Чтение онлайн

— Брат! — позвал Келин. У него не хватало двух верхних передних зубов. Он сделал еще один глоток из кружки. — Садись. Ешь. У меня нет аппетита.

Джон сел рядом с ним и взглянул на похлебку.

— Я не голоден.

— Эля моему брату! — приказал Келин.

Мальчик-слуга подошел с кружкой. Джон с благодарностью принял теплый эль и сделал большой глоток.

— Что с тобой случилось, брат?

— Разве ты не слышал? Король умер.

— Новости доходят медленно. Мы слышали слухи.

— Это больше, чем слухи. В июне мы встретились для переговоров с Ричардом и королем Франции Филиппом. Они предложили возмутительные условия, которые Генрих отверг. Мы вернулись в Ле-Ман. — Келин покачал головой и сделал еще глоток. — Для переговоров было объявлено перемирие. Ричард напал до его окончания. Нас застали врасплох. Ричард ворвался в Ле-Ман и поджег его. Мы бежали, но Ричард и Филипп догнали нас у Баллана. Они разгромили нас. После этого Ричард заставил Генриха признать его своим наследником вместо Иоанна. Два дня спустя Генрих был мертв.

— От руки Ричарда?

— Генрих был стар, но он не умирал, пока Ричард не выгнал его из Ле-Мана в разгар бури. Генрих заболел и так и не оправился. Ричард, может, и не нанес ему удар, но будь уверен, он убил своего отца. — Келин осушил кружку и с грохотом поставил ее на стол. — Еще эля! — Мальчик-слуга поспешил с кружкой, расплескивая эль, когда ставил ее на стол.

— Значит, Ричард — король?

Келин кивнул.

— И тот еще ублюдок. Его люди зовут его Coeur-de-lion, Львиное Сердце. — Келин хмыкнул. — Но у этого человека нет сердца.

— Братья из аббатства Рош говорят, он человек набожный.

— Его единственная религия — кровь и сталь. Ричард принял крест, но не думай, что это ради Бога. Он использует свой поход как предлог, чтобы выжать досуха союзников своего отца. Он не отпускал меня от двора, пока я не заплатил ему сто фунтов.

— Но он пойдет на Иерусалим?

— Да. Он сейчас в Лондоне, собирает монету и людей. Армию головорезов и убийц, если меня спросить. Он обещал полное прощение всякому, кто примет крест. Тюрьмы Уэльса и Англии опустели. — Келин пожал плечами и сделал большой глоток из свежей кружки эля. — Полагаю, несколько лишних воров не имеют значения; большинство его рыцарей — разбойники.

Крестовый поход. Это был шанс Джона вернуться в Святую землю.

— Как думаешь, Ричард возьмет священника?

Келин поставил кружку и с неожиданной настойчивостью схватил Джона за руку.

— Не думай принимать крест, Джон. Ты не захочешь служить под началом Ричарда. Он человек без чести.

Джон подумал о Рено и Ги.

— Я и раньше сражался за людей без чести. Господь может использовать даже самые низменные орудия для достижения своих целей.

Келин отпустил Джона.

— Если тебе не нравится поместье, брат, я найду тебе другое жилище. В моем зале тебе всегда рады.

— Дело не в поместье, Келин, а в Англии. Я здесь чужак. Мое место на Востоке. Ричард идет туда, и я намерен присоединиться к нему.

Келин долго смотрел на брата. Он кивнул.

— Хорошо. Я позабочусь, чтобы тебя снарядили доспехами, оружием и достаточным количеством монет, чтобы добраться до Лондона. — Он снова покачал головой. — Храни тебя Господь, брат.

***

Январь 1190 года. Лондон

Джон почувствовал запах Лондона задолго до того, как увидел его. Влажный воздух над Темзой был тяжел от смрада гниющих отбросов, тухлого мяса, потрохов и дерьма, и все это перебивал резкий запах древесного дыма. Он сморщил нос. Капитан небольшого торгового судна заметил это и рассмеялся. Это был краснощекий мужчина с тонкими руками и огромным животом.

— Ты бы понюхал его летом, священник. По сравнению с той вонью сегодня воздух сладок, как роза.

Джон проделал недолгий путь до Халла, откуда сел на корабль, предпочтя рискнуть зимним морем, нежели грязными дорогами, ведущими в Лондон. Капитан держался побережья, и плавание прошло без происшествий. Большую часть пути Джон провел под палубой, мучаясь от морской болезни. «Уж лучше так», — говорил он себе, — «чем недели пути на юг в лютый холод». Когда они вошли в устье Темзы, его тошнота улеглась, и он вышел на палубу. Теперь он видел лондонский Тауэр — массивный донжон, возвышавшийся над серыми стенами на северном берегу реки. Луч солнца вырвался из-за туч и осветил донжон, заставив его сиять, словно свежевыпавший снег.

— Белая башня, — сказал капитан. — Недавно построена из известняка. Красивое место, но я бы туда не хотел. Ричард использует ее как тюрьму для тех, кто ему не угодил.

За Тауэром, за своими стенами, притаился город Лондон. Это была мешанина из деревянных и каменных домов и более высоких церковных башен, прижавшихся друг к другу. Реку пересекал мост, соединявший Лондон с Саутуарком на другом берегу Темзы. Мост строился. Часть, ближайшая к стенам, была из камня, остальное — из дерева.

— Что ты делаешь? — спросил Джон капитана. Судно поворачивало от города к южному берегу. — Ты обещал доставить меня в Лондон.

— Так я и сделал. Причаливать в Саутуарке дешевле, отец. До города рукой подать.

Матросы суетились на палубе, и паруса спустили, когда судно скользнуло к пирсу. Моряки спрыгнули на берег, чтобы пришвартовать корабль. Джон дождался, пока спустят трап. Он перекрестился, ступив на пирс. Набережная была запружена матросами, купцами и шлюхами. Он протиснулся в толпу. Под отороченным мехом плащом на нем была кольчуга, которую дал ему брат, и большинство мужчин и женщин в толпе быстро расступались, почувствовав ее. Но одна молодая шлюха, почти ребенок, вцепилась ему в руку. Она похотливо посмотрела на Джона.

— Не хочешь потрахаться, добрый сэр? Я только что из деревни, свежая, как новое белье.

Джон отстранился и пошел дальше. Толпа поредела, когда он оставил набережную позади. Улицы Саутуарка были мощеными, но камни были скользкими от снега и грязи. Джон осторожно ступал, пробираясь к мосту. У его начала стояла каменная сторожевая башня. Он присоединился к очереди людей, бредущих через подъемный мост, отделявший ее от города. Когда он добрался до самих ворот, его остановил солдат в кольчуге.

— Два пенса за пеший проход.

Джон отдал монеты и двинулся вперед вместе с толпой. Мост был достаточно широк, чтобы вместить шестнадцать человек в ряд, но по бокам его теснились купеческие лавки и лоточники, наперебой расхваливавшие свой товар. Между ними певцы, огнеглотатели и жонглеры развлекали толпу. Ближе к середине моста Джон миновал цирюльника, который на глазах у зевак вырывал человеку зуб. Цирюльник был похож на медведя — с мускулистыми плечами и мясистыми предплечьями, покрытыми густыми черными волосами. Еще больше волос торчало из-под воротника его толстой шерстяной рубахи. Он схватил зуб мужчины железными щипцами и одним рывком выдернул его. Его пациент повалился вперед, изо рта капала кровь, а цирюльник поднял зуб, чтобы все видели.