говоря, следующее

соотношение: = f '(г), т. е. производная f (г) по месту в сознании равна производной воли целостного человека по сознанию. Преобразуем это уравнение так: dв = f '(г) dг. Это и есть наиболее общее определение dв. Воля частного волевого импульсирующего центра, ее величина, напряженность и характер являются функцией функции места и роли этого центра в общей экономии сознания. Иначе говоря, напряженность воли частного центра, его влияние и значение находятся не в линейной, а в параболической зависимости от роли этого центра в сознании. Это ясно из того, что величина f ‘(г) = F [f (г)], а [f (г)] = F i (г). Насколько важен этот закон, видно хотя бы из следующего его следствия. — Если человек какую-нибудь страсть парализует действием противоположной вдвое, то интенсивность ее влияния на его существо уменьшится вчетверо.

Для того чтобы перейти от воли частного элемента человека к воле целого его существа, достаточно проинтегрировать полученное выше выражение по сознанию; тогда в = dв = f '(г) dг. Это последнее и показывает, что воля человека Мира Бытия есть комплекс всех волей отдельных его элементов. Этот интеграл является интегралом определенным, ибо он распространен лишь в плоскости сознания, крайние полюсы которого будут проекциями 2 типов абсолютного человека, о которых гласит Аркан V. Итак, в =. Это выражение математически определяет некоторую площадь как геометрическую сумму ряда дифференциальных площадей, которая и представит величину независимой воли целостного человека. Для определения того, когда человек будет иметь наибольшую свободу воли, надо найти, когда определенный интеграл будет иметь свой максимум, каковая задача и относится к области вариационного исчисления. Рассматривая какое-нибудь отдельное положение человека на пути его эволюции, мы увидим, что воля его отдельных элементов будет развита весьма неравномерно; площадь, определяемая ими, имеет весьма неправильный вид. Но чем больше человек будет развиваться, тем больше площадь эта будет увеличиваться, стремясь к своему максимуму. Последний и наступит, когда воля всех элементов разовьется по некоторому закону, который для данного случая по известной теореме вариационного исчисления [399] и будет законом окружности. Когда это случится и площадь воли человека представится площадью окружности, мы будем видеть, что все стороны его души развиты равномерно и до пределов возможного максимума. Но вместе с тем мы увидим также, что свободной (несвязанной) воли у такового человека не будет вовсе. Действительно, обе полуокружности равны между собой, в разности дают нуль, а, следовательно, и свободная (несвязанная) воля выражается нулем. Итак, у совершенного человека свободной воли нет вовсе.

Этот результат парадоксален лишь с первого взгляда. Действительно, совершенный человек содержит в себе в одинаковой степени все движения, все эмоции, все стремления и переживания; все в нем и ничего нет вне его. В нем нет движения как в целом, но он есть само движение в частях своих, так как все в его существе вечно двигается, вечно изменяется, вечно варьируется. Когда целое недвижимо, а подвижны лишь части его, — это значит, что целое устранилось от непосредственного действия и предоставило деятельность частностям. Если нет у целого движения, у него нет и свободы воли, ибо наличие свободы воли есть лишь указание на то, что часть воли человека может свободно во вне проявляться, ибо она не связана полярными антиподами; если нет и не может быть в принципе движения, не может быть и внешнего проявления воли, не может, следовательно, быть и свободы воли. Итак: как Божество, так и совершенный человек свободной воли не имеет; их воля, как таковая, бесконечно громадна, но она замкнута и целиком направлена вовнутрь себя.