Чтение онлайн

– Так и будет! – приговорил Вице-президент, и коммандер почувствовал гордость за возложенную на десант задачу.

Совет Окончен – объявил Дженейро, и заиграл Святой Гимн Корпораций.

… Через час доблестные десантники грузились в боевые корабли, с равным рвением восхваляя Бога-Президента и подсчитывая «боевые», которые будут начисляться на их счета. Полковые капелланы-адвокаты служили божественные литании. Командиры подымали боевой дух:

– Да здравствуют наши Священные Права и Свободы!

– Да здравствуют Святой Устав и Мать-Конституция!

По головидению показывали как население «Ковчега» провожает героев.

Коммандер Льюис смотрел на дисплей системы внешнего слежения. На экране было видно, как становятся в боевой строй штурмовые крейсера Десанта: «Великая Конституция», «Авраам Линкольн», «Георг Третий», «Джордж Буш», оплот Ордена Освободителей Службы Внутренней Безопасности «Ковчега» «Карла Дель Понте», названный именем его Примарха. И, наконец, - флагман всего флота, корабль его дивизии - «Неустрашимый». Коммандер почувствовал, что его тренированное сердце забилось быстрее. Как и должно квалифицированному сотруднику Корпораций, он соскучился по своей работе.

* * *

Дорожная пыль, багровая в свете закатного солнца, кружилась в воздухе, оседала на одежде и сапогах. Кондотьер Рикаред из Гарма, капитан Рубак Рикареда, шести десятков отчаянных воинов, с равным искусством обученных сражаться пешими и конными, строем и врассыпную, ветеранов множества битв, вместе со своими людьми уходил на юг. За их спинами подымались столбы черного дыма. Горели селения, замки и монастыри. Горела опустевшая Альгавера – столица всего Севера. Рикаред шел позади своих людей, вел в поводу боевого коня. Его отряд обгонял толпы бредущих по дороге бежан. Мужчины и женщины несли детей, вели под руки стариков, гнали скот, толкали тачки и тележки с нехитрым скарбом. Вдоль дороги лежали груды мусора, брошенной рухляди, и тела умерших, которых никто не стал хоронить.

Крестьяне смотрели на кондотьера с надеждой и уважением, и от этого на душе становилось особенно тошно. Двадцать лет Рикаред охранял границы Ариннора от степняков, гонялся за хисскими работорговцами, отбивал набеги наарских пиратов. Ни разу его люди не участвовали в междоусобицах, ни разу он не присягал Лорду, забывшему про совесть и долг. Он не был наемником, он был воином и считал, что нашел свое место в этой жизни… Пока не пришли демоны. Они спустились с небес, огромные, в железной броне, в чревах ревущих чудовищ, которые с грохотом носились по небу. Подобно железной саранче расползлись они по всему Арринору, окружив некогда могучее королевство со всех сторон и все сильнее сжимая стальную удавку. Демоны могучи, против них наверняка бессильны честные мечи и копья, но Рикаред из Гарма страстно желал это проверить. Да только никому еще не удавалось просто подойти к ним на расстояние полета стрелы, зато демоны разили колдовским огнем прямо с небес, и не спасали от него ни окованные железом щиты, ни тяжелые доспехи знаменитых аргондских оружейников.

Что чувствует воин, не способный защитить тех, кто ему доверился, воин, не способный победить врага? Впервые ему стыдно смотреть в глаза своим людям. В сердце лишь горечь, пепел и пыль дорог, по которым они уходят все дальше и дальше на юг.

Где-то, там, далеко, его сестренка и двое маленьких племянниц. Живы ли они, успели уйти? И что их ждет? Пока ему удавалось сохранять обычную невозмутимость, но он знал всю правду. Они обречены.

Если бы святые отцы Великой Инквизиции, скорбящей дщери Церкви Творца, узнали, что стремительные элементали воздуха, переносящие тайные сообщения от иерарха к иерарху и от монастыря к монастырю, делятся тайным и сокровенным с простым кондотьером, принять бы Рикареду смерть милостивую, без пролития крови, на кострище посреди городской площади, даром что кондотьер в богомерзкой магии не смыслил ровным счетом ничего.

Рикаред отчаянно искал выход и не находил его. Правду говорят монахи - великое знание лишь умножает печаль.

– Кари, о чем задумался? – идущий впереди Крепыш Ральф, друг и правая рука, остановился и сравнялся с кондотьером.

