«Святая инквизиция» в России до 1917 года
Шрифт:
Юго–Западный край России был одним из тех регионов, которые доставляли особое беспокойство Синоду ввиду массового отпадения людей от православия. По этой причине и состоялось Совещание архипастырей указанных епархий. Здесь нужно сделать некоторый комментарий. Синоду было нужно, чтобы во всех светских учебных заведениях преподавалось богословие, причем, говоря современным языком, не факультативно с посещением лекций по желанию, а в обязательном порядке. Вчитаемся в текст: недостаточное изучение богословия могло быть препятствием для перевода учащегося на следующий курс с последующей невыдачей аттестата. И чтобы не было послабления при либеральности какого–нибудь директора светского учебного заведения, то надзирателями, или начальниками, ставились не просто православные преподаватели богословия, но люди Церкви.
Это знакомо, мы еще не ушли так далеко от своего недавнего времени, чтобы забыть: мы помним, как насильственно преподавались предметы по марксизму–ленинизму и как несдача экзамена по диамату, истмату или так называемому научному атеизму была роковым фактором для талантливого скрипача или физика. Ну, а кто ведал этими вопросами? Конечно, идеологи–марксисты. Нам придется неоднократно вспоминать мудрость Екклесиаста из Библии: все возвращается на круги своя. И результат такой же: отвращение к духовным вопросам вообще. Кстати, сейчас на уровне Министерства высшего образования всерьез идут переговоры Патриархии о введении курса «богословия» (разумеется, православного, а не межконфессионального) в обязательном порядке, с соответствующей заменой кафедр религиоведения.
Следующее послание К. Победоносцева продолжает тему упомянутого Совещания в Киеве:
Ввиду того, что штундизм и сродные с ним секты вредны не только в религиозном, но и в политическом отношении, ходатайствовать перед Правительством о распространении на них мер наказания — по ст. 187–190 Уложения о наказаниях.
…Согласно определению Святейшего Синода, сообщая о вышеизложенном Вашему Высокопревосходительству, долгом поставляю, по поводу содержащегося во втором из приведенных пунктов постановлений Преосвященных Архиереев, со своей стороны присовокупить, что если Вы, Милостивый Государь, не признаете неудобным осуществить изложенное в оном предположении, то в видах противодействия развития вредного в политическом отношении штундизма и сродных с ним сект, было бы, по мнению моему, целесообразно обратить внимание судебной власти на необходимость самого строгого применения ст. 196 Улож. о наказ, изд. 1866 г. и дополнения к оной согласно Высочайше утвержденному в 1–й день Мая 1884 г. мнению Государственного Совета к делам об означенных сектантах, возникающим в судебном ведомстве,
90
РГИА, фонд 1405, оп. 86, ед. хр. 3043.
В первом пункте были предписания о мерах борьбы с раскольниками (старообрядцами). Затем, во втором пункте, — с сектантами без различия. Нужно пояснить: по поводу последних была ведомственная разноголосица, единого закона (он будет издан в 1894 году) еще не было; были различные «мнения Государственного Совета», циркуляры Министерства юстиции, разъяснения и пр. Победоносцев спешит помочь со своими рекомендациями, — и это было очень ценно для казенных чиновников: кто же мог лучше понимать суть дела, как не глава духовного ведомства? Правда, сей «глава», будучи профессором права, проявляет весьма своеобразный юридический подход: Победоносцеву недостаточно было ст. 187–190, он делает упор на статью 196 и настоятельно рекомендует применять ее шире. Собственно, законодательству мы посвящаем отдельную главу, скажем только, раз уж упоминается ст. 196, что она влекла за собой лишение всех прав состояния, а также тюрьмы, ссылки и прочие тяготы. За какое преступление? — За уклонение от православия.
Министр юстиции — К.П. Победоносцеву от 4 января 1891 года:
«Дело» № 231 о крестьянине Семене Вытнове:
«в различных случаях неоднократно прибегал к проповедованию лжеучения штундистской ереси в публичных местах, но так как никто из опрошенных свидетелей не мог удостоверить, что такая его деятельность имела своим последствием отпадение кого–либо из православия в раскол, то он привлечен по делу по обвинению в преступлении, предусмотренном последней частью 196 ст. Уложения о наказаниях, каковое дело одновременно с сим предложено мной Киевскому окружному суду…» [91] .
91
РГИА, фонд 797, оп. 61 (2 отд., 3 ст.), ед. хр. 13, № 231.
Мы вправе были ожидать иного вывода министра юстиции: ведь, судя по самому тексту, крестьянин Семен Вытнов, по свидетельству опрошенных, никого не совратил с православного пути. Но мы же помним рекомендации обер–прокурора, и чтобы крестьянину неповадно было высказывать свое религиозное мнение, ему дали 196–ю статью.
