Чтение онлайн

Короче говоря Слава похоже и порядки и в первую очередь произнес:

— Кишки словно в стиралке выкручивает, давайте перекусим!

Анжелика у которой, тоже разгулялся аппетит, согласилась:

— Поедим! Лучше идеи не придумать!

Троица использовала трофейные запасы сушеного мяса и фруктов. Затем пришлось все же покинуть каланчи. Появилась вражеская армия. Первыми конечно же двигались всадники. Знатные вельможи и горнисты со знаменами и гербами всех видов.

Слава не слишком большой специалист в геральдике, но все-таки кое-что объяснил:

— Принято по традиции считать, что самый высший титул это: архигерцог или супергерцог, далее уже идут король и император. Причем, во всех империях, кроме чистой республики Гусли, титул король и император совмещен.

Анжелика которая, тоже кое-что знала, заметила:

— На северном полюсе вместо короля используется титул царь, а на юге обычно их владыку называют султаном. Хотя у них этих владык, так называемых царей пруд пруди.

Слава уточнил:

— На Южном полюсе вообще похоже нет единой власти, хотя у шестируких и четырехруких принято утверждать обратное. — Мальчишка-воитель указал на знамена. — Далее в общем титулу вроде земных. Герцог, маркиз, князь, граф, барон, виконт — так вот по убывающей во всех государствах. Но есть и некоторые дополнительные титулы. В Контрабасе — гранды, в Арфе Лорды, в Флейте пэры, в Гармонии боссы. И лишь Гусли отколовшись от Контрабаса заменили грандов на лордов. Впрочем иногда бывает что и Контрабасе, назначат указом императора пэра, а в Арфе гранда.

Отважная и грозящая спалить континент своей шевелюрой Анжелика лежа на живое, и подбрасывая ножками вверх трофейные кинжалы, перебила мальчишку-знатока:

— Вот что теперь они делать будут?

Максимка предположил:

— Немного постоят, по обсуждают и двинутся к столице иным путем, выбрав как им кажется самый короткий. Но наши как раз успеют их там перехватить. Наташа не даром жена Сталина — все рассчитала.

Огнезарная Дьяволица заметила:

— Так будем идти за ними!

Но ожидание несколько затянулось. Похоже, что герцог Тыква не был единоличным начальником, а для остальных подобных конфуз оказался неожиданным. Так что несколько часов пришлось провести в засаде, занимаясь упражнениями и фехтованием.

Затем когда Слава окончательно отошел Максим предложил затесаться в ряды противников под видом оруженосцев. Такой вот продуманный способ проникновения в самые защищенные крепости.

Но лагерь уже спал, и посему свой рейд мальчишки решили отложить до утра да и сами соснули.

Славе приснилось прошлое, тот момент когда карманный судья уже вынес им с Олегом приговор: за побег продажа в вечное рабство. Тогда они о рабстве успели узнать либо на собственном опыте, когда ребят заставили под ударами плетей качать насос, либо из уроков истории.

Действительно по советской учебной программе сначала изучают времена античности. И конечно же теме рабства уделено особое внимание. Вот Слава сидя в душном классе и посматривая на зелень ранней весны, или золотую осень, или серебристые снега думал какая школа мучения. Уж наверное и каменоломнях лучше: свежий воздух, физическая нагрузка, и главное нет нудных уроков, терзающих мозги контрольных, это педантичной зубрежки.

С учителями им в самом деле не слишком повезло. Какие-то педанты, да еще и евреи. Лишь молодая учительница истории могла рассказывать интересно, захватывающе, ярко. Но все равно отвращение к школе у Славика капитально вбито. При первой же возможности прогуливал уроки, и перебирался будущий воитель с двойки на тройку.

Вот Олег его брату было как-то полегче. Память механическая от природы у него сильная, и поэтому он мог учиться и отвечать без запинки и при скучнейшей подаче материала. А Слава нет, хорошо запоминал, то что ему интересно.

Его брата, часто ставили в пример. Хотя оба мальчика сильные и здоровые от природы внешне похожие. Белобрысые, крепкие, фотогеничные, что их часто фотографировали и выставляли на торжественных собраниях в первые ряды.

Олег даже в кино снялся, пусть и не в главной роли.

Во всяком случае Слава не вполне понимал, в чем «прелесть» рабства. Работа благодаря атлетическому, природному сложению, никогда не вызывал у него мучений, да городских ребят никто не загонял. Семья не бедная, интеллигентная, побоев не терпели, сами сдачи дать могли. Лучше жили своих сверстников, хотя до войны не так уж плохо было всем остальным.

Сталинские репрессии, конечно пугали, но почти все верили, что без дела в стране советов не сажают. А продовольствием и товарами в общем нормально и с каждым годом становилось все лучше. Зарплата росла, а цены даже понемногу снижались.

Да Слава представляя себе невольников, особенно сверстников, не слишком им переживал. Ну работают, мускулы накачивают, так это даже полезно. А как хорошо в Древнем Египте можно трудясь голышом загореть.

Вкалывая на насосе, где их отдав на служение заставили орошать не по земному пышный сад архигерцога, Слава понял, что труд не всегда в радость, а может стать источником страдания. А когда плеткой бьют, эта так унизительно и больно, что никто не захочет повторения экзекуции.

Но там они пока еще слуги, а тут натуральные рабы.

По закону проданных в рабство должны клеймить, обрить головы и определить на работу.

Палач выполняющий подобную работу пока спал, и ребят подстричь приказали служанке. Тут Слава не знал еще, что им повезло. При обривании голов свежим рабам или в наказание, кат обычно жестоко драл и резал кожу на голове стараясь причинить максимум боли, чтобы текла крови и рабы страдали.

А полунагая невольница имея опыт стрижки животных типа овец, смочила светлые головы ребят подогретой на трех солнцах водой и принялась ловко соскребать их густые вихры.

В качестве зеркала использовалась отдраенная до блеска бронзовая статуя или точнее щит стоящий входа в конюшню. Хотя при бритье и не было больно, Слава глядя на падающие вниз белые как кудель пряди своих волос ощутил вдруг сильную горесть.

Его стригут как уголовника, и скоро отправят на каторгу. Лишают единственного украшения, пышной на зависть девчонкам прически. И кажется с каждой прядью падает на плитку, частица его собственной личности.

Глаза невольно заслезились, вот так себя ощущаешь униженным, с попранным достоинством. А девушка-рабыня аккуратно сгребая босыми, коричневыми как у индианки ножками, белые волосы мальчишки. Сколько же их у него…

После стрижки голова стала легкой, и даже ощущается озноб, хотя тут климат типичная Африка, где снег найти труднее, чем выкопать бриллианты.

Но это наверное чисто психологически…

Самое страшное впереди. А пока их с братом заковали в одну колодку, продев в специальные зажимы и руки и ноги, заставив вот скрючившись сидеть.

Неудобно конечно, спина застывает под неестественным углом, нос вот начал чесаться, а руки скованы. И запястья зажаты, лодыжки натирает — тоже больно. Что бы снять напряжение, начинаешь крутить позвоночник и менять углы, от этого легче.