– Рикаред лишь горько усмехнулся в ответ. Рассказать, о том, что известно только ему и еще одному человеку? Например о том, как победитель семи больших королевских турниров, сир Ромуальд Безупречный выехал в поле перед демонической ордой и трижды протрубил в рог, вызывая любого из наступающих демонов на честный бой. Его оруженосцы рассказали, что в результате от сира и его боевого коня осталась лишь круглая яма в земле. О том, как Бургомистр Лиара вместе с лучшими людьми города вынес захватчикам золотой ключ от города и с небес упало пламя оставив лишь обугленные трупы? Демоны-с-небес не знали ни чести, ни жалости, ни сострадания. О неприступной крепости Железный Пик, которая никому не покорялась пятьсот лет и пала за один день, о женском монастыре в Бриаре, монашки-затворницы которого понадеялись на творца и остались в монастырских стенах?! Нет, вольный кондотьер, тащи свою ношу сам.

Интересно, справились бы с пришельцами те Темные Владыки прошлых веков, что некогда строили башни, подпирающие небо, держали простых людей в повиновении и страхе, искали могущества в волшбе, и в схватках друг с другом опустошали земли на множество лиг вокруг? После долгих и кровопролитных войн, светские владыки Арринора рука об руку с Церковью Творца положили предел их алчности, и с той поры маги и волшебники, утратившие былое могущество, служили Аринорским королям и лордам. Но пятьдесят лет назад Асперо Молот, Великий Инквизитор, опасаясь, что маги снова возьмут власть в свои руки, объявил всю магию Великим Злом, и вошедшая в силу Инквизиция нанесла свой удар везде, куда достали ее руки, а руки у скорбящей дочери были – ой, и длинные… Три дня и три ночи пылали костры, три дня почтенных волшебников вместе с учениками и слугами жгли на площадях, и с ними в пламя летели колдовские книги. На всем континенте от Последнего моря до Железных гор не осталось ни одного человека, который смыслил хоть что-нибудь в тайных искусствах чародейства, - и люди этому радовались. Магия стала запретной сказкой, россказнями стариков. А теперь пришли демоны…

Небо разразилось нестерпимым грохотом который разогнал черные мысли. Серая тень распорола небо у них над головами, понеслась к замку местного лорда, который упрямо не желал спускать фланг и бежать. Вокруг люди падали на землю, Рикаред едва удержал взвившегося на дыбы вороного. Вспышка адского огня, бешеный рев … - и замок осел пыльной грудой камней.

– Да уж, «И не останется в садах Творца ни бедных, ни богатых, ни гордых, ни смеренных, ни лордов, ни простолюдинов». Вот он, Рай на земле, дождались!
– проворчал Майло Огурсон, отрядный лекарь, высокий сутулый старик, обладатель засаленной остроконечной шляпы, неопрятной бороды и склочного характера – посмотреть бы, может там живые остались…

– Их предупреждали – отозвался Крепыш.- А у нас нет времени, демоны у нас за спиной.

Старик сердито застучал посохом по земле, расшитый кривыми звездами плащ, развивался на ветру. Крестьяне испуганно косились на знахаря, которому из старческой вредности нравилось изображать колдуна из детских сказок, даже несмотря на то, что однажды, за этот самый старый плащ, его чуть не сожгли не в меру бдительные миряне. Но лекарем старик был великолепным. И не только лекарем, но об этом знал лишь сам кондотьер.

– Рикаред, мы их видели, видели! – громко заголосили сзади. Еще не пришедший в себя Вороной неодобрительно всхрапнул, кондотьер обернулся. Колонну догонял Риккен, за бесполезностью в бою определенный в прознатчики малолетний отрядный талисман, якобы приносящий Рубакам удачу, в чем кондотьер вовсе не был уверен … зато он исправно поставлял Рикареду головную боль.

– Вернулись-таки, болячка им на одно место! А я уж думал, - навсегда избавился –Лекарь оперся на посох, с неодобрением уставившись на мальчишку. Риккен украдкой показал старику язык, старик в ответ замахнулся своей палкой. Оба были довольны друг-другом.

Кондотьер вздохнул, объявил привал, передал повод вороного подошедшему воину.

– Ну Рикаред, честно, я их видел вот почти как вас сейчас!
– от нетерпения Риккен даже приплясывал на месте.

Разведка требует внимания, терпения и холоднокровия. У парня не было ни того, не другого, ни третьего. Он добирал свое выдающимся упрямством и удивительным везением.

– Ну, что у тебя?

– Они выше самого высокого человека вот на сколько – замахал руками Риккен, сияя как новенький золотой - и шире в плечах, и у них нет лица, а вместо него такая гладкая штуковина, как зеркало, только темная. Я таких жутких харь от роду не видел!