Аналогичное «дело», только за № 230, министр юстиции описывал Победоносцеву, но теперь уже о группе крестьян села Слободзеи Балтского уезда. «Дело» рассматривал Каменец–Подольский окружной суд, о чем читаем рапорт прокурора от 12 декабря 1890 г. за № 29301 [92] .
92
РГИА, там же, № 230.
«Дело» № 3501 от 4 февраля 1891 г.: министр юстиции препровождает представление прокурора Кишиневского окружного суда (с приложением копии с представления прокурора Одесской Судебной Палаты от 23 января 1891 г. за № 1094).
«Имею честь донести Вашему Превосходительству, что житель села Чичмы Измаильского уезда Иустин Ковалевич 19–го сего января решением присяжных заседателей признан виновным в преступлении, предусмотренном 196 ст. Улож. о наказ, и приговорен к ссылке на поселение в Закавказье с лишением всех прав состояния…» [93] .
93
РГИА,там же, №3501.
Копия с рапорта прокурора Херсонского окружного суда г. министру юстиции от 22 марта 1891 г., № 2394:
«…дознание, произведенное по жалобе крестьянки Марии Черной, в которой она заявила, что дочь ее, Прасковья, вышедшая замуж за крестьянина Анания Нестеренко, вместе с мужем совратились в штунду…» [94] .
Копия с рапорта прокурора Херсонского окружного суда министру юстиции от 19 марта 1891 г., № 2262 о крестьянине Якове Григорьевиче Чередниченко: ст. 177 и 196 с лишением всех прав состояния и высылка на поселение в Закавказский край [95] .
94
РГИА, там же, № 2394.
95
РГИА, там же, № 2262.
Рапорт из Могилевского окружного суда от 12 апреля 1891 г., № 10384 о крестьянине Козьме Шивченко: заключение в тюрьму [96] .
Правда, были решения судов для обвиняемых и благосклонные, как, например, нижеследующее. Исполняющий дела прокурора Херсонского окружного суда в донесении пишет министру юстиции:
«Честь имею доложить Вашему Высокопревосходительству, что хотя и. д. судейского следователя второго участка Херсонского окружного суда, на которого возложено производство следствия по настоящему делу, католик, то я не мог в этом отношении исполнить циркулярное распоряжение от 22 сентября 1888 за № 23663, так как и судейский следователь при Херсонском окружном суде по важнейшим делам также католик» [97] .
96
РГИА, там же, №10384.
97
РГИА, там же, оп. 62 (2 отд., 3 ст.), ед. хр. 14.
Здесь вмешалась судьба: сначала исполняющий дела судейского следователя оказался католиком, а потом выяснилось, что и сам следователь «по важнейшим делам» (какая же опасность была в отпадении от православия. — А.Б.) — тоже католик. Якову Чередниченко явно повезло. Но «счастливчику» все же дали аж две статьи (см. 95). Может быть, сорвали на нем досаду за нежелательный сбой в репрессивной машине?
Очень внушительно выглядит «дело» № 104 за 1892 год. Это ходатайство Центрального Исполнительного Комитета Швейцарского отдела Евангелического общества за целый ряд лиц, осужденных на ссылку с лишением всех прав состояния. Ходатайство переходило на рассмотрение от инстанции к инстанции, вплоть до царя. Но все было напрасно для осужденных. Приговор остался в силе [98] .
98
РГИА, там же оп. 62 (2 отд., 3 ст.), ед. хр. 104.
Следующий эпизод из судебной практики характерен тем, что здесь наглядно игнорируется правительственный Закон от 3 мая 1879 года, согласно которому баптизм, как христианское вероисповедание, признавался государством. Это «дело» № 38 от 12 ноября 1896 г. о крестьянах Пурене, Загере и Бор гуле, проживавших в Люцинском уезде Витебской губернии; упоминаются ст. 196,197 и 203:
«…следует заключить, что наше законодательство, не делая существенного различия между ересью и расколом, отожествляя некоторым образом оба понятия, относит как к расколу, так и к ереси всякое лжеучение, или возникнув на почве православия, составляет отступление от последнего, или хотя и заимствовало от последователей какой–либо иностранной секты, но проповедуется и распространяется среди православного населения в качестве повреждающей православную веру секты.., а посему и за совращение из православия в эту секту (баптизм)… виновные должны подлежать ответственности как за совращение в иное христианское исповедание, т.е. по 187, а не по 196 ст. Уложения» [99] .
99
РГИА, фонд 796, оп. 179, ед. хр. 2655 .